С тех пор, как не стало мамы.
Люциан тряхнул головой и улыбнулся, глядя сестре в глаза.
– Так что тебе не о чем беспокоиться, мелкая. Я по-прежнему только твой принц.
– Идиот, – сказала сестра, но уголки губ у нее дрогнули.
Ларо тоже часто улыбалась. Эта новая Ларо, не та, которую все знали – забитая серость. Она не просто часто улыбалась, она улыбалась так, что хотелось улыбнуться в ответ, а это, пожалуй, было уже посерьезнее прикосновений и поцелуев. С ней определенно что-то было не так.
И она тоже ничего не помнила, как Драконова. Что произошло во время той дуэли – большой вопрос.
Почему она так изменилась.
Почему его так тянет к ней, тянет, как магическим арканом высшего уровня.
Ничего, он все это выяснит. Так или иначе. И когда он узнает все ее тайны, Ларо уже никуда от него не денется. Потому что магическая дуэль – это просто искорки по сравнению с тем пламенем, которое способны разжечь ее тайны. Осталось просто понять, как до них добраться. Сезар рассчитывает на то, что через него узнает все о случившемся с Драконовой и Ларо, но у него на эту информацию свои планы. Гораздо более интересные.
Люциан поймал себя на мысли, что выпал из реальности, что сестра уже какое-то время болтает о своем вечном противостоянии с предметницей по ранней эпохе драконьего искусства, и немедленно влился в разговор.
Все, никаких больше мыслей о Ларо.
По крайней мере, до завтра.
_____________________________
* Ритха – ругательство в отношении женщины
** Эрими – избранная дракона
Глава 16
– Доброе утро, Ленор! – радостно провозгласила голограмма. – Учитывая, что вчера ты легла спать очень рано и даже не потрудилась привести себя в порядок, сегодня я решила поднять тебя до общего пробуждения.
Ленор, то есть я, с трудом разлепила веки. Доброе утро мне всегда представлялось как-то иначе, а не когда ты лежишь в позе зю в форме, с растрепанными волосами и головой тяжелой, как участь Валентайна Альгора. Чтоб его настигло самое жестокое несварение, которое только можно себе представить.
– Сегодня у тебя снова четыре пары…
Какая радость!
– Первая – общая теория магии. Вторая – история, практика. После обеда зельесоздание и зоомагия.
Потрясающий предмет. Надеюсь, там мне расскажут, как превратить Валентайна Альгора в козла. Предания гласят, что он наполовину дракон, но как по мне, он стопроцентный козел.
Злиться было как-то проще, чем вспоминать о случившемся вчера и о том, что сегодня, вполне возможно, последует продолжение. Или повторение. Потому что никто кроме этого стопроцентного козлодракона с темной стороны силы не возьмется объяснять адептке, дочери заговорщиков, запрещенную тему межмировых перемещений. Признаться честно, я не была уверена, что возьмется он, но выбора у меня особо не было.
Либо так, либо застрять здесь до скончания века (моего), который, исходя из всех сложившихся обстоятельств и предпосылок, может оказаться довольно коротким. Как бы там ни было, Валентайн Альгор оставался единственной лазейкой, и сегодня должен был настать момент истины. Или мы говорим о теме межмировых перемещений, и я наконец приближаюсь к теме возвращения домой и помощи Соньке, или…
– Тебе лучше поторопиться, Ленор, – прервала мои измышления говорящая голограмма. – Нужно умыться, привести в порядок себя и форму, а на все это у тебя осталось не так много времени.
– Спасибо за совет, – буркнула я. – Слушай… как мне тебя называть?
Голограмму, кажется, закоротило. Потому что она молча уставилась на меня.
– Есть у тебя какое-нибудь имя?
Алиса, Маруся, Сири…
– Эвиль, – произнесла голограмма. – Меня зовут Эвиль, Ленор. Ты разве не помнишь?
Кажется, или голограмма обиделась? Потому что голос ее прозвучал как-то иначе.
– В голове все перемешалось, – сообщила я. Не хотелось никого лишний раз обижать, даже искусственный интеллект. Или искусственный магический интеллект, коим, кажется, Эвиль и являлась. Если честно, я пока смутно представляла, как она вообще работает, но именно этот вопрос интересовал меня в последнюю очередь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Поэтому я поднялась, разделась и ушла в душ. Где, стоя под струями воды, старательно пыталась не вспоминать прикосновения Альгора. К моему величайшему сожалению, они так же старательно вспоминались. Так же старательно, как и моя реакция на эти прикосновения, которая почему-то пробуждалась именно сейчас, хотя сейчас меня касались исключительно струи душа.
Ну все, хватит!
Остановив воду, я поняла две вещи: во-первых, что снова забыла полотенце. А во-вторых, что не представляю, как мне сушить волосы. Перед балом их сушили Ярд и компания, а платье вообще гладить не надо было. Форму, которую я оставила в комнате – надо.
Да что ж за драконство-то такое, а! Почему у них здесь нет нормального утюга для тех, кто устал от магии? И, что гораздо важнее – фена! Я же не Дайсон прошу, самый обычный фен!
Драконова Академия!
Шлепая босыми ногами, я дошла до шкафа, вытащила полотенце и как следует вытерлась. Поскольку выбор был небольшой, надела платье и туфли, волосы оставила завернутыми в полотенце и погрузилась в записи со вчерашнего занятия по основам бытовой магии. Если верить записям и образцам схем, любой источник света можно создать холодным и горячим. Мне как раз нужен горячий. А если добавить заклинание левитации, то что-то над ним двигающееся, особенно быстро, способно вполне создать потоки теплого воздуха.
Вздохнув, быстро приступила к реализации задуманного. Не сразу, но над головой вспыхнула горячая сфера, и я чуть было не запрыгала от радости. Потом вспомнила, что не хватает еще одного элемента: то есть левитирующего чего-то там. В левитирующее что-то там пошла выданная мне вчера магистром пластинка. Когда она взмыла в воздух над горячим светильником, мое настроение взмыло следом за ней.
Кто бы мог подумать, что первые успехи в магии так окрыляют!
Правда, уже в следующий момент я поняла, что помимо левитации здесь нужно еще чтобы она крутилась. В идеале не просто крутилась, а со скоростью лопастей вентилятора. Этому нас на бытовой магии не учили, но…
– А если так?
Закусив губу, я перестроила парочку контуров, замкнув их друг на друге и для верности добавила третий. Я действовала наугад, но пластинка действительно подпрыгнула и принялась вращаться. Медленно так.
Снова нырнув в расчеты, я перекроила еще несколько контуров и спустя пару минут штуковина действительно раскрутилась. Больше того, она раскрутилась так, что горячим воздухом брызнуло во все стороны.
Обрадовавшись, я поспешно сунула голову в нужном направлении, то есть под созданный самой собой светильник.
– Бдыыыы-щ вииии-у! – этот звук издала крутяще-левитирующая штука, когда просвистела по комнате, как сюрикен.
Бум!
Это прямо надо мной лопнул светильник.
– Р-р-р-р-р-р-р! – заорало из-за двери сигналом побудки.
Все это произошло одновременно.
Когда рычание стихло, я все-таки обратила внимание на застрявшую в стене пластинку и дымок, клубящийся надо мной. После чего прошла к зеркалу в так называемой ванной и в глубокой задумчивости уставилась на собственное отражение.
Ну что я могу сказать? Волосы высохли.
А еще они все до единого встали дыбом.
М-да-а-а-а. Магия в действии!
Я осторожно коснулась волос и тут же отдернула руку: пальцы словно ужалило током.
– Ай! – подула на покрасневшие подушечки и снова взглянула на себя в зеркало. По идее, конечно, никакого тока в волосах быть не могло, но повторять опыт как-то не хотелось. Поэтому я вышла из ванной и пошла за расческой. То есть за гребнем, который тут наблюдался в единственном экземпляре и был деревянным. Если верить школьному курсу физики, деревянным можно.
– Ай! – взвыла я, когда меня в противовес всем законам физики «тяпнуло» даже через деревянный гребень.
– Ну вот и что мне теперь делать?
