сочинений, предположительно написанных первым или вторым человеком, то они читали в темпе, соответствовавшем скорости речи «автора».
Многие читатели, которым нравятся конкретные авторы, говорят о том, что слышат неповторимый авторский голос, точнее, воображаемый ими голос автора. Они также могут слышать голоса отдельных персонажей. Исследования установили, что зоны, чувствительные к голосу в слуховой коре мозга, более активны при чтении прямой речи по сравнению с косвенной [166]. То есть мозг реагирует так, как будто слышит живого человека, когда вы читаете «Я люблю тебя», – сказал он», но не так сильно, когда вы читаете «Он сказал, что любит ее».
Фернихоу и его коллеги объединились с газетой Guardian [167] и опросили 1566 читателей. 89% из них сообщили, что слышат голоса книжных героев иногда вполне отчетливо. 56% опрошенных сказали, что голоса некоторых персонажей остаются с ними, даже когда они не читают книгу, и оказывают влияние на тональность и содержание их внутренней речи. Разумеется, многие авторы художественных произведений утверждают, что их персонажи разговаривают с ними и даже определяют ход развития сюжета. Когда Рэя Брэдбери спросили о его повседневных писательских привычках, он сказал, что по утрам лежит в постели и слушает голоса у себя в голове. «Я называю это моим утренним театром, – сказал он. – Мои персонажи говорят друг с другом, а когда их разговоры достигают кульминации, я вскакиваю с кровати, бегу к столу и стараюсь поймать их на бумаге, пока они не затихли» [168].
Внутренний голос формируется не только под влиянием реальных людей, но и тех голосов, которые мы регулярно слышим в СМИ. Скажем, тон голоса и стиль речи Шона Хэннити или Опры Уинфри может эхом отдаваться у вас в голове в зависимости от того, насколько преданным поклонником того или иного ведущего вы являетесь. Кого напоминает звук вашего внутреннего голоса? О чем он говорит вам? Он звучит иначе в разных ситуациях? Он дружелюбен или критичен? Стоит задать себе эти вопросы, так как внутренний голос влияет на то, как вы обдумываете разные вещи, интерпретируете ситуации, выносите нравственные суждения и решаете проблемы. В свою очередь это влияет на ваше отношение к миру: видите ли вы лучшее или худшее в других людях и в самом себе.
Беда в том, что люди изо всех сил стараются избегать тонкой настройки на свой внутренний голос. Это выяснилось в ходе одиннадцати экспериментов с участием более семисот человек, проведенных психологами из Виргинского университета. Большинству участников не понравилось сидеть одним в комнате от шести до пятнадцати минут и ничем не заниматься, кроме размышлений. В одном эксперименте 64% мужчин и 15% женщин предпочитали дергать себя за волосы или хлопать по щекам, лишь бы не оставаться наедине со своими мыслями [169].
Это предполагает, что внутренние голоса многих людей похожи на голос Спанки, мучителя моей подруги. Даже если он более дружелюбен, диалоги с собой часто бывают связаны с тем, что угнетает вас: с трудностями во взаимоотношениях, профессиональными разочарованиями, беспокойством о здоровье и т.д. Люди по натуре склонны к решению проблем, поэтому в тихие моменты наши мысли обращаются в эту сторону. Фиксация на том, что нужно исправить, приводит к тому, что некоторые не выносят бездействия и всегда должны что-то делать, чтобы не думать о плохом или неприятном. Однако стремление подавить внутренний голос лишь делает его сильнее. Он начинает звучать еще громче и настойчивее, что побуждает некоторых людей загружать себя делами и выбиваться из сил, лишь бы заглушить его. Но ничего не получается. Внутренний голос всегда остается на месте, и если он не может добиться внимания в течение дня, то будит вас в четыре часа утра. Привет! Помнишь меня?
Когнитивная терапия поведения посвящена обучению говорить с собой другими способами. Бесполезный внутренний голос, который звучит как властный отец или суровый критик, вытесняется тем, который больше похож на семейного врача, что открывает возможность для более терпимого или открытого образа мыслей. В свою очередь было доказано, что это укрепляет ощущение благополучия. Полезно также слушать разных людей. Многочисленные голоса приносят с собой множество взглядов на мир. Задавая людям вопросы и слушая их ответы, вы учитесь лучше делать то же самое, когда ведете диалоги с собой. Какой бы трудной ни была проблема, диалог с собой в конечном счете является единственным способом ее решения или, по меньшей мере, примирения с ней.
Когда великий физик и лауреат Нобелевской премии Ричард Фейнман сдавал экзамен на годность для службы в армии во время Второй мировой войны, психиатр спросил его: «Вы разговариваете с собой?» Фейнман сообщил своему биографу: «Я не сказал ему того, что могу рассказать вам: иногда я разговариваю с собой в довольно изощренной манере. «Совокупность должна быть больше, чем сумма граничных условий, поэтому нужно повысить давление, понимаешь?» – «Ты сошел с ума!» – «Нет, я не сумасшедший!» – «Я спорю с собой. У меня есть два голоса, которые дискутируют друг с другом» [170].
Фейнман сказал, что разговоры, которые он вел с отцом, женой, друзьями и коллегами, повлияли на него и стали отголосками в его внутренних диалогах. В своем сборнике эссе «Радость познания»[26] Фейнман написал: «Пытаясь свести воедино точки зрения, существующие в нашей голове, и сравнивая одно с другим, мы достигаем некоторого прогресса в понимании и оценке того, где мы находимся и что собой представляем» [171].
Глава 12
Поддержка беседы, а не смена темы
В своих мемуарах американская дама высшего света Дженни Джером, также известная как леди Рэндольф Черчилль (мать Уинстона Черчилля), описала два отдельных ужина с Бенджамином Дизраэли[27] и Уильямом Гладстоном[28], которые были злейшими политическими противниками. «Когда я выходила из столовой после разговора с Гладстоном, то думала, что он умнейший мужчина в Англии. Но когда я сидела рядом с Дизраэли, меня не покидало ощущение, что я умнейшая женщина в Англии» [172].
Неудивительно, что она предпочитала общество Дизраэли. Дважды избранный премьер-министр от партии тори был блестящим оратором, но также проницательным слушателем, заботливо и умело направлявшим разговор в сторону собеседника. Это качество сделало его фаворитом королевы Виктории, чье нескрываемое предпочтение к Дизраэли перед Гладстоном во время выборов, по словам некоторых наблюдателей, граничило с нарушением конституции. Дизраэли уделял пристальное внимание не только аристократам и особам королевской
