создание, которое сотворило Губителей, но ни одно создание не жило в изоляции. Там, где было одно, существовали и другие.
― Вы жили в будущем, не так ли? — спросил он, воспоминание о хроме и стали всё ещё горело в его мозгу.
Тейлор кивнула.
― Когда? — поинтересовался Северус.
― Две тысячи тринадцатый, — ответила Тейлор. — По крайней мере, в самом конце.
― И насколько всё было плохо?
― Уничтожались целые миры, — сказала Тейлор. — Миллиарды, десятки миллиардов погибли.
― Здесь? — спросил он.
Она беспомощно пожала плечами.
― Там было множество миров; я, по правде говоря, не следила.
Так что оставалось возможным, что миру осталось только двадцать лет, прежде чем... что-то случится.
― Может, это не прошлое, — сказала Тейлор. — Может, просто время здесь течет немного медленнее.
Северус внимательно посмотрел на неё.
Она пожала плечами.
― Если это случится, то мы ничего не сможем с этим поделать. Я стараюсь не думать слишком много о таком исходе.
Когда к Северусу наконец вернулся дар речи, он изрёк:
― Мне кажется, на сегодня хватит занятий.
Поднявшись на ноги, он молча вышел.
Глава 96. Сириус
В ходе своего первого урока со Снейпом я многому научилась.
Во-первых, было возможно настолько погрузиться в Легилименцию, что терялось осознание окружающего мира. Это означало, что вы становитесь уязвимы для любого, у кого есть палочка.
Нужно будет проявлять осторожность в этом вопросе. Несложно воспользоваться палочкой и затем сунуть её обратно в карман.
Во-вторых, я сумела не дать ему заметить моих насекомых, по большей части. Те разы, когда не получилось, были достойны сожаления, но, в конечном итоге, он их и не вспомнит.
В-третьих, иногда происходило и взаимное проникновение. Был момент, когда Снейп начал испытывать моё воспоминание, вместо того, чтобы просто видеть его. Я, в это время, также испытывала часть его воспоминаний. Я не смогла по-настоящему что-либо рассмотреть; просто ощущение, что он в своей жизни, когда был моложе, сталкивался с чем-то похожим на мою травлю.
Мне не требовалось видеть детали; ощущений было более чем достаточно.
Кажется, многие вещи в волшебном мире были палкой о двух концах.
По очевидным причинам, становиться анимагом было ужасно опасно. И, тем не менее, изучение анимагии могло оказаться тем, что мне потребуется, если меня когда-нибудь схватят Пожиратели Смерти и не поступят после этого разумно, сразу же просто прикончив меня.
Анимагия была одной из немногих защит, вообще не требовавших палочки, и это означало, что анимагия могла пригодиться в моменты, когда палочку отобрали.
Большинство волшебников не заморачивалось на этот счёт; анимагия в основном была полезна для разведки и скрытного проникновения, и всегда оставалась возможность получить нечто полностью бесполезное, вроде оленя, бобра или черепахи.
Я читала, что форма патронуса зачастую указывает на то, каким животным вы станете. Если это было правдой, я точно так же могла полностью бросить попытки освоения.
И всё же, знание, как стать кем-то, не означало, что мне нужно будет этим пользоваться. Лучше было иметь больше козырей, которые так и останутся в рукаве, чем не иметь ни одного в момент проигрыша.
Того лучше, прямо здесь имелся волшебник, который знал, как сделать всё правильно.
― Мистер Блэк, — аккуратно произнесла я. — Я хотела бы поблагодарить вас, за то, что вы разрешили нам жить в вашем доме.
― Опять будешь меня в камень превращать? — спросил он.
Сириус сидел за столом, уставившись на свою кружку. Очевидно, дела с Гарри шли не так хорошо, как он надеялся.
― Несомненно, если это спасёт вашу жизнь или чью-либо ещё, — ответила я. — Нужно ли мне снова превращать вас в камень?
― А сможешь? — спросил он.
Признаки депрессии были очевидны для меня; я годами жила с ней в собственном доме. У меня и самой когда-то была депрессия.
― Он не Джеймс, — произнесла я.
Это было, пожалуй, даже хорошо, если судить по мимолетным обрывкам того, что я видела в разуме Снейпа, когда он считал, что я не смотрю.
Сириус слишком сильно давил; пытался создать взаимоотношения из ничего немножко чересчур быстро. Гарри восхищали истории о его родителях, но он уже не был тем ребенком, которым когда-то являлся.
Он осознавал угрозу, представляемую Пожирателями Смерти, и весьма достойно прилагал свои усилия.
― Я считал, что ему будет больше нравиться веселиться, — сказал Сириус. Он медленно покачивал кружку с напитком в руке. — Но вместо этого он собран и целеустремлён. Он намного больше похож на Лили, чем на отца.
― Я тренировала его больше года, — добавила я. — Пыталась сохранить ему жизнь.
Сириус непонимающе уставился на меня, и я вздохнула. Несомненно, он был не настолько хорошо осведомлён о моей репутации, как все остальные.
― Он никогда, вообще никогда не сможет расслабиться, пока Пожиратели Смерти и их хозяин не будут мертвы и не исчезнут.
― Я просто ожидал увидеть больше... чего-то, — сказал Сириус, взмахивая рукой, с разочарованием, написанным на лице. — Словно ему просто не нравится веселиться.
― Ему нравится, — отозвалась я. — Он просто немного более серьёзный, чем вы.(54)
Сириус уставился на меня на мгновение, затем ухмыльнулся печально.
― На то, чтобы стать семьёй, нужно время, — продолжила я. — Вы не можете навязать это силком.
Он уставился обратно в чашку, лицо его снова стало хмурым.
― Хотелось бы вам заняться чем-то, что поможет вам стать ближе к нему?
Черты его лица заострились, Сириус пристально посмотрел на меня.
― Гарри нужно любое, самое небольшое преимущество, какое только можно, — пояснила я. — И не только ему. Насколько тяжело вам было стать анимагом?
Он рассмеялся, короткими, словно лающими звуками.
― Если бы это было легко, все бы ими были, — ответил он. — Анимагия спасла мне жизнь, но большинство людей не заканчивают свои дни в тюрьме.
― Я бывала в тюрьме раньше, — сказала я.
Если он проверит, то предположит, что я имела в виду то время,
