— чуть понизил голос.
— В деревне? — он едва сдержал смешок.
— Вот тут, — из моего пространственного кольца появился ящик, — лечилка, восстановление магии, скорость, выносливость.
— Уберите этот мусор из моего дома…
Мужик осёкся на полуслове и уставился на меня с открытым ртом.
— Что? Ш-ш-ш-то? — Булкин начал заикаться, лицо побледнело.
— Пространственное кольцо, — выдохнул слуга, и его челюсть отвисла.
— А, вы про это? — небрежно улыбнулся я. — Так, семейная реликвия.
— Но такие есть только у тех, кого лично отметил император, или у… — Булкин вскочил с места так резко, что кресло скрипнуло.
— Наверное, моему роду просто повезло, — пожал плечами и убрал ящик обратно. — Жаль, что вы оценили мой дар как мусор, — в голос добавил грусти. — Все зелья — эталонка третьего уровня. Стоимость подарка — миллион рублей.
— А? — Булкин хлопал глазами, как рыба, выброшенная на берег. — Как это? Не может быть… В Енисейске?
— Возможно, вы заметили в магазинах Цветковых подобный товар? — скромно пожал плечами. — Это мой. Хотел расширить дело. Но, раз у вас и так всё в порядке, не интересуют ни зелья, ни кристаллы…
— Кристаллы? — Гаврила Давыдович двинулся ко мне, его живот колыхался при каждом шаге. — Откуда они?
— А вы не знаете? — покачал головой с деланным удивлением. — Хотя откуда… Тут же, в Томске, почти нет жил. Бедное местечко.
Два кристалла материализовались из кольца. Булкин впился в них взглядом, как голодный кот на свежую рыбу.
— В ходе исследований ставленника императора обнаружилось, что на моей земле находится одно из крупнейших месторождений в стране. Чудо, не иначе — такие богатства в деревне, — чуть усмехнулся. — По скромному мнению Жмелевского Виктора Викторовича, можно купить несколько столиц. Но о чём это я?.. Всё принадлежит императору. Хотя мне позволили получить три процента от добычи. А это…
— Много! — выдохнул Булкин. — Очень…
— Вот я, скромный аристократ из деревни, ищу делового партнёра, который хочет стать ещё богаче и могущественнее. Но, судя по тому, как вы себя повели…
— Я? А что? — затряс подбородками Гаврила Давыдович.
— Давайте вспомним? — начал загибать пальцы. — Этот показ особняка, ожидание, намёки на подарки. Назвали мои земли, которые больше территорий всех имперских аристократов в Томске, деревней. Мои лучшие зелья, продающиеся по всей стране, — мусором.
Булкина начало качать, словно маятник. Он одновременно краснел и бледнел, что казалось невозможным. Слуга метнулся к хозяину, подхватывая грузное тело.
— Прощайте! — махнул я рукой. — Уверен, найду в городе того, кто захочет вести сотрудничество.
— Магинский! — взревел Булкин. — Магинский, стойте! Павел Александрович, прошу вас! Остановитесь! Я готов! Я…
Повернулся и улыбнулся. Отлично! Рыбка заглотила наживку. Теперь перейдём к торгам.
Глава 10
Булкин вернулся на своё место, тяжело опустился в кресло и выдохнул. Я расположился почти напротив, чувствуя, как его взгляд буравит меня. С трудом сдерживал улыбку.
Подарок Дрозда оказался поистине бесценным. Жаль только, что к нему прилагались клятва крови и эта чёртова метка некроманта…
— Я слушаю вас, Павел Александрович, — выдохнул Гаврила Давыдович, промокнув лоб шёлковым платком.
— В этом городе я ищу стратегических партнёров, — закинул ногу на ногу, демонстрируя полное спокойствие. — Мне, честно говоря, неважно, кто. Начал с вас лишь потому, что мой дед когда-то хотел с вами сотрудничать.
— Правильное решение, умное, мудрое, — закивал хозяин особняка, и его подбородки заколыхались.
— Меня в первую очередь интересует, — сделал паузу, наблюдая, как жадно Булкин ловит каждое моё слово, — продажа высокоранговых зелий.
— Господин Магинский, — елейным голосом произнёс Гаврила Давыдович, — я готов принять…
— Простите! — оборвал его жестом. — Теперь можно только купить. Считайте это малой компенсацией за устроенный вами… приём.
— Ко-неч-но… — растянул мужик, его губы дрожали. — Я вас понимаю.
Я же достал из пространственного кольца несколько зелий. Флаконы мягко звякнули о полированную поверхность стола.
— Можете проверить качество, прежде чем продолжим.
Булкин дал знак. Слуга метнулся к столу, схватил склянки и передал их другому, который тут же выскочил из кабинета. Через пять минут докладывали результаты. Я с удовольствием наблюдал, как вытягивается лицо хозяина, — похоже, качество превзошло все его ожидания.
— Я куплю этот ящик! — выпалил Гаврила Давыдович, наклоняясь вперёд. — Всё, что у вас есть!
Улыбнулся про себя. Рыбка заглотила наживку по самые жабры, как и планировалось. Только одна проблема: с собой нет партии. Ящик — да, несколько флаконов для личных нужд. Но продавать такую мелочь нет смысла. Важно другое.
— Гаврила Давыдович, — положил руки на стол и сцепил в замок, — давайте обсудим некоторые условия. Для начала минимальная партия — десять ящиков.
— Десять? — Булкин приоткрыл рот, и его второй подбородок затрясся.
Слуга, похожий больше на счетовода с этими своими вечно бегающими глазками, тут же склонился к хозяину. Его перо заскрипело по бумаге, пока он что-то быстро подсчитывал и шептал на ухо Булкину. С каждой цифрой лицо хозяина особняка становилось всё довольнее.
— Миллион за штуку, в партии — за девятьсот, — Булкин скользил взглядом по записям, и его пальцы нервно постукивали по столу.
— Полтора, — покачал головой, — за штуку, и в партии — миллион триста. Прошёлся по вашим магазинам и лавкам, оценил стоимость. Может быть, если бы мы общались в моём особняке и вы жили в Енисейске… — сделал многозначительную паузу. — Я бы подумал. А так… Вы будете отправлять всё в столицу и получите сто процентов сверху, а на мне охота, разделка, работа.
— Доставка! — встрепенулся слуга, и его голос прозвучал неожиданно звонко.
Значит, он тут в качестве мозгового центра. Я перевёл взгляд на этого худощавого мужчину в простом, но идеально сидящем костюме.
— Вот это действительно тема для обсуждения, — кивнул ему с уважением. — Миллион триста, если мы доставляем. И миллион двести, если забираете с моих земель сами.
— Зачем мне гонять своих людей туда-сюда? — возмутился Булкин, и его щёки покраснели.
Слуга снова склонился над бумагой, быстро царапая цифры и что-то нашёптывая хозяину. Я намеренно дал им время на подсчёты.
— Сто тысяч с ящика — скидка, — начал рассуждать вслух.
