были разумным видом, по крайней мере, в книгах о них писали, как о монстрах, не сильно превосходящих разумом глорхов. Они жили стаями и питались в основном мясом. Причина большого числа мифов и легенд, в которых гарпиям приписывались различного рода человеческие качества, была в том, что в большинстве своём этот вид был уже давно истреблён и потому очень мало кому удавалось увидеть этих хищников воочию. Небольшие колонии этих птиц сохранились лишь в труднодоступных, в основном горных районах. Именно в горах они благодаря своим крыльям имели преимущество. Всё это я прекрасно знал, но несмотря ни на что, глядя на пляшущих в огне гарпий, всё равно испытал некоторое подобие жалости. Редкий вид истреблялся прямо на моих глазах. Однако ни Везунчик, ни Лестер явно не разделяли моей сентиментальности, и потому вскоре без жалости добили всех гарпий, которые не скончались сами от полученных ожогов.
Несло палёным мясом и жжёными ногтями, Лестер скривился, еле сдерживая рвотный позыв, и, оглядев беглым взглядом очищенный от врагов зал, поспешил вернуться поближе к выходу, докуда добирался свежий воздух с улицы.
– Что, не нравится запашок? – спросил Везунчик, заметив гримасу Лестера, – это же почти как падальщики. Всё одно – птицы. Неужто не нравятся жареные окорочка?
– Падальщиков сначала ощипывают, – хмуро пробубнил послушник, осматривая свою булаву, – у них нет сисек, и лица не похожи на столетних старух.
– Если ты пас, я могу пойти дальше и один.
– Нет, давай уж доведём дело до конца. Только прошу тебя, не надо этого огня, а то так и все документы спалить можно. А я всё же надеялся найти завещание.
– Что ж… Это, конечно, может немного усложнить дело, – пожал плечами наёмник, – но как пожелаешь. Всё равно, думаю, большую часть гарпий мы уже отсюда выкурили. Пойдём, надо ещё осмотреть другие этажи.
– Я бы для начала осмотрелся здесь повнимательней.
– Как хочешь. Но, по-моему, тут одна только рухлядь. Разве ты не знаешь, что гарпии зарятся на все человеческие вещи, утаскивая в свои гнёзда даже ножки от табуреток? Яиц их здесь я не заметил, значит всё ценное они уже давно уволокли. Я пойду дальше, может, там повезёт больше.
– Хорошо. Только будь осторожней.
Первый этаж, действительно, выглядел пустым. Здесь почти не было никакой мебели, а то, что и осталось, выглядело не самым лучшим образом. Свою лепту внесло и миновавшее побоище – носящиеся гарпии разнесли в клочья всё то, что до этого ещё кое-как сохранилось. На стенах то тут, то там можно было встретить истлевшие полотнища или щиты с гербами давно увядшего дворянского рода, но в целом стены и полы были пустыми, создавая гнетущую атмосферу подземного каземата. Когда огонь, оставшийся от заклятья брошенного Везунчиком, окончательно погас, крепость ко всему прочему погрузилась во мрак – на первом этаже окна были не предусмотрены. Находясь внутри, с трудом верилось, что на улице может быть солнечный день.
Лестер хотел зажечь какие-нибудь светильники, но все они давно пришли в негодность. С трудом ему удалось найти в одном из настенных держателей уцелевший факел, который после нескольких попыток даже удалось зажечь. Держа в одной руке булаву, а в другой факел, Лестер приступил к осмотру первого этажа. Везунчик же почти сразу поднялся наверх, надеясь найти там что-нибудь ценное.
Оставшись один, послушник сначала чувствовал себя неуютно, но через какое-то время привык и уже не озирался испуганно на каждый шорох. В одном из залов он наткнулся на несколько прогнивших шкафов, которые поспешил осмотреть. Помещение, по-видимому, раньше было кухней, потому что кроме позеленевшей столовой утвари, каких-то черепков и непонятного предназначения пыльных и потрескавшихся коробок, ничего путного там не нашлось. Побродив ещё немного по пустым коридорам и отчаявшись отыскать на этом ярусе какие-нибудь записи, послушник поднялся по деревянной приставной лестнице на второй этаж. Неведомо почему в этом замке не обнаружилось иной лестницы, кроме вертикальной. Как ею обходился прошлый хозяин замка, можно было только гадать. Похоже, крепость проектировалась больше из соображений безопасности на случай осады, нежели из расчёта на удобство. По той же причине, в ней, видимо, и не было нормальных окон.
Очутившись на втором этаже, Лестер немного приободрился. Эта часть замка выглядела более обжитой, если так вообще можно выразиться о покинутом много лет назад жилье. Гарпий здесь, действительно, не обнаружилось, а Везунчик, освещая помещение магическим светящимся шаром (и где только он разжился таким количеством свитков на все случаи жизни?), рылся в сундуках в одном из залов, которыми оканчивался длинный, идущий от лестницы коридор.
– Ну как дела? – спросил, Лестер, подойдя поближе и скользя взглядом по заросшим паутиной стенам.
– Ничего, – не оборачиваясь, пожал плечами наёмник, – по крайней мере, ничего заслуживающего внимание. Как у тебя?
– Ещё хуже, – хмуро ответил Лестер, – там всё в полном упадке.
– Я же говорил… – Везунчик хотел ещё что-то добавить, но неожиданно замолк, напряжённо прислушиваясь к чему-то. – Ты слышал это? – наконец, вымолвил он.
– Что? – удивился Лестер, но буквально в то же мгновение понял, о чём говорит товарищ.
Где-то за стеной раздавались скрежещущие звуки, будто кто-то царапает камни. Потом скрежет утих и послышался топот. Кто-то определённо двигался за каменной кладкой.
– Там кто-то есть, – наёмник указал на стену и подошёл поближе, приложив к ней ухо.
– Должно быть, соседняя комната, пойду поищу вход, – ответил Лестер и направился на поиски.
– Едва ли. Я уже тут осматривался, – возразил Безымянный, – но можешь, если хочешь, проверить ещё раз.
Только Лестер вышел из зала, как сзади
