салочки комком глины [139]. Каждый человек ловит комок и лепит его своим восприятием, прежде чем бросить обратно. Такие вещи, как образование, пол, раса, возраст, отношение к другому человеку, состояние ума, словесные коннотации и отвлекающие факторы, влияют на лепку глины. Если в игру вступают новые люди, общая сложность и смысловые нюансы только возрастают.
В продюсерском штате «Свежего воздуха» находятся восемь человек. Многие из них были приняты туда, хотя практически не имели опыта работы на радио. По словам Миллера, главной квалификацией, которую он хочет видеть, когда нанимает продюсеров, являются «хорошие уши». Под этим он имеет в виду превосходную способность слушать и определять, что на самом деле происходит во время разговора. Миллер называет это владением разговорной техникой. Психологи называют это разговорной чуткостью [140].
Люди, обладающие таким качеством, не просто уделяют внимание сказанному; они также умеют находить скрытые смыслы и оценивать тональные нюансы. Они хорошо распознают оттенки речи и быстро отличают претенциозность от искреннего чувства. Они отлично запоминают чужие слова и получают удовольствие от разговора или, по меньшей мере, проявляют интерес к нему. Разговорная чуткость предшествует сопереживанию, которое требует умения проецировать ранее пережитые эмоции на последующие жизненные ситуации.
Неудивительно, что разговорная чуткость связана с когнитивной гибкостью, которая, как обсуждалось ранее, подразумевает открытую позицию и способность к непредвзятому восприятию противоположных мнений. Вы не можете хорошо определять тонкий подтекст, если вам не пришлось выслушать множество людей. Чем больше людей вы слушаете, тем больше аспектов человечности учитесь распознавать и тем острее становится ваша интуиция. Это тренируемый навык, который зависит от восприятия широкого спектра мнений, позиций, чувств и убеждений. Продюсеры «Свежего воздуха» и их помощники соответствуют такому определению. Все они люди с разным жизненным опытом, включая бывшую официантку, кинорежиссера и фольклориста.
«Когда мы собираемся для обсуждения редактуры, то убеждаемся, что все находимся на одной странице обсуждаемого разговора, – сказал Миллер. – У нас много сравнительных записей. Мы все разного возраста и происходим из разных мест. Мы хотим представить разное видение и восприятие услышанного». Он описал этот процесс как «сочетание интерпретации услышанного и личных чувств по этому поводу». Затем дипломатично добавил: «У нас бывают очень бурные дискуссии по поводу редактуры и правки интервью».
После завершения интервью Гросс с кинорежиссером и продюсеры Кренцель и Саман вышли из затемненной студии на яркий солнечный свет, лившийся через панорамные окна в офисе радиостанции. Они расселись за столом, чтобы обсудить свои впечатления. Кренцель около шестидесяти лет, она с детства живет в Филадельфии и имеет долгую карьеру на радио. До «Свежего воздуха» она продюсировала аудиокниги, трансляции профессиональных спортивных мероприятий и несколько радиопрограмм для Национального общественного радио в Нью-Йорке. Тридцатилетняя Саман – американка египетского происхождения в первом поколении, которая выросла в Лос-Анджелесе. Она начала карьеру в киносъемках и продолжает писать сценарии и режиссировать фильмы. Две женщины стали построчно выверять интервью. «Это можно убрать… А это определенно нужно сохранить… Можно ли процитировать короче?.. Он дважды сказал это… Мы вставим эту часть подальше… Наверное, это неинтересно… Думаю, эта часть была классной… А эта часть удивила меня… Это так важно?»
Они обсуждали разговор и сводили его к наиболее важным местам, проверяя друг друга. Им необходимо было убедиться, что неинтересное для них может оказаться таким для кого-то еще. «Мы ищем то, что наилучшим образом отражает суть интервью и лучше всего характеризует говорящего человека, – сказала мне Кренцель. – Очевидно, что мы хотим держаться в рамках повествования, но также стремимся, чтобы люди почувствовали эмоциональную составляющую, поэтому иногда нам приходится что-то видоизменять или сокращать ради выделения действительно удачных моментов».
Миллер, живой клубок энергии, описал несколько кругов вокруг стола, где сидели Кренцель и Саман, вставляя реплики на ходу и цитируя по памяти понравившиеся фрагменты интервью. Его чуткость к нюансам разговора была подкреплена сорокалетним опытом работы в ежедневных шоу. Он начал карьеру двадцатилетним стажером на радиостанции. Я почти физически могла видеть, как эти трое перебрасывают «комок глины» Кэтрин Хэмпстен вокруг стола. «Правда?.. Я этого не понял… О, да… О, нет… что вы думаете об этом?.. Я уловил, что вы говорите».
Хотя они могли не соглашаться во всем, что хотели увидеть в финальной редакторской версии, но единогласно соглашались с включением тех фрагментов, которые раскрывали эмоциональную глубину общения. Это подтверждается исследованиями, которые показывают, что разговорная чуткость обостряется при обсуждении личных вопросов [141]. Другие обстоятельства, привлекающие внимание к разговору, более разнообразны в зависимости от ситуации и наших индивидуальных различий, в том числе от хорошего или плохого настроения и от интереса к теме. Тем не менее личные обстоятельства всегда заставляют нас настораживать уши.
Согласно Кренцель в худших интервью люди «не хотят раскрываться и что-либо рассказывать о своей жизни. Они произносят реплики, предписанные консультантами, которые кажутся сухими как пыль, потому что не вызывают эмоционального резонанса». Разумеется, его отсутствие делает обычный разговор скучным и утомительным. Вероятно, вам приходилось общаться с людьми, которые говорят как по заранее написанному сценарию, а не делятся спонтанными мыслями и чувствами. Если вы слышали, как они разговаривают с кем-то еще, то, наверное, это были такие же истории о работе, детях, питании, медицинских проблемах и т.д.
Более шести миллионов человек каждую неделю настраиваются на волну «Свежего воздуха», потому что Гросс умеет заставлять своих гостей отклоняться от заранее написанного сценария. Слушая ее интервью до редакторской правки, можно заметить, как искусно она выбивает гостей из наезженной колеи. «Тогда запись становится действительно интересной для нас, – сказала Саман. – Терри пытается нащупать их зону комфорта. Вы слышите, как меняется ритм беседы, когда она приводит их туда. Иногда это личные вопросы или работа – все, что кажется увлекательным для них. Она пытается вытащить людей из их головы». Хороший слушатель обладает способностью проникать за поверхностную болтовню, поэтому люди больше рассказывают о том, кто они такие на самом деле.
Преимуществом Гросс служит подготовка, которую она и ее продюсеры проводят перед каждым интервью. Судя по ее вопросам, гости понимают, что она хорошо выполнила домашнюю работу и испытывает неподдельный интерес к их деятельности. Когда люди чувствуют себя понятыми и признанными, они лучше готовы к общению. Еще до начала интервью Гросс заверяет их, что они могут остановить ее в любой момент, если почувствуют, что она затрагивает неудобную тему. Тем самым она с самого начала гарантирует, что заботится об их чувствах.
