— Двадцать? — переспросил маг.
За такого коня это было недешево, но приемлемо. Вот только у Армандо было на руках всего двадцать пять. Отдать больше чем две трети, а потом? Побираться? В Мангре магией себе можно разве что могилку заработать. Он покачал головой и назвал свою цену:
— Десять!
Тут настала очередь мужичка качать головой. Он затряс ею так отчаянно, как будто сам был конем.
— А ведь это не твоя лошадь, — задумчиво проговорил Армандо.
Мужичок вскинулся, глаза его засверкали от обиды:
— Я не вор! Это лошадь моего хозяина! Это он меня послал ее продать! За двадцать золотых!
В этих словах Армандо увидел свой шанс.
— Хозяина, говоришь? Отлично! Я готов ее купить, только не у тебя, а у него. Где, говоришь, он находится?
— Я ничего не говорю, а хозяин мой — в трактире комнату снимает. Только он не выходит и никого к себе не пускает, — подумал, помолчал и добавил, — Он нездоров.
Армандо махнул рукой:
— Ничего, если ему так нужны деньги, что своего верхового продает, то меня примет. Так что идем. Где тут трактир?
Трактир нашелся тут же, на базарной площади, только пересечь. Маг широким шагом отправился туда, а за ним тащился мужичок с конем в поводу и причитал:
— Ой, бедный мой хозяин! И зачем он поехал в этот дурацкий Кортал? Что ему дома не сиделось? Неужели в нашей Элидиане образование хуже? Нет, понадобилось, вишь, тащиться в такую даль… Сейчас бы вино пил с друзьями, а он застрял в этой проклятой богами Мангре, где нормального лекаря днем с огнем не сыщешь…
Из этой речи Армандо понял что: а) хозяин — элидианский дворянин, б) в Мангре он проездом, в) ему нужна помощь лекаря. Все это складывалось в довольно благоприятную картину. Конечно, он не лекарь, а мастер иллюзий, но простейшую лечебную магию изучали все. Мало ли что в жизни случится. Если у хозяина коня не гнилая лихорадка или еще что похлеще, есть шанс помочь.
Элидианцы, в отличие от местных, к магии относились лояльно, а в случае с магом — лекарем просто великолепно. Так что, оказав помощь, он сможет сэкономить деньги и получить‑таки вожделенного коня. С помощью этой благородной животины погоня за Диной переставала быть бессмысленной тратой времени и получала шанс увенчаться успехом.
Сопровождаемый бесконечными ламентациями слуги, Армандо выяснил, где остановился проезжий и поднялся к нему в номер. Постучал, услышав звучное "Войдите", открыл дверь и с важностью вступил в занимаемый беднягой номер.
Хозяин коня сидел на заправленной постели под клетчатым пледом и с удивлением взирал на непрошеного гостя.
Армандо не сразу понял, к кому попал. Нежное белое лицо с тонкими чертами, огромные синие глаза под как будто нарисованными кистью бровями, пухлый алый рот, похожий на полураскрывшийся бутон розы, черные кудри, рассыпавшиеся по плечам… С первого взгляда казалось, что это девушка, причем очень красивая. Но плоская мужская грудь, видная в вырезе расстегнутой рубахи, опровергала это мнение. Маг автоматически прощупал сомнительного юношу на предмет иллюзии. Ничего.
Несомненно, перед Армандо сидел молоденький парнишка из самых знатных. А еще у него была сломана нога. Из‑под клетчатого пледа торчал неловко сделанный лубок.
— Простите, что врываюсь незваным, — начал маг свою речь, — но я не решился покупать коня у того, кто явно не является его хозяином.
— Коня? Ах да, коня…, — уныло промолвил юный красавец, — Проходите, садитесь, поговорим про коня. Видите ли, конь у меня очень хороший, с прекрасной родословной, выучен для военных походов и мне очень жаль с ним расставаться…
— Но вы сломали ногу и не можете продолжать путь верхом, — закончил за него Армандо, устроившись на стуле.
— И это тоже.
Голос юноши звучал все более грустно.
— Я предлагаю вам за него десять золотых. Это хорошая цена, — попробовал прозондировать почву маг.
— Это совершенно недостаточно. Во — первых, такая лошадь стоит дороже, а во — вторых… Мне нужно больше. Двадцать золотых и ни гастом меньше!
— А если я предложу кое‑что еще? — осторожно спросил Армандо, — десять золотых и…?
Молодой дворянин вдруг заинтересовался.
— Что именно? Мне нужно оплатить мое пребывание в этой дыре, а с больной ногой оно затянется. Затем деньги понадобятся для того, чтобы купить себе место в обозе до Элидианы. Там я средства найду, но в Мангре… Здесь мое имя и моя подпись ничего не стоят.
Эмоциональный юноша выложил все, что было нужно магу для принятия решения. Он поманил к себе слугу, который так и терся у дверей, дал тому мелкую монетку и отправил вниз. Пусть выпьет за здоровье господ и проверит, как там конь.
Затем, когда шаги мужичонки стихли, набросил на комнату полог тишины и сказал открыто:
— Я предлагаю вылечить вашу ногу. Это всяко стоит дороже, чем лошадь. Вы сможете на нее наступать уже сегодня, а через два дня будете совершенно здоровы. За это вы продаете мне своего коня за десять золотых. Думаю, этих денег хватит и на трактир, и на обоз. До Элидианы не так уж далеко.
Юноша захлопал глазищами:
— Но тогда мой конь мне понадобится… А как…
Армандо понял мысль мальчишки, развеселился и перешел на ты.
— Как сделать так, чтобы и я тебе помог, и чтобы конь тебе остался? Отвечаю: никак. Или одно, или другое. Да что тебе эта начинка для колбасы? Со здоровой ногой ты уже завтра сможешь уехать с ближайшим обозом. До Элидианы от силы три дня пути, а ты, как я понял, не последний человек там. На месте возьмешь себе другого, молодого коня. А мне надо срочно догнать одного человека. Вопрос жизни и смерти.
В глазах юноши сверкнул интерес:
— Это твой враг и ты хочешь ему отомстить?
Паренек настроен романтично. Ему стоит сказать правду, это будет созвучно его натуре, он обязательно захочет помочь и в исходе дела можно не сомневаться.
— Это моя девушка. Произошло недоразумение и она сбежала от меня, бросив все, что имела. Я боюсь, что с ней случится что‑то плохое, вот и тороплюсь.
Красавчик, как видно, впечатлился, потому что спросил:
— Ты ее случайно обидел и хочешь прощения попросить?
— Ну, если ей нужны мои извинения, я готов. Но на самом деле я хочу отдать ей все, что она оставила, спросить, почему она убежала и предложить ей свою поддержку. Она ведь на свете одна — одинешенька…
Кажется, вышло трогательно, а главное, совершенно искренне. Пораженный юноша задал вопрос:
— А если она не захочет, тогда что?
— Не знаю. По крайней мере буду уверен, что сделал все от меня зависящее. Так как там с конем?
