мычать не мог. Он начал говорить поначалу правду, но, уже снова играет в героя. Если Стражи придут, придется им устроить кровавую баню, тем более, я смогу в НЕЗАМЕТНОСТИ их покрошить достаточно, чтобы отбиться на первое время.
— А, вот еще, запомнил ты, где метка красная около двери? Попробуй ее открыть сам, просто подержи ладонь на ней, — говорю я напоследок и проваливаюсь в сон.
Пробуждаюсь от прикосновения Норля и сразу же сползаю со стола, хватаю ковш и сажусь на стул в свете его фонаря.
— Ну как, тихо? — спрашиваю, держа руку на стене и допив вся воду.
— Пока да. Значок на меня сработал, стол тоже показал. Дверь открывается, только долго ждать, до двухсот считать пришлось, — радует меня приятель.
— Отлично, значит, можем уйти отсюда тихо. С остальными значками придется подождать сегодня, время уже на исходе, это я точно чувствую. Тащи этого к двери и тело второго тоже, оставлять ничего не станем.
Я вижу, что третий значок увеличивается в размерах и потом понимаю, что магию я смог прокачать, тоненькая белесая полоска внизу красноватого овала явно на это намекает.
— Отлично, старина, теперь я маг, не знаю как, а пока уносим ноги, — шепчу я Норлю и сам иду с фонарем, ставлю ковш с водой, как он и стоял, на стол, собираю огрызки свечей и поплавившийся воск на полу под ними, смахиваю рукавом грязь и песок со стола и подхватываю наши мешки, пока Норль открывает дверь.
— Зачем это? — удивляется приятель, но, я просто машу рукой, мол, потом все расскажу.
Она опускается так же быстро и с легким шумом, мы вытаскиваем нашу ношу на улицу, подсвечивая себе по-прежнему фонарями и складываем ее за порогом.
Для проверки я подношу к горящему значку свою руку и дверь закрывается за несколько секунд, очень удивляя пленника и Норля. Я то знаю, что теперь я стал магом и поэтому дверь закрылась не мгновенно, но, довольно быстро.
В последние секунды перед закрытием входа я слышу несколько четких ударов с левой от источника стороны и понимаю, что мы успели исчезнуть как раз вовремя. Пришедшие к Скале Стражи подают сигнал Живущим, что пора освобождать помещение и новые клиенты, заплатившие сегодня гораздо больше остальных паломников, ждут своей очереди, чтобы прокачаться вне очереди.
Норль взваливает на себя тело мертвого Живущего, я подхватываю мешки и поднимаю на ноги второго, разрезав веревки и приставив сразу же ему кинжал к горлу. Если попробует привлечь внимание Стражей к себе, придется сразу же прикончить пленника, но, он еще хочет, наверно, пожить и в рот забит надежно кляп.
Толкаю его в спину и мы спешим от входа, чтобы не спалиться, если Стражи решат проверить, что там творится за на улице и опустят дверь.
С фонарями идти довольно просто и, скрывшись за поворотом, я командую приятелю остановиться. Пришло время передохнуть и понаблюдать за входом из безопасного места, да и бродить с тяжелым телом и пленником на руках по неизвестной тропинке в темноте ни к чему.
— Гасим фонари и ждем. Потом прячем тело в укромном месте, вяжем этого заново, чтобы мог держать факел и на веревке ведем его к спуску. Там придется вырубить Моина и третьего Живущего, как получится, они нам уже не нужны. Дорогу мы и так знаем, а Живущий тот не допущен еще к основным секретам.
— Ага, пойду поищу место для надежного упокоения этого придурка, — и Норль уходит дальше, подсвечивая себе фонарем и унося на плечах труп.
— Только так спрячь, чтобы не нашли с первого взгляда, — шепчу я ему, быстро его догнав и возвращаюсь обратно на свой пост.
Проходит десяток минут, как я услышал, что дверь открывается, опять же по небольшому шуму от вибрации мелких камешков, накинул на себя НЕЗАМЕТНОСТЬ и прильнул к биноклю. Завозившемуся сразу же и пытающемуся мычать пленнику приложился рукояткой кинжала по голове пару раз, и он потерял сознание.
Все же не сдался мужик и готов рискнуть жизнью, чтобы предупредить своих. Понятно, что придется и с ним порешать серьезно, отпускать никак нельзя, нас он видел и кое-что понял про наши возможности и способности, пусть мы постоянно разговариваем между собой на языке цвельфов.
Только, разговорить его еще раз придется, очень уж много всего нам требуется узнать.
Дверь опускается, с факелом в руке, довольно ярко горящим, за порог шагает плотный и коренастый мужик, внимательно осматривает какое-то место около входа, даже проверяет рукой, нет ли там чего, и я отчетливо вижу в бинокль его удивленное лицо, когда он ничего не находит. Он поднимается и бросив взгляд в мою сторону, недоуменно пожимает плечами, отвечая на чей-то вопрос из самой Скалы.
Он входит через дверь внутрь и вскоре она поднимается, так же шелестя камешками.
Понятно, что Живущие за каждую ночь, когда здесь работают, должны оставлять почти все деньги, которые получают от желающих приобщиться по-серому к чудесам Скалы. Они, в общем-то, те же самые Стражи, просто прикидываются, что работают сами на себя и называются для этого по другому.
А сегодня денег не оставили, впрочем, мужика это не очень уж так сильно удивило и сразу же команда с проверкой в нашу сторону не побежала. Думаю, лишних людей сейчас здесь нет, принимают клиентов специально допущенные люди, но то, что со временем таких Стражей не вызовут сюда на проверку, тоже нет никаких гарантий.
Тем более, придется расспросить пленника как следует, чтобы определиться, что должны делать Живущие и как они отчитываются по деньгам.
Наверняка, Стражи знают уже, что по-серому недавно прошло четыре путника, не считая Моина и все финансы у них уже посчитаны, но и за каждый день они не бегают разбираться со своими помощниками. Не до таких мелочей хозяевам супер успешного бизнеса, если народ и так в очереди стоит, чтобы заплатить побольше и полежать на столе подольше.
Вскоре возвращается Норль, подсвечивая фонарем и я понимаю, что уже реально светает и нам пора двигаться к спуску, где лежит наше оружие и еще имеются не успокоенные противники, как впрочем и просто лишние свидетели будущей стычки.
Если, конечно, Моин еще не увел их обратно к реке, такое развитие событий тоже не стоит не исключать, впрочем, они могут выходить прямо сейчас, в первых утренних сумерках.
Это оказался бы наилучший вариант, правда, тогда целых четыре свидетеля уйдут от нас. Ну, ничего, это мы переживем, хотя подлюгу Моина очень желательно бы изловить и отправить на тот свет,
