Но самым интересным был не осел и не повозка. Сверху на плоском ящике сидел совершенно фантастический персонаж. Маленький даже по сравнению с невысокой мной старичок — хотеец в роскошном зеленом одеянии, расшитом чем‑то розовым и золотым. На голове у него была синяя шапочка с золотой кисточкой, из‑под зеленого наряда торчали ножки в синих же штанах, заправленных в ярко — красные сапожки. Он вообще был ярким как птица с далеких островов.
У нас люди так не одеваются. Наши сограждане предпочитают более сдержанные, тусклые цвета. Мое платье, например, тоже зеленое, но его мрачноватая болотная зелень и рядом не лежала с великолепием изумруда, которым сверкало одеяние заморского старичка. О диковинной разноцветной вышивке я уж и не говорю. Такая роскошь есть разве что у королей.
Забавным оказался способ, которым хотеец управлял своей повозкой. Он держал в руках нечто вроде длинной удочки, с конца которой свисала привязанная морковка. Ослик тянулся к ней мордой, но достать не мог, поэтому довольно резво бежал вперед, надеясь добыть недоступное лакомство.
Интересно, когда они доберутся до места, получит осел морковку, или нет?
Я не могла оторвать глаз от необыкновенной картины, так и стояла, не шевелясь и затаив дыхание.
Повозка между тем поравнялась с моим укрытием. Старичок — хотеец повернул голову и внимательно осмотрел кусты, в которых я пряталась. На мгновение мне показалось, что наши глаза встретились…
Но в следующую секунду я поняла, что ошиблась. Он отвернулся и снова стал смотреть на дорогу, а его осел продолжал свой путь за морковкой.
Позавидовав удобному способу передвижения, я закончила приводить себя в порядок и тихонько побрела в ту же сторону, в какой исчез странный экипаж.
Почему‑то появление странного путешественника повлияло на мое решение обойти деревню стороной. Наверное, мне хотелось снова его увидеть, разглядеть подробнее, а возможно и познакомиться. Но разгуливать босиком при всех…
В результате раздумий я решила рискнуть. Накинула на себя выполненный по всем правилам полог незаметного и решительным шагом направилась в деревню. Если тут нет сильного мага, а я надеюсь, что это так, то меня никто не заметит, пока я сама не захочу.
На встречу с удивительным старичком я надеялась напрасно. Он явно остановился в местном трактире. Его таратайку как раз закатывали в каретный сарай, когда я проходила мимо. Денег на обед и даже ночлег у меня было довольно, но соваться в полный пьяных мужиков трактир я не рискнула. Решила попытать счастья где‑нибудь на отшибе. Можно по примеру Армандо переночевать на чьем‑нибудь сеновале. И что этот долговязый тип мне все время на ум приходит?!
Так я прошла насквозь почти всю деревню. Остановил меня тихий плач.
Глава 8
Плотик с Армандиной уже давно исчез за поворотом реки, а несчастный Армандо все никак не мог прийти в себя. Натянул штаны да так и остался полуголым на пустом берегу.
Сбежала, дуреха! Зачем? Почему? Разве он ее чем‑то обидел? Да и не похожа она на глупых девчонок, откалывающих номера просто потому, что моча в голову ударила.
До сих пор Дина говорила и действовала как разумное существо. А тут вдруг бац! и такой фортель выкинула! Взяла и уплыла. И ведь знала, что у него нет ни сил, ни средств, чтобы сразу за нею кинуться.
В замешательстве Армандо теребил руками нечто, под них попавшее, и вдруг с ужасом осознал: девчонка бежала безо всего. Вот же сумка! Он открыл ее и поворошил. Ну точно! Сверху его одежда, под ней еда, а внизу платья, белье, чулки и туфельки. А еще теплое шерстяное одело, котелок, миска, фляжка и пара ложек с вилками. Только ножа нет.
Кстати, а где нож?
Свой собственный он нашел в ножнах у себя на поясе, но у девчонки тоже был ножичек. Очень удобный, овощи им чистить — самое то. Так, надо взять себя в руки и вспомнить, с чем она его покинула.
А потом напрячься и придумать, как ее вернуть. Или хотя бы как с ней встретиться и отдать ей вещи. Зачем ему девичьи шмотки? А у нее лишних денег нет, несколько ему известно.
Сам так подумал и сам хмыкнул. Надо же, отговорки себе придумывает. Он ведь не ей вещи отдать, он ее себе забрать собирается. Но раз так, нечего рассиживаться. Надо одеться да и двинуться в том же направлении.
Он не очень боялся того, что плот перевернется и девушка утонет. У ведьм с водной стихией очень неплохие отношения. Выплывет. Даже хорошо, если это случится вскорости: не успеет далеко забраться. Виэль — река быстрая, за полдня унесет на много — много миль и ищи — свищи…
Но в любом случае надо выбираться на дорогу. Река здесь делает большой крюк, так что по прямой можно не только догнать, но и перегнать беглянку, а затем двинуться ей навстречу, если, конечно, раздобыть лошадь. Только как узнать, где сейчас Дина?
Решив решать задачи по мере их поступления, Армандо оделся, сложил сумку и бодрым шагом направился к дороге. Насколько он помнил, до нее было около лиг, а еще в трех лигах в нужную сторону на пути располагалось большое село с ежегодной ярмаркой.
Ну, сейчас для ярмарок не сезон, но торжище пустым не стоит весь год. Можно будет купить коня. Армандо не постеснялся бы свести животное, но конокрадство в Мангре было едва ли не тягчайшим преступлением, которое всегда стремились расследовать и наказать виновных. Вешать себе на хвост стражу было не в его интересах. Да, еще не забыть бы: прикрыть себя привычной уже иллюзией, чтобы никто не опознал мага.
До села он добрался на удивление быстро. Всю дорогу думал, как связаться с Диной, вот и не заметил, как оказался на торговой площади. Там уже сворачивались, убирали товары, и только в дальнем углу мялся мужичок с лошадью. На лице у него было написано отчаянье: коня не продал, а очень надо. Другие торговцы обходили бедолагу по дуге и бросали на него презрительные взгляды.
Армандо направился прямиком к нему. Обошел коня, осмотрел, пощупал бабки. Животное скосило на него сверкающий глаз, недовольно фыркнуло, но стоически вытерпело осмотр. Конь был хорош. Уже не первой молодости, но породистый, сильный и ухоженный. Его вид совершенно не сочетался с обликом продавца. Тот мог быть кем угодно: вором, конюхом, перекупщиком, но только не хозяином отличного скакуна.
— Что хочешь за свое животное? — обратился к нему Армандо.
— Двадцать золотых! — бросил мужичок, и в глазах его вспыхнула безумная надежда.
— Двадцать? — переспросил маг.
За такого коня это было недешево, но приемлемо. Вот только у Армандо было на руках всего двадцать пять. Отдать больше чем две трети, а потом? Побираться? В Мангре магией себе можно разве что могилку заработать. Он покачал головой и назвал свою цену:
