гордо поднятой головой встретиться с последствиями собственной глупости».
Последствия
Находясь в расстроенных чувствах, я не стала задерживаться в лине и, попрощавшись с Вастом, прихватила Чалу и направилась в сторону кэ, планируя заняться подготовкой к ужину. В конце концов, ничего так не помогает избавиться от ненужных мыслей, как работа! Нет, чисто теоретически, я могла бы вернуться на тренировочную площадку и досмотреть оставшиеся дуэли. Только вот в этом случае пришлось бы объяснять окружающим – особенно Тэят и Эльзиру, – своё странное поведение. А к этому я была пока не готова.
– Шиануся, – осторожно окликнула меня Чала, едва мы переступили порог дома.
– Да? – я подняла на девушку вопросительный взгляд.
– Быть может, вам стоит немного отдохнуть?
– Чуть позже, – возразила я отстранённо. – А сейчас я бы предпочла заняться делом.
На кухне уже привычно с помощью огнива развела огонь в очаге. Сколько же времени я убила, чтобы научиться пользоваться этим приспособлением! Все пальцы в первые разы ободрала, пытаясь высечь искру. Всё-таки спички и зажигалка – величайшее изобретение человечества! Только вот в этом мире их не было, поэтому приходилось пользоваться тем, что есть.
Высечь искру удалось с третьего раза, однако я была настолько поглощена своими мыслями – в основном переживаниями относительно говнистого характера Ришана и последствий, которые его последняя выходка принесёт нам всем, – что не успела её раздуть, так что крохотный огонёк, едва успевший вспыхнуть, сразу же погас.
– Шиануся, позвольте, я вам помогу,
Чала аккуратно, но уверенно забрала из моих рук камень и кресало, я же лишь тяжело вздохнула и выпрямилась, позволяя девушке разжечь огонь.
«Мне стоило сразу рассказать Эльзиру о том, что Ришан влез в хранилище артефактов, – подумала я, отступив к столу. – В этом случае ещё можно было бы сохранить в секрете случившееся хотя бы от вихо и представителей других кланов. Теперь же о вопиющем поведении Красного господина будут трубить на каждом шагу».
Как исправить ситуацию, я не знала. Пойти на поклон к Эльзиру и покаяться? Но не наврежу ли я этим ещё сильнее? Мне бы не хотелось, чтобы спины Хэджу и Шэда превратили в фарш из-за легкомысленности и эгоизма Ришана. А скрыть их участие в похищении брошей Чаура точно не удастся. А ведь ещё есть Ордет, который тоже был осведомлён о случившемся, но по моей просьбе промолчал, за что, согласно Кодексу поместья Лундун, должен быть строго наказан.
– Чала, поставь воду кипятиться, – распорядилась я, направляясь к выходу. – Я сейчас вернусь.
Пройдя через узкий коридор, я вышла на крыльцо. По обе стороны от двери стояли Мартнейт и Бэрт – первому выпала очередь дежурить в кэа, а второй, очевидно, пришёл заменить Улата в качестве моего сопровождающего на территории зейхана.
– Мне нужно поговорить с Ордетом, – объявила я, твёрдо посмотрев на обоих воинов. – Вы знаете, где он сейчас?
– Нет, госпожа, – хором ответили мужчины.
– Можем послать за ним кого-нибудь из слуг, – предложил Бэрт.
– Хорошо, – согласилась я. – Только быстрей.
Бэрт поклонился и отправился выполнять поручение. Мартнейт же наградил меня сумрачным взглядом.
– В чём дело? – прямо спросила я, поймав на себе этот взгляд, не суливший ничего хорошего.
– Бэрт рассказал мне о случившемся на Турнире.
– И?
– Госпожа поступила крайне опрометчиво, показав своё расположение к Хэджу.
Я растеряно моргнула. А спустя секунду до меня дошло, и я сдавленно застонала, обречённо закрыв глаза ладонью.
– Представляю, что после этого будут о нас говорить, – с сожалением проговорила я. – Прошлые слухи только-только улеглись…
– А вы дали прекрасный повод для новых, – мрачно закончил Мартнейт. – И это сейчас, когда на территории Краца находятся представители всех Великих кланов. И это я не говорю о вашем женихе, которому точно не понравится, что вы столь явно оказываете знаки внимания другому.
– Эльтайн мне не жених, – возразила я.
– Я не называл имён, – заметил Мартнейт, усмехнувшись, а затем, мгновенно посерьёзнев, добавил: – В любом случае, госпоже стоит поговорить с Первым молодым господином горы Абора и объяснить ему ситуацию до того, как это сделает кто-то другой, всё извратив.
Вот тут Мартнейт был прав: поговорить с Эльтайном не помешает.
– Благодарю за совет, – я сложила руки под грудью и поклонилась пожилому воину. – Я сегодня же им воспользуюсь.
Павильон наказаний
В ожидании Ордета я вернулась на кухню и занялась приготовлением пряного маринада для мяса, пока Чала над ведром ловко чистила овощи для рагу.
– Быть может, стоит сходить на кухню и попросить к ужину приготовить сладости? – поинтересовалась девушка.
– Хорошая мысль, – согласилась я, удивившись, почему эта идея не пришла мне самой в голову. – Сходи к Алеф, узнай, не найдётся ли у неё чего-нибудь, что удовлетворит взыскательный вкус выходцев с горы Абора.
– А как же наследники долины Цэгнус? – нахмурилась Чала.
– Ты ведь сама видела во время приветственного пира: они не снимают масок в присутствии посторонних. Так что нет смысла готовить для них что-то особенное – всё равно не оценят. В отличие от Эльтайна и его брата. Вот их уважить действительно стоит.
Внезапно в коридоре послышались торопливые шаги, и на кухню буквально влетел Картрейн – шустрый десятилетний парнишка, работающий на конюшне и выполняющий различные мелкие поручения старших слуг и стражи.
– Сиреневая госпожа, – мальчишка, тяжело дыша, остановился в дверях, оперевшись рукой о косяк, и взволнованно воскликнул: – Ордет в гужэ!
Я внутренне содрогнулась. Гуж – вотчина вихо Мейро, также известный как Павильон наказаний. И, как следует из названия, используют данное место только с одной целью – приводить в исполнение приговор бэкхрана вплоть до казни.
– Почему он оказался там? – спросила я, торопливо вытирая руки полотенцем.
– Неизвестно, госпожа, – ответил Картрейн. – После состязаний он подошёл к бэкхрану и попросил аудиенции. А потом его доставили под конвоем в гуж. А господин Бэрт велел мне срочно бежать к вам и всё рассказать.
– Молодец, – похвалила я его. – Можешь возвращаться к своим делам. Чала, – я повернулась к служанке. Та уже успела погасить огонь в очаге, накрыла полотенцем очищенные овощи и всем своим видом выражала готовность следовать за мной хоть на край света. Я лишь улыбнулась уголками губ и
