похожий на неандертальца, с выпуклыми надбровными дугами, а руки у него болтались где-то в районе колен. Иногда у меня складывалось ощущение, что эволюция его как-то упустила.
Не знаю, какими путями он прибился к библиотеке, его место было где-нибудь в боях ММА, Палате Представителей или западной Канаде, где он успешно изображал бы бигфута. Поговаривали, что он дальний родственник самой миссис Барбридж, но найти фамильное сходство еще никому не удавалось.
Гюнтер положил мне руку на плечо. Ощущение было такое, как если бы я взвалила на себя два мешка с картошкой. Спина неприятно заныла, колени начали подгибаться.
— Пойдемте, мисс, — прогудел он, разворачивая меня в сторону выхода.
— Ты свободен на следующие выходные? — спросила я.
Но он моей шутки не оценил и слегка подтолкнул меня в спину, так что я чуть не упала. Полагаю, если бы он дал мне ускорительного пинка, я бы вылетела на улицу и остановилась бы только врезавшись в стену дома, а в закрытых дверях библиотеки остался бы мой силуэт.
* * *
Наверное, нужно объяснить тебе, как это работает.
Смотри, политических сюжетов пруд пруди, поэтому власть что в Городе, что в стране меняется довольно часто. Вчера была демократия, сегодня автократия, завтра империя, потом снова демократия, потом опять по кругу или еще какую-нибудь фигню придумают.
Вот сейчас у нас главный в городе — это мэр, а в позапрошлом году был бургомистр, а завтра вообще может какой-нибудь сам себе князь, близкий друг младшей фрейлины сестры императора, чьего имени мы сегодня даже представить себе не можем. Или, может быть, вообще все какой-нибудь зловещей компьютерной сетью будет управляться.
Но это, все эти заговоры, дворцовые перевороты, скандалы, интриги, расследования, выборы, подсиживание конкурентов, политические убийства и прочие демократические процедуры, проходят где-то там, на высшем уровне, в тех сферах, о которых обычные люди только из новостей узнают, а жить-то как-то надо.
Поэтому, например, полиция существует на городские пожертвования, а не государственные деньги. Потому что правительства-то каждый год могут быть разные, а с уличной преступностью в любом случае надо что-то делать.
Теневое правительство из той же оперы.
Пока мы пытаемся наводить порядок на улицах, они стабилизируют все остальные процессы. Потому что независимо от того, кто стоит на вершине власти, экономика должна работать, колеса должны крутиться, шоу должно продолжаться и вот это вот все.
Разумеется, они стараются держаться в тени, и просто дергать за нужные ниточки, компенсируя влияние сюжетных линий на жизнь обычных людей. По крайней мере, так они это декларируют.
Если, конечно, их выложенный в сети манифест — не шутка какого-нибудь заскучавшего на работе копирайтера.
Агенты теневого правительства могут использовать любые методы, потому что уверены, что законы писаны не для них. Шантаж, угрозы, запугивание — это только малая доля их арсенала. Они вполне могут устроить тебе внеочередную налоговую проверку, пожар, прорыв канализации или еще какое-нибудь стихийное бедствие, последствия которого ты будешь разгребать еще очень долго.
Впрочем, когда они действуют в рамках закона, в этом тоже ничего хорошего нет. Теневое правительство существует на взносы промышленников, которые уплачивают их в добровольно-принудительном порядке, а потому может позволить себе очень дорогих юристов, которые превратят твою жизнь в ад не хуже прорыва канализации. Я знаю историю о человеке, которому дали восемь лет тюрьмы строгого режима за то, что он улицу в неположенном месте перешел. Чем он на самом деле прогневал теневое правительство, никому не известно до сих пор, потому что в тюрьме этот парень стал дико религиозным и дал обет молчания. Не без подсказки с той стороны, я полагаю.
Также никому не известны имена людей, входящих в теневой кабинет министров. Доподлинно даже неизвестно, какие именно министры представлены в этом органе.
Теневым министром может оказаться любой человек. Даже тот, которого ты знаешь и на которого никогда бы не подумал. А может быть, это просто гигантский розыгрыш, в реальность которого поверили миллионы людей, и кто-то решил этим воспользоваться.
Боюсь, что всей правды мы уже никогда не узнаем.
Если, конечно, какой-нибудь сюжет не приведет нас в эту тень.
* * *
Итак, в один день я потеряла обе свои работы и оказалась предоставлена самой себе. Еще и с кучей свободного времени вдобавок.
Было бы здорово, если бы кто-нибудь объяснил мне, что с этим временем делать.
Последние годы я всегда была занята работой. Нельзя быть копом с восьми утра до шести вечера. То есть, в принципе, наверное, можно, но тогда ты плохой коп.
А я-то хотела стать хорошим…
Первые полчаса у меня не было ощущения, что моя жизнь летит под откос. Да, из библиотеки меня выперли, скорее всего, навсегда, но ведь из полиции-то — только на время, а значит, все еще наладится.
Сев за руль «тахо», я первым делом достала из кармана телефон и открыла банковское приложение. Финансов у меня должно было хватить на пару месяцев экономной жизни. Или на четыре месяца обычной.
В почтовом ящике обнаружилось короткое сообщение от Кристиана.
«Видишь, мы все-таки беседуем». И ржущий смайлик.
Больной ублюдок, привычно подумала я. Может быть, та фотография среднего пальца была ошибкой, может быть, мне вообще не следовало ему отвечать, а теперь он думает, что мы беседуем. Или, быть может, что мы торгуемся. Или, быть может, что я кокетничаю, стесняюсь, а на самом деле жажду чистить ему ботинки и подставляться под хлыст, просто боюсь в этом признаться. Тогда он продолжит свои притязания, а у меня сейчас плохие времена, я и колено прострелить могу…
Задумавшись, я вывела «тахо» из парковочного кармана и покатила вниз по улице.
Ладно, это все хорошо, а что делать-то?
Внутреннее расследование обычно длится не меньше недели, и это в обычном случае, а если на отдел будут давить теневики, это может отразиться на сроках непредсказуемым образом. Или постараются все сделать как можно быстрее, или, наоборот, начнут проверять каждую мелочь, каждую деталь моей и его биографии, пытаясь найти взаимосвязь, и тогда все может затянуться на месяцы.
Раз уж у меня в кои-то веки выдалась свободная минутка, я загнала машину на мойку. Пока персонал толпился вокруг «тахо» и обсуждал, не стоит ли послать кого-нибудь на ближайшую стройку и одолжить у ребят отбойные молотки, я купила себе кофе в автомате и уселась на кожаный диван, установленный в клиентской зоне. На столике передо мной лежали свежие номера «Солдат фортуны», «Автогорода» и «Оружейного порно».
Не понимаю, откуда такая дискриминация. Женщин за рулем
