комнате помимо этих двоих никого не было, я знал благодаря «поиску жизни». Поэтому уверенно вошёл в зал и без всякой магии саданул сидящему на стуле лысому человеку рукоятью ножа прямо по бритому затылку. Тот от такого приветствия мотнул головой и даже неуверенно попытался встать, но я тут же добавил, с усилием приложив его голову о крепкую столешницу. Его худое, но жилистое тело, медленно сползло на пол и примостилось под столом.
Сидящий напротив фермер на всё это взирал с некоторым ужасом. Видно было, что он пока не знает, радоваться ли ему такому повороту, или ещё нет. Мне было всё равно, главное, чтобы глупыми вопросами не спугнул остальных. Уж лучше пусть помогает.
— Покричи, будто тебя пытают, — шёпотом подсказал я ему. — Я пока займусь остальными. Ты же хочешь спасти дочек?
В ответ он закивал, а ещё спустя секунду принялся голосить.
— Не надо! Не бейте, я всё скажу! Только отпустите! А-а-а! Больно!
Убедившись, что роль он свою понял, и прихватив с собой топор главаря, я двинулся обратно. Туда, где скрылся ещё один ублюдок со своей жертвой. Дверь в спальню осталась приоткрытой, и сквозь широкую щель доносилась возня и всхлипы. Не так уж и уважают своего командира эти подонки, подумал я, входя внутрь. Оба мужика уже во всю срывали с обеих девушек одежду и тискали их за все мягкие места, разве что ноги ещё не успели раздвинуть. Опрометчиво с их стороны так увлекаться процессом и не смотреть по сторонам.
Топор перерубил позвоночник у основания шеи и прочно засел в теле врага. Да, отвык я от этого оружия, последний год упражнялся лишь с мечом, которого, к слову, у меня с собой не было. Ну да ладно, этим ублюдкам и так хватит. Выхватив нож, я полоснул второго по руке, когда он с мацанья женских прелестей решил переключиться на собственное оружие. Только что схваченное им короткое копьё выпало из руки, а сам он бросился на меня врукопашную. Правильное решение, но бесполезное. Я даже позволил ему себя повалить, сам уже определив незащищённое место для удара. В итоге я сбросил с себя уже агонизирующее тело, изрядно испачкавшее своей кровью мой трофейный плащ. Ну ничего, всё равно хотел от него избавиться. Но сперва нужно доделать работу, ведь вполне возможно, что его придётся замарать ещё раз.
Обе девушки, глядя на меня и два окровавленных трупа, лишь сильнее замычали, вжимаясь в стену. Из дальнего крыла дома послышался топот шагов. Я одним глазом выглянул в коридор и увидел ещё двух бандитов, спешащих на шум. Один из них как раз уже заглядывал в столовую, где продолжал голосить «пытаемый» фермер.
— **#*#**! В доме кто-то есть! — крикнул он, привлекая внимание второго. Тот на окрик повернулся, подставляя мне спину.
— Да вон же! За спиной! — попытался один предупредить другого, но было поздно.
Нож вошёл в горло, а тело я отбросил в сторону.
— Вот сука! Да я тебя…
Он бросился на меня, но на третьем шагу впечатался в выставленный мною щит. Потеряв от этого равновесие, он пропустил удар сапогом в пах, отчего скрючился на полу. Ухватившись за густую чёрную бороду, я задрал ему подбородок и полоснул ножом по горлу.
Осталось проверить, что за точка осталась «гореть» на самом краю доступного мне периметра. Сохраняя бдительность, я вошел в дальнюю комнату, чтобы убедиться, что угрозы больше нет. Там, свернувшись на кровати калачиком, рыдала жена фермера, и судя по её состоянию эти выродки не обошли своим вниманием и её.
— Успокойся, они все мертвы, — сказал я и накинул на неё лежащее рядом покрывало. — Твои дочери в безопасности. Оденься и помоги мужу.
Я же оправился во двор, чтобы проверить, как дела у Колтуна и Хорки. По пути, правда, заглянув в столовую и сказав главе семейства, что можно больше не орать. А заодно развязал его и этой же бечёвкой опутал руки и ноги лежащему без сознания главарю.
Первого из трёх грабителей, посланных к нашему бараку, я обнаружил заглядывающим в его узкое оконце. Но судя по тому, что он совсем не шевелился, то обнаружил он там не совсем то, что хотел. Подойдя ближе, я убедился, что его голова, так опрометчиво засунутая в оконный проём, была проломлена чем-то тяжёлым и острым одновременно. Например, шестопёром. Второй сидел возле подсобной двери и булькал кровью. Он ещё был жив, но судя по обильно натёкшей под ним кровью, ненадолго. Сама дверь подозрительно была открыта, словно приглашая войти внутрь.
— Колтун, это я, Мазай, — на всякий случай сказал я в темноту. — Не вздумай шарахнуть по мне этой своей мотыгой. Весь щит просадишь.
— А чем докажешь, что это ты? — из темноты помещения раздался недоверчивый голос бойца.
— Да хоть тем, что ты яйца свои в снег макал и чуть не отморозил. Выходи давай, хватит ерундой страдать.
Появившийся Колтун вид имел обиженный.
— Можно было чего-нибудь и другого припомнить. Хорошего. Например, как вместе на стене Угрюмой стояли и тварей Бездны били, или как бок о бок защищали будущего короля Греша от его братца и предателей. А ты, командир, про яйца…
— Прости, Колтун. Ты прав, конечно, не подумал. А сейчас скажи мне, где Хорки и третий ублюдок?
— Так один удирает, а второй за ним гонится. Ну в смысле Хорки побежал за третьим, который вдруг решил убежать в поля.
— Думаешь, догонит?
— Без сомнений, — кивнул рыжий. — Наш худой и быстрый, а тот…
Хорки вернулся буквально через полминуты. Двигался он практически бесшумно, и его приближение я смог определить только при помощи магии. Наверное, заметив, что я насторожился и приготовился встречать очередную угрозу, он решил не таиться.
— Свои, не переживайте, — предупредил он.
— Чем докажешь? — снова спросил Колтун. Ну вот зачем он?..
— Волосы у тебя на жопе тоже рыжие, — ответил голос из темноты. — А ещё старухи иногда снятся, с косой.
Я услышал, как стоящий рядом наёмник засопел от обиды, но утешать не стал. Не маленький.
— Догнал? — вместо этого спросил я.
— Ага, — сказал Хорки, которого наконец можно было разглядеть. — Но пришлось там оставить. Далеко паскуда убежать успел, а тащить его отъетую тушу сюда… В общем, надо бы от тела избавиться.
— И не только от этого. В доме
