– Я так и подумал. Так вот, именно вы… имею в виду ваш десяток… можете как-то вызвать интерес к жизни… Понимаете? Лекарства, пластырь, повязки – всё это вам дадут, но нужно ещё кое-что сверх того. Шанс очень мал, но он есть. – Фаррир как-то странно шевельнул гребнем. Смысл этого жеста остался неясен. – Я бы даже порекомендовал коричневый хлеб. Видите ли, ей терять нечего. Но не более одного вот такого ломтика… – последовал жест когтями, – два раза в день.
Тут я подумал, что неплохо бы облегчить себе работу.
– Мудрый Триарр, мудрый Сиррон, интерес к жизни может появиться, если только раненая будет в сознании…
– Совершенно верно, десятник. Со вчерашнего вечера мы не даём ей микстуру Маррифа.
– В таком случае не будем терять время. Приятных полётов, мудрые. Вы позволите?
Оба целителя утвердительно двинули гребнями. Мне осталось лишь распорядиться:
– Рройта, ты вперёд с подстилкой. Фаррир, на тебе донести Ррису до нашей пещеры. Хьярра, Согарр, берёте все лекарства и прочее, что дадут. Я предупрежу народ. Ещё не вечер! Работаем!
Рывок на взлёт, не дожидаясь реакции подчинённых. И всё же послышалось за спиной:
– Тебе везёт, Рриса. Слышала, что он сказал? Ручаюсь, у командира под чешуйкой спрятан выигрышный вариант…
Место для раненой нашлось почти мгновенно, через пару минут Рройта прилетела с подстилкой, а Фаррир принёс подругу. Но вот дальше…
– Фаррир, можешь остаться. Все остальные – вон из пещеры. Впрочем, нет, Согарр, ещё одно дело для тебя. Если вдруг придут вызывать меня к начальству, скажи, что буду через, скажем, пару часов. Сотнику расскажешь вот что…
Ребята уже двинулись на выход, когда по моему сценарию был нанесён сокрушающий удар отсебятиной. Это сделал подчёркнуто бесстрастный голос Фаррира:
– Одну минуту, командир. Мне нужны здесь все вы. Ненадолго, я потрачу лишь одну минуту.
Я не догадался, что задумал наш силач. А Гирра ухватила его мысль, судя по явному замешательству на грани паники. В любом случае мне надо было сберечь авторитет.
– Разрешаю, но быстро. Десяток, сюда.
В тоне заявления Фаррира звучала всё та же безэмоциональность, полностью перпендикулярная смыслу:
– Будьте все свидетелями. Я прошу Ррису выйти за меня замуж.
Фиорра тихонько ойкнула. Харрф испустил нерешительное «Ну…», не дав себе труда раскрыть этот тезис. Согарр и Глорр переглянулись, после чего дружно сделали вид, что они этого не делали. У Рройты случился не свойственный драконам провал в памяти: она раскрыла пасть и забыла её закрыть. А вот Суирра подарила мне многозначительный взгляд. Кажется, она посчитала, что вся сцена задумана мной заранее. Конечно, это было не так. Но ситуация включала в себя шанс, и не использовать его – позорно.
Я сам почти не глядел на товарищей. Для меня куда важнее была реакция потенциальной невесты. Говорить Ррисе было трудно из-за рассечённых губ. Кивок или отрицательное движение головой были почти невозможны из-за ранений на шее. То же относилось к хвосту. Но гребень сделал утвердительный жест.
Драконья память, что ни говори, сильна. Все присутствующие одновременно вспомнили, что вообще-то дышать необходимо.
Вот она, возможность! Мне лишь надобно опередить реакцию десятка.
– У людей есть обычай. Они дарят молодожёнам подарки.
Пауза. По всему видать, Суирра ещё более уверилась в мысли, что всё идёт в полном соответствии с моим сценарием.
– Полагаю, это хороший обычай. И сам сделаю вам, Рриса и Фаррир, подарок.
Стоп-кадр. Невесте надо не только услышать, но и осознать.
– Какой?
Женское любопытство – страшная сила. Его тротиловый эквивалент не поддаётся даже приблизительной оценке. Все видели, что Ррисе мучительно трудно говорить, и всё же это спросила она.
Ответ был достоин включения в садистские анекдоты:
– А вот поправляйся – и узнаешь. – Всё, заканчиваем шутки. Толчок к выздоровлению дан, причём сильнейший. Пора продолжать. – Ребята, лишних по-хорошему прошу покинуть пещеру.
Стоит лишь вспомнить об уровне материальной культуры драконов, как станет понятно: угадать вид подарка можно, но… почти невозможно. И всё же десяток именно этим сейчас и займётся. В этом я был полностью уверен.
Команда вышла.
– Фаррир, встань вот здесь. Рриса, закрой глаз. Сейчас боль уменьшится. Итак…
В сущности, задача была не из самых трудных. Первым делом блокировать болевой синдром, потом простенькие конструкты на те места, где пошло нагноение. Перепонки точно подождут. Даже возможен такой вариант: их вообще не трогать в расчёте на самозаживление. Теперь задняя левая… Восстановление пальцев – задачка тоже на дальнюю перспективу… А вот со связками надо побороться прямо сейчас… Левый глаз восстановить можно, но уйдёт весь запас энергии, так что эта стадия тоже не первая… А правый очень даже нетрудно подлечить, там всего-то глубокая царапина на роговице… Да, ещё губы…
Находясь в пещере, трудно поглядывать на солнце. Я не мог определить, сколько времени прошло, но точно знал, что кристалл пуст на три четверти. На сегодня хватит.
– Ну вот, ребята. Указания: тебе, Рриса, говорить разрешаю только «да» и «нет» и то лишь с помощью гребня. Через два дня будет можно поболтать, но тихо и недолго. Нагноение я снял. Правый глаз будет здоров тоже через пару дней. Вот связки задней правой – дней через пять, не меньше. До этого ходить запрещаю. Хвост… тут не скажу определённо, но за четыре-пять дней придёт в норму, если его не беспокоить. Рано утром… нет, сегодня вечером ещё раз посмотрю, что можно сделать. – Я рассчитывал, что конструкты за короткое время не распадутся полностью и подновить их удастся без особых затрат. – А тебе, Фаррир, предстоит вот что. Ты видел, какие средства использовали целители?
Утвердительный жест.
– Запомнил, как именно?
В другой ситуации сомнение в драконьей памяти было бы эквивалентом оскорблению, но не сейчас.
– Ну так вот, это и будешь делать. Помощью обеспечу. Тебе тоже нужно отдыхать и всякое такое. Еду на вас двоих ребята притащат. Но есть задача потруднее. – Если оскаленные клыки означают улыбку, выходит, я улыбнулся. – О том, что сейчас видел, тебе предстоит молчать, пока я не разрешу говорить. Надеюсь, понятны причины?
Тугодумом Фаррир, возможно, был. Дураком – нет.
– Всё понятно.
– Мне к сотнику лететь.
Я вышел из пещеры, раздал указания и направился к начальству.
У входа в жилую пещеруСогарр был хорошим заместителем. Именно поэтому он сразу же нарезал задачи:
– Глорр, тебе нести обед этим двоим. Не знаю, сколько Рриса съест, но тащи на всякий случай полную порцию. Рройта и Фиорра, вам поглядеть на целительские процедуры, чтобы вы в дальнейшем смогли сделать их сами. Таррик, потом сменишь Фаррира часа на три. Ему надо отдохнуть, иначе завтра он и крыло не расправит.
Вся компания дружно вошла в пещеру. Дамы тут же кинулись поздравлять. Но Рройта про себя отметила странное выражение морды Фиорры и её перешёптывание с другими дракони. Разъяснилось это быстро. Скромница задумала дерзость и осуществила её:
– Фаррир, а Стурр тебе сказал, что за подарок?
Впервые за последние двое суток наш великан-дракон позволил себе чуть-чуть улыбнуться.
– Не сказал. Но я, кажется, догадываюсь.
Дракони немедленно выскочили из пещеры, чтобы обсудить информацию. Обмен мнениями шёл оживлённо:
– И это всё?
– Спрашивать бесполезно, точно могу сказать.
– Выходит, мы ничего не знаем…
– Ошибаетесь, дорогие подруги. Кое-что знаем. – Это был голос Гирры. Весь десяток знал, что двуцветная дракона никогда не говорит просто так. Головы повернулись в её сторону. – Мы знаем, что Фаррир о чём-то догадался. А это первый значимый факт. Второй: командир ему ничего не сказал. Вывод: наш толстяк… – это было не дразнилкой, а дружеской подначкой; Фаррир вовсе не был толстым – вот крупным его можно было назвать по-справедливости, – что-то такое увидел. И сумел сделать выводы. Нетрудные выводы, потому что он в анализе не очень-то силён.
– А, понимаю. Командир притащил в пещеру что-то такое, что никто не увидел, а потом Фаррир это самое углядел. Оно-то и есть подарок.
Гирра оставила без внимания этот пассаж простодушной Фиорры. Её собственный вывод был иным и совершенно диким. Он даже не стоил обдумывания, но запомнить его следовало.
Сотник был недостаточно весел для столь блистательной победы. Это понизило уровень моего оптимизма.
– Без чинов, Стурр. Есть хорошая новость. Я тебя представил на повышение до полусотника. Правда, ещё не утверждено, но уверен, что утвердят. Пять десятков пока не дадут, но три – твои. Будешь их обучать.
