Рапиры послужило хорошим уроком. Тогда я потратил чрезвычайно много сил и времени, просто передвигая беднягу из точки А в точку Б. Так что ко второму разу был уже готов. И за то время, что восстанавливался Буревой, я организовал подземную рельсовую дорогу к месту под «Обращением». Теперь не было нужды тащить тонны спрессованной почвы вместе с пострадавшим. Да и благодаря клетке Тринадцатого Отдела — гасящей влияние Скверны, доставка Мичурина перестала требовать хоть каких-то усилий.
Выглядел генерал очень плохо. Он почти не шевелился. Зелёная масса склеила поломанный пластикоровый доспех, и в районе рта через чёрную уродливую дырку то и дело вырывалось сиплое дыхание. Осквернённый генерал был похож на вздувшееся некрасивое тесто. По мере приближения к «Обращению» сипение пострадавшего стало громче. От тела повалил дым. Мичурин со звериным стоном перевернулся на спину, заслоняясь уродливыми руками от невидимого сияния статуи, которую сейчас изучала Лаура.
Я вывел изображение с поверхности в отдельное окно, наблюдая за странной посланницей. Её охранник в розовом пальто хмурился, озираясь по сторонам, и всё чаще посматривал себе под ноги. Остальные выглядели собранными, но ничего не подозревающими. Сама Лаура с восхищением изучала статую. Даже коснулась её рукой, потерев большой палец на ноге у фигуры, держащей кристалл. Хрюканье генерала превратилось в вой. Опять всё затянуло дымом и пришлось продувать коридоры аспектом воздуха. Телохранитель в розовом пальто наклонился к Челидзе и тихо порекомендовал покинуть подозрительное место. Остальные напряглись, заметив реакцию одарённого.
Девушка благосклонно кивнула, направившись в сторону выхода из сада. Талантливый маг сопровождал эту Лауру. Талантливый. Сквозь толщу почвы и изоляционные экраны почувствовал происходящие под ногами события. Надо будет ещё слой прокинуть, раз такое дело.
Тут, правда, эффект Эха бы не заглушить. Подземные лаборатории дают больше пространства для манёвра. Мичурин вдруг выгнулся и обмяк. Дым от него уже не валил. Буревой, ждавший этого момента у клетки, протянул руку сквозь прутья и схватил генерала за бледную кисть.
— Фух… — вдруг сказал он, пошатнувшись. Опёрся лбом о прутья.
Я приблизился, наблюдая. В победном исходе затеи был уверен, пусть даже на краю сознания и звенел тревожный голосок. Раз Рапиру вытащили, то и здесь должно получиться. Времени с момента осквернения прошло немного, среагировал я быстро. Так что восстановить будет не сложно. Наверное. Эх, для чистоты бы ещё подопытных! Но Изнанка в округе словно опустела. Вепрь хотел отправить группы глубже, но я не позволил. Сейчас нет нужды рисковать. Текущие бы земли освоить. Так что в тумане проклятых территорий работали сталкеры Глебова, составляя карты окрестностей.
Буревой простонал что-то, отшатнулся от клетки и наклонился, будто бы его затошнило. Бросил на меня взгляд и успокаивающе поднял руку. После чего вернулся к процессу.
Минут через пятнадцать биомант отвалился от клетки, как насосавшийся крови комар. Я успел подхватить его и помочь сесть на пол. Магистр тяжело дышал, будто от пробежки. Несколько секунд он приходил в себя, а затем похлопал меня по руке, мол, всё в порядке.
— Как его состояние? Тащим в биомодуль? — спросил я.
— Нет нужды, Михаил Иванович, — помотал головой Буревой. — Там весьма интересные повреждения были. Обширные, но без потери массы и формы. Полагаю, обойдёмся без перевода ценного ресурса. Его бы в госпиталь оформить и понаблюдать некоторое время. Пока держу сознание выключенным, для скорейшего восстановления. Но если хотите, можем проверить когнитивные способности. Могу ненадолго его пробудить. Однако совсем не рекомендую.
Лицо Мичурина было серым-пресерым, но вполне человеческим. От дыхания шевелился седой волос в носу. Я посмотрел на часы.
— Пусть пока отдыхает. Вы-то как, Емельян Олегович? Может, вам тоже в госпиталь?
Буревой помотал головой.
— Нет. Я должен понять, как это работает. Ваша кровь. Немного полежу там, в лаборатории, и продолжу. Знаете, Михаил Иванович, реакция Кобылкина у образца феноменальная. Показатели в девять раз выше нормы даже после воздействия по принципу Сордо-Малахова.
Мне ничего это не говорило, но я покивал с важным видом. После чего помог биоманту добраться до места, перекатил тележку с бесчувственным Мичуриным поближе к выходу.
Дальше были звонки. Я вызвал машину гвардии, поговорил с каждым из своих советников, вкратце введя в курс дела. Проверил работу Драконова, дал ему ряд инструкций и перенёс недописанную схему по сканеру Скверны на внешний модуль памяти. Там тоже оставалось не так уж и много работы. Если бы не поездка, то сегодня бы всё сделал. Дальше синтез, испытание, и если всё пройдёт успешно, то обработка гадолинием с общим раствором. Правда, надо производство под это начать. Чтобы распылять металл, а не слоями запаивать, как в «Ёжиках»…
И после всего этого отдать новый сканер Люцию! Вот это было бы дивно, конечно. Ладно, не думаю, что эта история надолго. Пара дней погоды не сделает. А схему вечером закончу.
Пока закрывал дела, я регулярно поглядывал за гостями. Лаура Челидзе вела себя как обычный турист. Она даже попросила розовое пальто сфотографировать себя с Рабумом. Невозмутимый охранник сделал несколько кадров, и половину из них женщина, разумеется, забраковала.
Гвардейцы отвезли Мичурина в госпиталь, где того уже должны были встретить специалисты классического крыла, а не карантинная служба. Такое отделение тоже было, да и палата сегодня освобождалась.
Когда я закончил со всеми делами, то вышел из дома, надев свой лучший костюм. Спустился по ступеням, по привычке бросив взгляд в сторону хижины Нямко, добрался до калитки. Внутри меня не было никакого волнения. Я ведь человек опытный, с Государем виделся дважды за последние полгода. Так что, можно считать, что третий и вовсе воспринимался как рутина. Хотя мне было что сказать Его Императорскому Величеству.
Если, конечно, меня позвали разговаривать.
Капелюш ждал возле калитки, храня максимально строгий и серьёзный вид. Из охраны Лауры в переулке осталось двое одарённых, если не считать водителей. Мой «Метеор» был припаркован напротив дома. С главной дороги свернул потрёпанный «Москвич», чуть дребезжащий. Один из охранников остановил машину, заглянул внутрь. После чего просканировал автомобиль, спросил что-то у водителя и с интересом повернулся в нашу сторону. Затем бросил ещё один взгляд на сидящего в «Москвиче» человек и похлопал по крыше, пропуская.
— Хозяин! — рядом со мной возник Черномор. — Бегите! Это она, Хозяин! ЭТО ОНА!
Я повернулся к приближающемуся автомобилю и нахмурился.
Глава 13
Капелюш вышел вперёд, прикрывая меня собой. Перстень на руке водника засветился. Автомобиль приближался, двигатель работал неровно. Водитель, как мне показалось, был в капюшоне. Но когда машина остановилась в нескольких метрах от нас —
