— это был не безмозглый зомби, а настоящий охотник.
Я потянулся за ножом, но рука нащупала пустоту — клинок выпал при столкновении. Времени искать его не было. Отожравшийся зарычал, обнажая несколько рядов заострённых зубов. Удар прошел на волосок от моей головы — я инстинктивно активировал щит, но даже с ним почувствовал, как сила удара отдалась тупой болью во всём теле.
«Сейчас или никогда,» — промелькнуло в голове. Я пригнулся и рванул вперёд, уходя от следующего удара. Тёмная энергия хлынула в пальцы, обволакивая их багровым туманом. Я ударил снизу вверх, целясь в подбородок твари, но кулак встретил неожиданное сопротивление — кожа мертвяка оказалась твёрже стали.
Не успел я среагировать, как его челюсти щёлкнули в сантиметре от моего лица. Из пасти хлынул поток зловонной жижи — странная мутация, которой я раньше не видел. Жидкость попала на руку, и кожа мгновенно вспыхнула адской болью, словно на неё плеснули кислоты.
«Энергия 74/120» — нихрена себе он плюнул! Еще парочка таких выпадов и от меня только дымящаяся жижа останется.
Монстр снова бросился в атаку, но на этот раз я был готов. Уклонившись от его выпада, я прыгнул вперёд и вцепился обеими руками в его шею. Тёмная энергия вырвалась из моих пальцев, проникая под кожу твари и высасывая её извращённую жизненную силу.
Отожравшийся забился, по его телу пробежали чёрные трещины, выпуская тёмный туман, который втягивался прямо в мои ладони. Плоть монстра буквально осыпалась с костей, как песок с песочных часов. Его глаза погасли, а затем вся туша схлопнулась, превращаясь в кучу серого праха на асфальте — лишь угловатый скелет напоминал, что минуту назад здесь стоял двухметровый мутант.
«Энергия: 115/120,» — показал интерфейс, и это было неплохо, но меня больше беспокоила новая мутация. Кислотная слюна — такого я не видел даже в прошлой жизни, а это значит, что в этот раз зомби мутируют совершенно иначе. И это их делало совершенно непредсказуемыми. Надо быть осторожнее…
Снова переплывать через Неву мне категорически не хотелось — промокшая одежда в апрельской холодине грозила пневмонией даже псионику, а просматриваемые основные мосты наверняка контролировались либо людьми Черепа, либо другими военными группировками, выслеживающими таких, как я.
Из рации, подобранной у одного из убитых патрульных, периодически доносились обрывки переговоров об «особых объектах» и «нестандартных биологических активностях». Кодовые обозначения псиоников — «Альфа», «Дельта» и прочая греческая абракадабра — только подтверждали мои подозрения: военные явно мутят что-то серьёзное. И это, пожалуй, к лучшему. Учитывая неестественно быстрое развитие мертвяков, единственное, что может спасти оставшихся людей — это такие псионики, как я. Те, кто помнит прошлую версию апокалипсиса и знает, как действовать в этом аду.
Выход был один — мост Бетанкура. Не самый известный, зато неразводной и, судя по всему, оставленный без особого внимания в общем хаосе. Я осторожно двинулся в ту сторону, петляя между брошенными машинами и нагромождениями наспех сколоченных, а затем оставленных баррикад.
На Новоладожской улице я притормозил, заметив вдалеке военный грузовик с брезентовым тентом. Он двигался на высокой скорости, петляя между брошенными машинами — явно пытался как можно быстрее прорваться через опасный район. Из-под тента виднелись бледные лица гражданских — не меньше тридцати человек, прижавшихся друг к другу в кузове. Типичная картина эвакуации.
Уже собирался продолжить свой путь, когда заметил нечто странное — высокую фигуру посреди дороги. Мертвяк в изодранном белом халате просто стоял там, словно ожидая приближающийся грузовик. Даже с такого расстояния я разглядел характерное искажение воздуха вокруг его головы — телекинетическое поле. Блядь, только не это.
— Уходи с дороги, придурок, — прошептал я, хотя понимал, что водитель не слышит. — Сверни, твою мать!
Но грузовик не сбавлял скорости, несясь прямо на зомби-телекина. Водитель, видимо, решил просто раздавить одиночную тварь. Роковая ошибка. В последний момент, когда до столкновения оставались считанные метры, мертвяк вскинул руки, широко расставив пальцы.
Внезапно массивная машина словно врезалась в невидимую стену. Металл смялся с жутким скрежетом, лобовое стекло разлетелось вдребезги. Водителя буквально расплющило о руль — даже отсюда я видел кровавое месиво там, где секунду назад было человеческое лицо.
Но телекин только начинал. Вытянув дрожащие руки, он совершил плавное движение вверх, и многотонный грузовик медленно оторвался от асфальта. Мгновение машина висела в воздухе, а затем зомби резко выбросил руку в сторону, будто отбрасывая надоевшую игрушку.
Грузовик перевернулся в воздухе и с оглушительным грохотом рухнул на бок. Брезент сорвало, и людей буквально вытряхнуло на асфальт. Крики боли смешались со звуком ломающихся костей. Те, кто не погиб при падении, отчаянно пытались подняться, ползти, бежать.
Словно привлечённые криками и запахом свежей крови, со всех сторон начали стекаться мертвяки. Они выползали из переулков, из подвалов, из окон первых этажей — десятки голодных тварей, собирающихся на большой пир.
Тем временем зомби-телекин медленно приблизился к перевёрнутому грузовику. С жутковатой грацией он поднял руку, и одна из попытавшихся убежать женщин взмыла в воздух, беспомощно дёргаясь, как марионетка. Тварь склонила голову набок, разглядывая добычу, а затем резким движением пальцев швырнула её прямо в наседающую толпу мертвяков.
Я инстинктивно дёрнулся вперёд, но остановился, осознав бессмысленность этого порыва. Полсотни тварей и псионик… Это верная смерть. Как бы я ни ненавидел себя за это решение, но мне оставалось только наблюдать за разворачивающейся бойней.
Один за другим зомби-телекин методично швырял людей в толпу своих сородичей. Хватал телекинезом и отрывал от общей массы, как фермер, выбирающий овец для забоя. Те, кто пытался сопротивляться, умирали особенно жестоко — я видел, как одного мужчину телекин просто разорвал пополам, как бумажную куклу, не прикасаясь к нему.
Меня затошнило, когда очередь дошла до детей. Двое мальчишек, вцепившись друг в друга, пытались спрятаться под перевёрнутым грузовиком. Телекин, казалось, даже не торопился. Он просто поднял массивную машину в воздух, обнажая их последнее укрытие, а затем швырнул грузовик через всю улицу, словно картонную коробку. Металл смялся от удара о здание, осколки стекла разлетелись во все стороны.
Рука зомби лениво указала на детей, и их подняло в воздух. Мальчишки кричали и плакали, пытаясь ухватиться за что-нибудь, но их просто потащило по воздуху к ожидающей толпе.
Я отвёл взгляд, сжимая кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони до крови.
«Ты ничего не смог бы сделать,» — сказал я себе, хотя это не принесло ни капли облегчения. — «Иногда приходится выбирать, кого спасать».
Когда крики наконец стихли, я рискнул выглянуть. Телекин
