то, как Серана наложила чары. Хотя, по-моему, у нее получилось практически так же, как у Мордреда.
Сходим на берег. Я поправляю колчан со стрелами. Поднимаемся по извилистой тропинке к замку, остров выглядит пустынным. Редкие снежинки кружатся и мерцают в лунном свете. Слышен лишь тихий плеск озерных волн о камни да свист ветра в разрушенных стенах замка. Надеюсь, Мордред догадался спрятаться сегодня ночью…
– Невероятно! – Найвен поднимает взгляд на высящийся над нами замок. – Представляешь, что за магические силы так долго скрывали этот остров? Мы все считали, что он погрузился в озеро вместе с Шалоттом.
– А он еще здесь. – Я бросаю взгляд в темноту арки, откуда в прошлый раз вышел Мордред. Пока никого.
Думаю, с помощью маленьких шпионских приспособлений он узнал, что я вот-вот появлюсь здесь вместе с Найвен. Но Мордред по-прежнему остается для меня загадкой, и я не представляю, как он по-ступит.
Найвен идет за мной. Я оглядываюсь на нее, прежде чем войти в замок. Ее волосы отливают пурпуром в лунном свете.
– Ты осматривала замок? – интересуется она.
– Не особо, – осторожно отвечаю я. – Он не в лучшем состоянии.
– И все-таки стоит его осмотреть…
– Не сегодня. Нам некогда.
– Ну да… – Найвен вздыхает. – Моя сестра Аликс была бы в восторге.
Я веду ее через двери замка в зал, где стоит праздничный стол, накрытый для вечеринки, которая так и не состоялась много веков назад. Найвен восхищена и удивлена: почему он здесь?
Мышцы напрягаются при каждом звуке, дыхание перехватывает при каждом движении, которое я замечаю краем глаза. К счастью, Мордреда по-прежнему не видно. Мы подходим к двойным дверям в конце коридора, я распахиваю их, и мы оказываемся во внутреннем дворе, где нас ждут лей-камни.
– Я чувствую их магию, – шепчет Найвен рядом со мной.
За все время нашего знакомства мы никогда не были на задании вместе. Значит, Вивиан действительно в отчаянном положении, раз посылает двух Стражей МИ-13 сразу.
Мы подходим ближе, и я ощущаю, как сила Найвен смешивается с моей собственной и отражается от высоких дольменов.
– Чувствуешь? – спрашиваю ее. – Не только лей-портал, но и слияние наших сил?
Кажется, никогда раньше я не видела ее улыбку.
– Да. Когда-то точно так же моя магия сплеталась с магией Аликс.
Я смотрю на дольмены – от них исходит слабое красное сияние нашей магии Стражей, похожее на лунный свет в Броселианде. В поросшем травой пространстве между камнями открывается темный портал. На этот раз он больше.
Я смотрю на зияющую дыру.
Теперь я лучше подготовлена к проходу через портал. Я видела в мыслях Кадока и планировку замка, и расстановку охраны.
– Как только перейдем, позволь мне руководить. Мы направим лошадей к восточной стене и избежим встречи с солдатами у главных ворот. У этих ворот в основном останавливают входящих, но не выходящих фейри. Именно так вышел Рафаэль.
Найвен кивает, расправляя плащ. На нас элегантные черные костюмы гонцов фейри: узкие брюки и приталенные жакеты на пуговицах спереди.
– Если нас попытаются остановить, ты решишь проблему с помощью контроля над разумом? – спрашивает она.
– Держись…
Я закрываю глаза и дергаю фиолетовые нити своей телепатии. Череп тут же раскалывается от боли – сильной, до тошноты. Я отшатываюсь и позволяю магии рассеяться и исчезнуть. С тех пор как Ловец Снов разорвал мою связь с Кадоком, это происходит каждый раз, когда я пытаюсь применить телепатию. Каким образом моя изначальная магия, за которую я получила Авалонскую Сталь, превратилась почти в бесполезный хлам?
Я морщусь:
– Возможно, речь о жизни и смерти – похоже, мой нос вот-вот лопнет.
– Ладно. Если нам кто-нибудь помешает, перережем им глотки и закопаем в холодную землю. Иногда мне нравится такое.
Какое-то время мы молчим.
– Что ж, славное развлечение… Готова?
Найвен кивает.
– За дело.
Я протягиваю руку к дольмену. Его холодная древняя магия проникает в грудь, обвивается вокруг ребер, притягивает к себе. Спотыкаясь, направляюсь к порталу. Один удар сердца – и я оказываюсь в двух местах одновременно: в двух каменных кольцах, отражающих друг друга. А потом тяжело приземляюсь на мерзлую почву среди зазубренных камней Броселианда, снег обжигает руки. Найвен, сильно ударившись при падении, чертыхается под нос.
В воздухе кружатся снежинки. Смотрю на замок вдалеке и тут замечаю в темноте чей-то приближающийся силуэт и блеск стали. Вот дерьмо…
– Стой! – Раскаты голоса эхом отражаются от высоких внешних стен, его обладатель на бегу обнажает меч. Мы только что появились из ниоткуда прямо перед стражником.
Я смотрю, как он приближается. Высокий даже для фейри, хорошо вооруженный. Волосы цвета меди развеваются за спиной. С ним мы, наверное, справимся, но нельзя, чтобы он вызвал подкрепление.
Однако когда он оказывается совсем рядом, я понимаю, что знаю его имя из воспоминаний Кадока.
– Райванон! – зову я, расплываясь в улыбке. – Вот так встреча…
Он притормаживает, останавливается всего в нескольких футах от меня и морщит лоб:
– Мы знакомы?
Я морщу нос.
– Мы вместе проходили боевую подготовку. Разве ты не помнишь? – спрашиваю обиженно.
Кадок ненавидит Райванона, который часто пользуется своим положением, чтобы приставать к кухонным работницам. А сам Райванон больше всего на свете любит рассказывать о женщинах, которых трахал во время тренировок.
– А… – Он моргает. – Точно. Ты… э-э-э…
– Аделаида. – Я делаю два шага навстречу, смущенно потупившись. Райванон как-то рассказал Кадоку, что в тренировочных лагерях переспал со столькими женщинами, что их имена смешались. – Разве ты не помнишь нашу совместную ночь? Я думала, это незабываемо…
Выражение его лица становится все более враждебным, глаза подозрительно прищуриваются. Сердце замирает: я понимаю свою ошибку. Разумеется, такой мужчина, как Райванон, который безостановочно хвастается умением обращаться с женщинами, – полное дерьмо. На самом деле он не соблазнил ни одной женщины во время военной подготовки – а возможно, вообще никогда.
И я только что себя раскрыла.
Но все же отвлекающий маневр сработал. Пока я болтала с Райваноном, Найвен проскользнула ему за спину. Я почти незаметно киваю, она прыгает вперед и, свирепо оскалившись, вонзает кинжал ему в шею. Он пытается кричать, но из-за лезвия в горле выходит только бульканье. Каким-то образом он еще удерживается на ногах. Кровь льется из его губ, он яростно описывает мечом широкую дугу.
Я вытаскиваю из потайных ножен в рукаве клинок, бросаюсь на Райванона и изо всех сил бью его ногой в грудь; ботинок попадает по ребрам. Противник теряет равновесие и падает навзничь на острый камень, торчащий из земли. Невероятно, но даже с кинжалом в шее он до сих пор жив. Адреналин
