— А я — Мелисанда. Я набросилась на Дугласа.
Райдер прекрасно понимал, что это дивное существо сбито с толку, и забавлялся этим. Да, Тони просто атлант, если способен управляться с ней. Наверно, нелегко контролировать такое красиво упакованное тщеславие, которое называлось его женой. Но если он справляется с этим, то держать небо на своих плечах для него должно быть просто безделкой. Слава Богу, что это не его забота.
— Пойдем, Тони, я хочу услышать от тебя все подробности. Дуглас здесь? — — Нет, по-моему, они с Алике поехали кататься.
— С Алике?
— С Александрой.
— А я — Мелисанда, сестра Александры.
— Да, я знаю. Очень приятно познакомиться, мадам. Ну, пошли, Тони.
Они ушли, а Мелисанда осталась стоять в большом холле, недоуменно глядя на них. Похоже, у ее свояченника не все в порядке с головой. Холлис, наблюдавший всю сцену, решил наконец обратить на себя внимание.
— Могу я чем-нибудь быть вам полезен, миледи?
— Нет, — ответила Мелисанда упавшим голосом, все еще не придя в себя после пережитого шока, — мне нужно подняться наверх и посмотреть, в чем же дело.
Холлис улыбался, глядя на ее удаляющуюся фигуру, не сомневаясь, что зеркало поможет ей восстановить хорошее настроение.
Но пять минут спустя ему было уже не до улыбок. Граф с женой вернулись с прогулки, и Холлис ужаснулся. Лица их были угрюмы. Рваная пыльная одежда наводила на мысль, что их протащили по какой-то грязной канаве.
— Боже мой! Милорд! Силы небесные! Миледи, с вами все…
— Нет, не волнуйся, Холлис, — сказал Дуглас и обернулся к Александре; — Поднимитесь к себе и приведите себя в порядок.
Его замечание возмутило Алике. Сам он выглядит ничем не лучше, да и не ее вина, что ока оказалась в таком виде. Молча проглотив обиду, она пошла к себе в комнату.
Дуглас решил как-то объяснить Холлису происшедшее.
— Нам не повезло, и мы оба упали с лошади. Но все кости целы.
— Да, но ее милость, кажется, прихрамывает.
— Это послужит ей… Ну, разве самую малость, завтра уже пройдет. Не беспокойся за нее.
Узнав, что его брат приехал почтить родные пенаты, Дуглас долго ругался и проклинал все на свете, потом в бешенстве выскочил из холла и помчался в библиотеку. Холлис заметил, что прислуга с любопытством следила за происходившим. Три горничные делали вид, что стирают пыль в Золотой гостиной, а два лакея бесцельно бродили под лестницей. Холлис, как это умел только он, спокойно и строго сделал им внушение и разослал по своим делам.
— Ax, — Райдер только что сел в кресло перед приходом Дугласа. — Позволь взглянуть на тебя. Тони заявил, что ты сделал из него отбивную, а сам покинул поле битвы без единой царапины. Правда, он сказал, что и не пытался ударить тебя как следует, а просто защищался.
— Его жена чуть не убила меня, — раздался голос Тони. Я считал ее своей невесткой, но она, по-видимому, не считает нужным проявлять ко мне лояльность. Это не правильно. Она просто предала меня.
— Предала! Ты, проклятый щенок!.. Да я тебя… — Дуглас остановился. Довольно слов. Все уже сказано. Что ему действительно нужно сейчас решить, так это вопрос с расторжением брака. Вот уже и Райдер приехал. Он недовольно посмотрел на брата:
— Ну хорошо, почему ты здесь, Райдер? Как мама? Тайсон? Синджен?
— Мама все сетует на твою доверчивость. Синджен, как всегда, запоем читает романы, а Тайсон с утра до вечера читает им проповеди. Синджен, наконец, не выдержала и пригрозила запустить в него романом, если он не прекратит. В общем, все как всегда, Дуглас. Они думают, что я в Ньюмаркете. Ну а меня разбирало любопытно, и я приехал. Но покажут мне, наконец, эту красотку, на которой женил тебя Тони? Или она такая страшная, что ее прячут? У нее что, горб? Или она толстуха с тремя подбородками? Беззубая? Плоскогрудая ?
— Не будь ослом, Райдер, — Тони почти кричал. — Алике — очень хорошенькая девушка с чудным характером и…
— С чудным характером! Ха! Конечно, что тебе еще остается сказать после того, как ты женил меня на ней! Она — не Мелисанда.
— Я видел Мелисанду, Дуглас, — медленно произнес Райдер, посмотрев на брата. — Тони стоял на страже возле нее. Кажется, он боится, что любой мужчина, как только взглянет на нее, сразу попытается ее отобрать.
— Значит, ты видел ее. И оправдал его.
— Что-то я этого не заметил, — задумчиво сказал Тони Райдеру. — А почему, собственно? Райдер только пожал плечами.
— Все женщины, в сущности, одинаковы. В постели они все мягкие, теплые и нежные, так какая разница — одна или другая? Прости, я не хотел оскорбить твою жену. Тони, просто… Я постараюсь поладить с ней, договорились?
Тони обдумывал это предложение. Они с Райдером всегда симпатизировали друг другу, но сейчас он его не понимал. Такой цинизм, такое полное безразличие к женщинам в целом, и в то же время ненасытная плотская страсть. И хотя ни одна женщина не могла привязать его к себе надолго, он считал необходимым обеспечивать их самих и детей, которых они от него рожали. Он никогда не винил женщину, если она беременела. Женщины были для него чем-то вроде спорта, и он был готов дорого заплатить за это развлечение и отвечать за последствия. Но по крайней мере он может быть спокойным за Мелисанду. Судя по всему, Райдер не собирается ее отбивать. Но Дуглас… Тони повернулся к кузену и сказал:
— Вы с Алике, кажется, ездили кататься верхом. Она — прекрасная наездница. — Дуглас пробормотал что-то невнятное. — Ты какой-то всклокоченный, Дуглас. Что случилось?
— Я упал с Гарта; если быть точнее, то эта проклятая женщина, на которой ты женил меня, столкнула меня с него. А до этого она упала сама, и теперь мне придется купить ей новую амазонку. Ты видел, в какой она ездила? Это просто кошмар. Наверняка все, что она привезла с собой, отличается таким же безвкусием. Не сомневаюсь, что ее отец сделал это специально, чтобы мне пришлось купить ей полностью новый гардероб. Она похожа на пугало. Тони, черт тебя побери.
— Странно, — нахмурился Тони, — у Мелисанды прекрасные платья из отличного шелка и весь набор разных женских штучек.
Райдер громко оборвал его:
— Дуглас, у тебя проявляется синяк под левым глазом и за ухом. Ты что, выдержал еще один бой?
Дуглас ничего не ответил и налил себя бренди. Медленными глотками он выпил его, потом махнул бокалом в сторону Тони:
— Я собираюсь убить этого негодяя на дуэли. Ты будешь моим секундантом, Райдер?
— Нет, Дуглас, я не могу. Я прекрасно отношусь к Тони. Мы с детства знаем друг друга, а теперь он стал нам даже родственником. Не можешь же ты убить свояка. И потом, Дуглас, ведь Тони первый раз оступился. Он же всегда был тебе верным другом. Разве не так? Ты не можешь отрицать это. Ну да, в этот раз он подвел тебя. Но ведь один-единственный раз, Дуглас. Помни, прощение есть…
