и я последовала ее примеру.
Сонм голосов заблудших душ обрушился на меня, едва я успела проглотить напиток. Они стонали и кричали так громко, что я выронила кружку и зажала уши руками, но это не помогло.
– Прости, – произнесла Лизз. – Так было нужно.
Глава 9
Мутило. Гвалт стоял такой невыносимый, что слезились глаза. Чай. Это все чай.
– Что это?
– Первый этап. – Лизз все так же сидела в кресле, но от былой нежности и хрупкости в движениях и взгляде, не осталось и следа. Сейчас она глядела на меня диким зверем, сумасшедшим исследователем с безумным огоньком в глазах.
– Этап чего? – стиснув зубы, прошипела я.
– Пробуждения, – коротко ответила она, устраиваясь поудобнее, пока я стояла на коленях посреди старого ковра в проплешинах.
– Я же не дала согласия!
– Мы знали, что ты, скорее всего, не согласишься, поэтому мы с ректором приняли такое решение. Будет лучше, если ты будешь говорить о своих ощущениях.
– Черта с два я что-то вообще скажу! – нервно выкрикнула я, снова зажимая уши руками.
– Так нужно.
– Ага, разбежалась.
Голоса стенающих духов становились только громче. Сколько же смертей здесь было и почему они так и не смогли найти покоя?
Они все говорили наперебой, выли и всхлипывали. Я пыталась выцепить хоть какие-то фразы, но все было полнейшей бессмыслицей, последними эмоциями с которыми они умирали.
Слишком много несчастных случаев, и слишком много смертей. Сквозь визг и гвалт, прорвалась, но тут же погасла шальная мысль: «А не хочет ли ректор моими руками упокоить все эти души?» – но думать при таком шуме было невозможно.
Очередной вскрик резанул по барабанной перепонке левого уха.
– Соберись, – советовала Лизз.
Мне хотелось засунуть эти советы ей в зад. Я очень злилась, но мои ресурсы стремительно истощались, пока я пыталась поставить магическую блокировку. Она могла бы помочь с одним вопящим духом, но точно не с десятком. В обычной жизни та давалась мне скверно, но и нужды отгораживаться от призраков у меня не было, потому что разговоры с ними – часть моей работы. Они могли передать последнюю просьбу, рассказать, что с ними случилось. Зачастую какого-то цельного разговора с ними не выходило, оборванные куски рассыпающихся во времени клочков воспоминаний.
Конечности точно налились свинцом, я едва могла пошевелить пальцами. Мутило. Даже хуже, чем при переходе через прослойку.
Хотелось, чтобы все закончилось.
И, наверное, я произнесла это вслух, потому что Лизз неспешно проговорила:
– Тебе нужно сконцентрироваться. Большая часть магии, спавшая внутри тебя, наконец проснулась. Это как задействовать все возможности своего мозга разом, когда всю жизнь использовала лишь небольшой процент. Понимаешь?
Я кивнула. Но сконцентрироваться не получалось. Все стремительно меркло, погружая меня в кричащую тьму.
Бруклин
2019 год
Между мной и коридором была только звенящая тишина, закутанная в вельветовое одеяло мрака. В моих руках подрагивала керамическая кружка с потрескавшимся от времени глянцевым покрытием, снова судорогой свело запястья, а в голову проник вкрадчивый шепот.
До академии я никогда его не слышала. Но после пробуждения чувства стали острее, а прослойка вокруг меня подергивалась рябью каждый раз, стоило перенапрячься.
Шепот, как обычно, шел из-за закрытой двери под бюро, из могильной темноты и прохлады, где дожидался последних приготовлений клиент – грузный мужчина шестидесяти лет, умерший от инфаркта позавчера.
Этим вечером я решила, что в подвал не спущусь. Ведь бывают особенные ночи, когда все становится ярче, вкуснее, опаснее. Сегодня как раз такая.
Закурила сигарету возле открытого маленького окна в ванной комнате, усевшись на краешек купальни из кварила. Вода в ней давно остыла, а нежная пенка растаяла, ее остатки болтались светлыми болотными кочками с запахом лаванды.
Перехотелось. Достала пробку из слива. Трубы зарычали, всасывая спускающуюся воду.
Сделала последнюю горькую затяжку, задержала дыхание и закрыла глаза. Завтра будет лучше.
Пять лет назад
Академия Гриммор
Что-то разбудило меня. Под щекой пахнущая плесенью и сыростью подушка для кресла, а тело накрыто старым покрывалом (и не менее вонючим, чем подушка).
– Лучше? – поинтересовалась Лизз откуда-то сбоку.
– Иди к черту, при всем уважении, – злобно отозвалась я, кряхтя из-за боли в ногах, как если бы я пробежала марафон длиной в сто миль.
– Не вредничай, это для твоего же блага, дорогая. – Она больше не походила на заботливую наставницу, нет. Теперь она казалась хищной птицей, что скинула вниз добычу, чтобы та перестала трепыхаться. Так я себя и чувствовала – полевой мышью в когтях ястреба или той же самой мышью, но размозженной по мостовой.
– Вставай уже.
– А потом? Что тебе от меня нужно?
– Чтобы ты научилась слышать их.
– О! Так я уже слышу. Сотню, а может, и две замученных студентов, которые все кричат о том, как им плохо! – Я тоже сорвалась на крик, вторя голосам призраков.
– Не их тебе надо научиться слышать, а себя.
– В любом случае, это так не делается. Тебе нужно было мое согласие.
– Согласие – лишь рамки приличия. Но ведь бывает и так, что можно обойтись без него. Так что… – Она поморщилась. – Я решила, что это как раз тот случай.
– Вот же… – С языка рвались ругательства, от которых во рту появился кислый привкус.
– Ну-ну, потише. Ты же не хочешь, чтобы сюда набежало всякое разное?
– Всякое? – переспросила я.
– Разное, – кивнула Лизз, но понятнее мне не стало.
Я поднялась.
– Почему так паршиво?
– Побочные действия есть у всего, даже у леденцов. – Она хмыкнула и небрежно повела плечом.
– Ты меня отсюда не выпустишь, да?
– Иди, если хочется. Только ответь на один вопрос. Ты готова потерять все? – На ее губах мелькнула кривая ухмылка.
Она знала, куда давить, и нашла самую болезненную точку в этой пародии на акупунктуру.
– Все еще хочешь уйти?
И пусть мое сердце сгорало в пламени злобы, пусть внутри скручивалось напряжение и пылала ярость, я выдохнула через нос и раздраженно покачала головой.
– Молодец.
– Что дальше?
– Чай. Теперь обычный.
– С чего мне тебе верить?
– И правда… – Она притворно вздохнула. – Сегодня пробуждение и попытки контроля. На наших последующих занятиях концентрация магии в твоих жилах будет усиливаться.
– Но я и без этого могу управлять бюро. Для чего это?
– Совет мне не докладывает. Ставит задачу, а я выполняю.
– Как скучно. – Теперь вздыхала уже я.
– Как есть. Приступим через неделю. – Из потрепанного рюкзака она достала пару толстых книг с пожелтевшими от времени страницами и протянула их мне.
– Это? – Я подняла бровь.
– О таких, как ты. Я не могу показать тебе магические приемы и заклинания, но ты можешь изучать их сама, а практиковать при наших встречах. Это будет твоей внеурочной деятельностью.
– Так себе кружок по интересам, я бы лучше записалась в скауты, – пробурчала я, принимая книги, которые оказались легче, чем выглядели.
– Тебе удобно будет встречаться дважды в неделю?
– О-о-о, так теперь ты заботишься о моем удобстве? Как мило! – саркастично взъелась я.
– Удобно или нет? – Лизз не отреагировала на мой выпад и снова задала вопрос.
– Нет. У меня помимо этого есть еще занятия и домашняя работа.
Домашняя работа, которую
