я перебирала слова, не находя тех, с которых можно было бы начать объяснение. — Некоторое время назад… Мы с тобой…
— Так, Ира, успокойся. Ты сейчас перенервничала. Переоденься, я заведу детей домой…
— Нет! — подскочила я на кровати. Я вспомнила о Люде, пирожках, сцене, которую я устроила у ворот и том, что соседка непременно захочет выяснить, что у нас тут происходит.
— Что? — озадаченно посмотрел на меня Панте… Да, блин, пусть будет Пантелей, сама же выбрала!
— Ничего, это я ещё не отошла.
— Вот я и говорю. Я сейчас заведу детей домой и…
— Соседи, тук-тук! Мы тут подумали и решили, что нагулялись и хотим пирожков! — донёсся из прихожей голос Люды.
Пантелей хотел ещё что-то сказать, но я рванула из спальни, чтобы перехватить соседку.
— Мама! А мы же пойдем сегодня ещё гулять? — Саша решил брать быка за рога. — Теперь же есть кому за нами присматривать, — он стянул шапку и стал похож на одуванчик.
— Посмотрим, — неопределенно ответила я.
Люда усадила Валюшку на пуфик у двери, протянула мне контейнер с пирожками и начала расстегивать комбинезон дочки.
— Ира, я вообще как, ко двору? — приглушив голос, поинтересовалась она.
— Да, — я кивнула и взяла гостинец, — нужно поговорить.
— Сейчас?
— Угу.
— Ира, — за спиной прозвучал голос Пантелея, — мы здесь сами справимся, а ты переодевайся и накрывай на стол, — он идеально вжился в роль радушного хозяина.
— Хорошо, — согласилась я, многозначительно посмотрела на Люду и поспешила сделать то, что попросил Пантелей.
За Люду теперь я была спокойна. Но оставлять надолго их один на один все равно было нельзя. Мало ли чем мог поинтересоваться мой фиктивный муж. А я хотела остаться в сильной позиции на момент своего признания.
Я быстро умылась, переоделась и метнулась на кухню, где меня уже поджидала Люда, предусмотрительно разогревающая пирожки.
— Кто этот красавчик?! — произнесла она одними губами.
— Ты не поверишь! — также едва слышно ответила я, водрузив чайник на плиту.
— Конечно, не поверю! Ты сама показывала мне фотки мужа, и это не он!
— Не он.
— А Саша сказал “папа” и активно мне подмигивал.
Я глубоко вздохнула и на выдохе произнесла:
— Это тот мужик, который снёс мне забор и врезался в курятник.
Люда остолбенела.
— Это как? Он же уехал. Только не говори мне, что ты заперла его в подвале и перевоспитывала, — хохотнула она.
— Почти.
— Ир, не пугай меня!
— Помощь требуется?
Пантелей зашёл в кухню с Валей на руках, а следом за ним вбежал Саша.
— Мам, давай я тарелочки поставлю. Мы их с папой утром сами помыли, — с гордостью поделился достижением сын.
— Вы у меня молодцы. Спасибо, — улыбнулась я и краем глаза заметила, что Пантелей просиял не меньше, чем Саша.
— Люда, а у тебя же получается это первая зимовка? — внезапно поинтересовался Пантелей, пока мы накрывали на стол.
— Ну… — протянула она, быстро взглянув на меня. — Можно сказать и так.
— И как тебе такая жизнь? Отрезанная от цивилизации?
— Нормально, — рассмеялась она. — Нужно же женщине иметь место, где она может скрыться от всех.
— А ты скрываешься?
— Уже конец зимы, а я от новогодних каникул ещё не отошла с детьми и внуками. Так что да, скрываюсь. Набираюсь сил перед весной и летом.
— А что скажешь про Иру?
— А что про Иру?
— Как ей здесь?
— А как может быть в своем не слишком благоустроенном доме с двумя детьми, один из которых младенец. Да ещё и с работой на полный рабочий день и…
— Люда, не надо! — спохватилась я, потому что её слова прозвучали как претензия Пантелею.
— Почему не надо? Надо, Ира! И про отсутствие безопасности надо. Потому что любой козел, завернувший к нам, уверен, что может творить здесь, что хочет. И ничего ему за это не будет.
— Так, садитесь. Саш, ты сюда. Люда, вот твой стул. Пантелей, проходи. А мы с Валей здесь, — я протянула руки за дочкой и получила ее возмущенный протест. Она сморщилась и заболтала ножками, отталкивая мои руки.
Я опешила.
Зато Пантелей опять просиял! Ему осталось только сказать “моя дочь”, и я бы почувствовала себя неудачницей окончательно.
К счастью, он сдержался.
А я, с трудом переборов материнский инстинкт, оставила Валюшу у него на руках.
Поели мы на удивление спокойно и вкусно. И уже разливая чай по чашкам, я услышала подозрительный шум со стороны дороги.
Его услышали все.
— Это снегоуборочная машина, — идентифицировала шум опытная Люда. — Ура! Цивилизация возвращается!
— Ух ты! Мам! А можно посмотреть! Ну пожалуйста! Я никогда такую машину не видел!
— Саш, я сейчас буду укладывать Валю.
— Отличная идея, а мы выйдем минут на десять посмотреть, хорошо? — поддержал идею Саши Пантелей.
Идея мне не нравилась, но я посмотрела в горящие глаза сына и кивнула:
— Только быстро!
Через мгновение за столом остались только женщины, включая обалдевшую от скоростного перемещения Валюшу. Она обиженно выпятила губки, собираясь заплакать.
— Эй, а с мамой тебе уже неинтересно? — чмокнула я ее в щёку.
Она посмотрела на меня, расплылась в четырехзубой улыбке и уткнулась мне в грудь.
— Малышка, моя, — облегчением выдохнула я, посмотрела на наблюдающую за мной Люду и выдала: — Он потерял память, и я сказала, что он мой муж, а это его дети.
— Ох, Иришка, с тобой не соскучишься, — она напряжённо потерла виски. — А что будешь делать, если память вернётся?
Глава 35
Пантелей
Я отлично понимал сына. Промедлишь, и что-то интересное в этой глуши может появиться только через полгода. Поэтому на улицу из ворот мы вместе выбежали чуть ли не за минуту.
Снегоуборщик уже проехал мимо нашего дома, но вид работающей машины даже сзади произвел на Сашку впечатление.
— Ого! Какой он мощный! А как снег летит! — сын подпрыгивал от восторга на месте.
Снегоуборщик доехал до пригорка и остановился, начиная разворот. Ему предстояло очистить вторую часть улицы.
— Саш, — внезапно озарило меня, — а хочешь посмотреть, как водитель им управляет.
У сына от неожиданности открылся рот.
— А можно? — в вопросе прозвучала такая робкая надежда, что меня пробрало до костей.
— Сейчас, узнаем! — бодро пообещал я, будучи абсолютно уверенным в положительном ответе.
Мне редко отказывали?
Саша рванул вперёд. Я за ним, но на полпути пришлось притормозить из-за закружившейся головы.
— Чертова травма!
Саша обернулся. Нахмурился и побежал обратно ко мне.
— Голова болит? — обеспокоенно спросил меня он.
— Да нет. Давно не тренировался. А за тобой не угнаться.
Сын улыбнулся.
— Пошли тогда медленно. Я не буду бежать, — он протянул мне руку, отчего у меня прихватило
