Ив сидел растерянный и ошеломленный. Зал гудел. Академик Тор говорил что-то, обращаясь к Вилену, но его слов не было слышно. Ив понял только последнюю фразу.
— …кроме того, вам придется получить разрешение Высшего Совета Планирования Будущего.
— Я получу его, не сомневаюсь, — спокойно ответил Вилен.
— Рекогносцировка состоится через три дня, — добавил он, отыскав глазами Мики. — Ты приготовишь самое маневренное из твоих глубоководных блюдец.
Мики бесстрастно поклонился.
— А пока будем продолжать наблюдения по предложенной сегодня расширенной программе, — заключил Вилен.
Зал снова загудел, но академик Тор, недовольно покачивая крупной седой головой, закрыл заседание.
* * *
Остаток дня Ив провел на Гуамской базе Ковоса, превращенной в штаб операции. Вилен не пожелал слушать никаких доводов. Он уже говорил с председателем Высшего Совета Планирования Будущего и теперь ждал решения Совета с минуты на минуту. Разговаривать с Ивом он просто отказался.
— Сейчас не нужны лишние слова, — резко прервал он Ива. — Занимайся своими делами. На тебе сейчас вся тяжесть руководства Ковосом и операцией.
Оказавшись в водовороте событий, Ив сначала растерялся. Десятки людей ждали от него советов и решений, а он, занятый своими мыслями, был не в состоянии быстро переключаться с одного на другое. Ему стало казаться, что он даже мешает всем этим людям, каждый из которых стремился как молено лучше и быстрее выполнить свое дело.
Только к ночи Ив начал ориентироваться в обстановке и почувствовал, что некоторые из его решений осмысленны и необходимы. Анализ наблюдений последних суток показал, что зона опасности продолжает расширяться. Если скорость ее расширения не изменится, через четыре дня люди должны будут покинуть Гуам. Из Центрального госпиталя на Гавайях сообщили, что состояние Дари не изменилось. Она в сознании, к ней возвратился слух, она может немного говорить. Но из этого же сообщения Ив узнал, что его сестра ослепла и полностью парализована. За истекшие сутки в гавайском госпитале появились новые пациенты — целая группа молодых людей и девушек из числа “иждивенцев цивилизации.”. Не внимая предупреждениям средств массовой информации, они прошли на амфибии сквозь контрольные посты и углубились в зону опасности. Их потерявшую управление амфибию обнаружил днем контрольный авион. Все пассажиры были уже без сознания. Состояние троих очень тяжелое.
Ночью Иву пришлось провести первую пресс-конференцию. Ее еще с утра требовали многочисленные представители радио- и видеоинформации, прибывшие на Гуам. Ив кратко рассказал об утреннем совещании и о решении Вилена. Вопросов было немного. Чувствовалось, что представители публичной информации понимают серьезность ситуации. Пресс-конференция передавалась прямо в эфир по множеству каналов.
Лишь глубокой ночью Иву удалось связаться непосредственно с госпиталем на Гавайях. На большом экране видеосвязи возникла белая палата, в окна которой проникали неяркие лучи только что взошедшего на Гавайях солнца. Посреди палаты на белом возвышении, похожем на катафалк, под прозрачным колпаком лежало неподвижное тело Дари. Глаза ее были закрыты, черные волосы, разметавшиеся по подушке, обрамляли очень бледное лицо. Сквозь белую ткань покрывала проступали контуры ее тела. Открыты были только плечи и неподвижно лежавшие вдоль тела руки. К этим бледным тонким рукам и под покрывало тянулись тонкие нити датчиков и гибкие прозрачные трубки от большого, блистающего металлом прибора, который стоял поодаль у стены. За пультом управления прибора сидела молодая женщина в белой одежде врача. У изголовья Дари, тоже одетый в белое, сидел мужчина с низко опущенной головой. Видеоэкран находился где-то высоко под потолком палаты. Вероятно догадавшись, что экран включен, мужчина поднял голову, и Ив узнал Риша. Риш тоже сильно изменился. Черты его лица заострились, глаза казались потухшими. Увидев на экране Ива, Риш печально покачал головой, перевел взгляд на Дари и, наклонившись к ней, что-то сказал. И Ив заметил, как в ответ шевельнулись губы Дари.
— Говорите спокойно и совсем тихо, — сказала с экрана женщина, сидящая у пульта управления. — Риш передаст ей ваши слова и ее ответ. Говорить непосредственно с ней вы сейчас не можете. И поторопитесь. У вас мало времени.
— Дари, родная моя… — начал Ив. Голос его прервался и глаза наполнились слезами. — Дари…
Риш наклонился к самому лицу Дари и, отделенный от нее лишь оболочкой прозрачного колпака, о чем-то заговорил. В ответ губы Дари снова зашевелились, а по лицу скользнуло подобие улыбки.
— Я передал ей все, что ты хотел сказать, старина, — произнес Риш, поднимая голову. — Дари благодарит и просит передать, что ей лучше. Понимаешь, лучше, — повторил Риш, и Ив отчетливо прочитал в его глазах отчаяние.
— Так что же будет, Риш? — прошептал Ив чуть слышно. — Что надо сделать?
Риш понял. Он встал от изголовья Дари и подошел ближе к экрану.
В его широко раскрытых глазах застыли боль и решимость.
— Никто не знает, старина. Будь они трижды прокляты — эти изверги! Только теперь я понял истоки отваги и ярости тех, кто умирал за революцию. О, как понял!.. Я слышал, что ты говорил людям Земли. Ви-лен прав. Передай это ему от моего имени. Преклоняюсь перед ним. А мы с Дари… — голос его прервался. — Понимаешь, мы уже решили, и она согласилась. Когда надежды больше не останется… Мы усыпим ее для криокоисервации. Может быть, наши потомки помогут ей когда-нибудь. И я, конечно, последую за ней. Не считай это бегством, Ив. Я люблю ее. Ты понял? Пойти за ней — мое право. Я не могу без нее, понимаешь. Это навсегда. Или мы оба очнемся в далеком будущем, когда медицина сможет исцелить ее, или… Ну, ты понял, дружище. А сейчас велят выключаться. Прощай.
* * *
Ив долго сидел неподвижно перед потухшим экраном. Прошло лишь несколько дней, и как все изменилось. Ураган событий изломал все, что казалось привычным и прочным, и мельчайшие обломки развеял по миру. Ирма, Риш, Дари, Вилен… Все уходят. А что делать ему?
На одном из экранов возникло лицо дежурного.
— Вам радиограмма, шеф.
“Он уже называет меня шефом, — подумал Ив. — Разве я когда-нибудь смогу заменить Вилена…”
— От кого? — спросил он с невольным вздохом.
— Не знаю, — ответил с экрана дежурный. — Передали текстом с Главной Базы. А к ним поступила из Антарктиды.
— А, — сказал Ив. — Давайте.
Дежурный исчез, и на экране всплыли четкие строчки текста, отпечатанного на приемной станции Гуамской базы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
