одного из сектантов уже после крушения шахты, а во-вторых, я сам несколько раз сталкивался с колдовством Спящего.
– Сам? – Сатурас оценивающе на меня посмотрел, слегка прищурившись, – а какой круг ты уже успел освоить, мальчик?
– Третий, – ответил я, вспомнив слова Ксардаса о моём посвящении.
– Хм… Пожалуй, это больше, чем я ожидал. Но всё равно недостаточно. Едва ли твоих наблюдений хватит, чтобы понять принципы враждебной магии. Использовать примитивные боевые заклятья это одно, а расшифровывать смысл истинных рун, чувствовать их, это совсем другое. Из магов огня очень немногие были на это способны – их можно пересчитать по пальцам. И теперь, двое из них мертвы, как и ещё несколько, подающих большие надежды.
Слова Сатураса были довольно обидны. Сначала он заявил, что хотел бы, чтобы вместо меня выжил кто-то из более опытных магов, теперь и вовсе принижал не только мои способности, но, пожалуй, всю систему магии огня. Кажется, я начинал понимать, почему представители двух школ не смогли ужиться в одном замке. Трудно представить через что, должно быть, прошёл Корристо, когда в Варранте проходил «стажировку» в магии воды. Для гордого и уже успевшего зарекомендовать себя в ордене мага оказаться вновь в шкуре бесправного послушника, наверное, было тяжёлым испытанием. Похоже, последователи Аданоса считали свои знания, взгляды на мир и магическую подготовку исключительными и во всём превосходящими таковые магов огня. Было ли это на самом деле так, я надеялся выяснить, и потому пока не собирался спорить, а молча смирил свою гордость. В конце концов, я и сам знал, что маги огня пренебрегают многими знаниями, даже Ксардас то и дело упоминал об этом. Я не мог сотворить заклятье без использования заранее подготовленной руны или свитка, хотя видел, как Корристо воспламеняет свечи лишь движением руки. Но одно дело свеча, а другое – огненный шар. Ксардас, без сомнений, обладал навыками, позволяющими использовать магию напрямую, но не спешил делиться своими знаниями. А были ли маги воды способны творить заклятья без специальных рун? Мне не терпелось узнать побольше, но сейчас было не время для подобных расспросов.
– Корристо успел поделиться своими выводами на последнем совете круга, – решил я донести свои наблюдения, используя авторитет покойного наставника, раз мои собственные выводы Сатураса не интересуют.
– И что же он узнал? И, главное, как это связано с уничтожением барьера?
– Он узнал, что магия Спящего имеет общий источник с магией орков, а для изменения материального мира обращается к Белиару. Также стало ясно, что в пределах барьера имеется могучий носитель силы Белиара, который и обучал гуру Братства, надеясь использовать секту в своих корыстных целях. Именно этого демона и звали Спящим. Чтобы не допустить распространения влияния тёмного бога, Корристо сделал вид, что идёт с Братством на сотрудничество и даже передал им альманах, в котором описывались правила обращения с юниторами. Один из фокусировочных камней сектанты использовали во время церемонии призыва Спящего, но благодаря нарочно внесённой в текст книги ошибке, на финальной стадии ритуала собранная магическая сила вышла из-под контроля, в результате чего и погиб Юберион.
– В альманахе ошибка? – на этот раз, Сатурас не смог сдержать нахлынувшего волнения.
– Да. Благодаря таким жестоким мерам, нам удалось не допустить призыва демона. Но это ещё не всё. Часть сектантов осталась верна ему и направилась в земли орков, где их следы теряются. Мой знакомый следопыт проследил за ними и видел, как обезумевшие сектанты встретились с отрядом орков, которые не напали на них. Такое поведение говорит о том, что они служат одному хозяину, который не оставил своих планов по возвращению в наш мир. Теперь удара со стороны орков можно ждать в любой момент, да и ситуация в Болотном лагере тоже грозит выйти из-под контроля, особенно если будут компрометированы поставки продовольствия. Наверняка Гомез уже прекратил всю торговлю с Братством, а наступающий голод лишь усилит хаос и ускорит наступление безумия. Разрушить барьер сейчас означает выпустить в мир всю эту неконтролируемую силу, как людскую, так и демоническую.
Лицо Сатураса черствело с каждым моим словом, становясь всё более хмурым и серьёзным.
– Это всё? – спросил он, когда я прекратил говорить.
– Пожалуй, что это основные сведения, которые мне известны.
– Ты не знаешь, что именно изменил Корристо в альманахе?
– Нет, но это точно касается контроля энергии в уже заполненном юниторе.
– Что ж, и эта информация существенно сократит время на поиск ошибки. Не знаю, Иннос или Аданос послал нам тебя, но я вынужден извиниться за те слова, которые сказал при встрече. Тот злополучный альманах сейчас находится у нас, и мы рассчитывали использовать его для взрыва рудной горы. Я не проверял его достоверность, и, если бы не твоё предупреждение, неизвестно чем бы это могло обернуться. Конечно, будь здесь Корристо, он бы всё исправил, но и ты оказался весьма информирован, особенно для своего положения в иерархии ордена. Те сведения, которые ты сообщил, требуют дальнейшего осмысления. Думаю, другие маги воды тоже будут рады с тобой познакомиться. До тех пор, пока ты не решишь уйти сам, можешь жить здесь в качестве гостя. Разместишься в лаборатории Риордана, там найдётся место. Также можешь пользоваться нашей библиотекой. Думаю, многие книги там будут тебе интересны.
– Благодарю, – я склонил голову в знак почтения, – это весьма щедро с вашей стороны. Не сочтите за дерзость, но могу ли я рассчитывать на продолжение обучения магии под руководством кого-то из магов воды?
Сатурас улыбнулся, от чего его лицо разительно изменилось и перестало казаться непроницаемой маской:
– Похоже, Корристо не даром лично занялся твоим обучением. Ты даже не представляешь, как на него похож. Пока ничего не могу обещать. Обучение требует времени. Очень много времени. А сложившиеся обстоятельства не располагают к долгим беседам. Впрочем, если захочешь, то
