намеревался добить её, однако в тот же миг всё вокруг огласилось гневным криком и карканьем. На всех окрестных скалах засуетились другие твари, готовые вступиться за своего сородича. Долю мгновения мой друг колебался, но потом принял самое верное решение в своей жизни – что есть сил побежал прочь. Разъярённые гарпии преследовали его ещё какое-то время, но довольно быстро отстали, отчаявшись догнать столь быструю и ловкую добычу.
Больше Лестер не предпринимал попыток в одиночку обследовать форт и устроил привал у подножия серпантина, расположившись там в ожидании Везунчика. К счастью, с собой у него были кое-какие припасы, и потому он мог не бояться умереть с голоду. Недалеко нашлись также и весьма мясистые грибы, которые можно было есть даже сырыми. Внизу бурлила горная речка, но спуск к ней был очень крут, потому раздобыть оттуда воды можно было даже не надеяться. Для этого больше подходили небольшие лужицы между камней.
Воспоминание вновь угасло, оставив Лестера в ожидании. Дальнейшие события закрутились лишь на следующий день, когда Везунчик, наконец, добрался до своей последней цели. Он не церемонился со сторожевым големом, сцепившись с ним с наскоку: ещё сильнее замедлил его, вморозив в вызванную магией ледяную глыбу, после чего разнёс на куски каким-то неведомо где раздобытым ржавым кузнечным молотом, которым он орудовал с такой прытью, что любой кузнец бы душу отдал, только бы заполучить такого парня в ученики. Каменный монстр поддался не сразу, но, в конце концов, несколько составляющих его валунов, треснули и лопнули. Голем ещё трепыхался, пытаясь стряхнуть с себя надоедливого человека, когда наёмник извлёк из него каменное сердце и бросил в реку. После этого страж моста больше не представлял никакой опасности.
Лестер наблюдал за происходящим со стороны. Головная боль его усилилась, и чувствовал он себя гораздо хуже, чем вчера. Везунчик был очень удивлён увидеть знакомца в такой дали от Болотного лагеря, и Лестер рассказал ему, что ищет документы на право владения этим замком. Звучало это не очень убедительно, но собеседник не стал настаивать, удовлетворившись таким ответом. Лестер предупредил самоуверенного наёмника о таящихся наверху угрозах. Тот, как всегда, отнёсся к предупреждению скептически, предложив отправиться туда вдвоём и навести порядок в горной крепости. Само собой, Лестер только этого и ждал.
– Кстати, насчёт, тварей, – заговорил по пути наверх Везунчик, – как ты смог преодолеть ту живую груду камней на мосту?
– Гуру Братства владеют многими секретами, – туманно ответил Лестер, – Юберион научил и меня кое-чему.
– Пусть так, но всё же, что именно ты сделал?
– На всё воля Спящего, друг мой, – дал послушник понять, что не хочет говорить на эту тему. Надо сказать, что у него и вправду от разговоров звенело в ушах, он и так с трудом концентрировал внимание, пытаясь собраться перед предстоящей битвой. Несмотря на головную боль, он не хотел показывать свою слабость и говорить об этом, всеми силами стараясь преодолеть недомогание. До сей поры, ему это удавалось.
На злополучной площади Лестер пропустил наёмника вперёд, оставшись прикрывать спину. Гарпии на этот раз хлынули сразу всей толпой. Возможно, они были обозлены недавним вторжением Лестера, а может, просто наёмник навёл слишком много шуму. Везунчика гарпиям не удалось застать врасплох. Ожидая нападения в любой момент, он уже держал наготове лук, и когда первые монстры сорвались со скал и стен, они были ещё в полёте сбиты метко пущенными стрелами. Несмотря на это, несколько тварей всё же сумели приблизиться, и тогда наёмник выхватил меч. Пока он возился с наседающими врагами со стороны входа в крепость, ещё несколько гарпий слетели с постамента сбоку, где они прятались за орочьими статуями. Здесь и пригодился Лестер, который с достоинством исполнил свой долг, размозжив череп одной из бестий и переломав крылья другой. Гарпии не давались без боя, бойцам пришлось приложить всю свою сноровку, чтобы не быть разорванными в клочья.
Когти несколько раз скользили по пластинам тяжёлого доспеха наёмника, будучи бессильными проделать в нём брешь. Меч отчаянного искателя юниторов был быстр, а сам он не стоял на одном месте ни секунды, крутясь, будто заведённый волчок. Две гарпии врезались друг в друга, целясь в то место, где только что стоял человек. Воспользовавшись их замешательством, наёмник налетел на них смертоносным вихрем. Не успели ещё тела поверженных монстров упасть на землю, а Везунчик уже сражался с новыми врагами. Благодаря его напору и неудержимости с гарпиями на площади было быстро покончено. Лестер успел разобраться лишь с двумя, зашедшими с флангов, в то время как его боевой товарищ смёл с полдюжины и, не давая противнику передышки, ворвался внутрь крепости, где, поддавшись страху, скрылась одна из человекоподобных птиц.
Лестер едва поспевал за другом. Когда он, наконец, добил последнюю ползающую по земле гарпию и добежал до входа, оттуда уже раздавалось неясное карканье, кудахтанье, клокотанье и хаотичные хлопки множества крыльев. Внутри шёл ожесточённый бой, и Везунчик явно оказался в меньшинстве. Лестер, что есть силы рванулся вперёд, ворвавшись в крепость с булавой наизготовку, и тут же едва не был сбит с ног ошалело пронёсшимся мимо клубком полыхающих перьев. В панике подожжённая птица дёргалась и извивалась, несясь сломя голову, не разбирая дороги. Врезавшись в вытянутую вперёд булаву Лестера, гарпия окончательно потеряла равновесие, закрутилась и, сделав неестественный кульбит, упала на пол. Там она заметалась, пытаясь выдернуть из себя горящие перья. Зрелище было ужасным и одновременно по-своему смешным. Придя в себя после увиденного, Лестер, занёс шестопёр для удара и добил гарпию.
Тем временем, в большом зале на другом конце коридора, потеха шла полным ходом. Везунчик, так кстати использовавший свиток огненной магии, внёс полный хаос и беспорядок в ряды противника. Уязвимые к огню гарпии оказались в ловушке, носились по залу, не находя спасения, сталкиваясь и лишь сильнее поджигая другу друга. Везунчик не спешил ввязываться с бой и, выставив перед собой меч, стоял, преграждая выход в коридор. Время от времени, какая-нибудь птица, окончательно обезумев, бросалась на него и находила скорую смерть на лезвии клинка.
Гарпии не
