– Нисколько не сомневаюсь в этом, миледи. Ни на йоту. – Он пожал руки Алекс.
– Благодарю вас за все, Смитти. – Она встала на цыпочки и поцеловала его обветренную щеку. – Я сильно привязалась к вам.
– Благослови вас Господь, миледи. До встречи. – Растроганному Смитти хотелось расплакаться.
Александрина кивнула и обернулась.
Но кто это? Кто этот одетый с иголочки, поразительно красивый молодой человек, который протянул руку, чтобы помочь ей сойти на берег? Это Дрейк Баррет!
Дрейк вел Александрину на причал. Когда ее ноги коснулись суши, он убрал свою руку.
Алекс была ошеломлена. Дрейк выглядел джентльменом от кончиков натертых до блеска туфель до превосходно завязанного белоснежного галстука.
– Рот уже можно закрыть, принцесса, – заметил он. – Вы сейчас тоже на себя не похожи.
Да, она сейчас великолепна! Дрейк не забыл, как был потрясен когда-то, увидев в своей каюте женщину ослепительной красоты. Скоро у Александрины появится столько поклонников, что она не будет знать, куда их девать, а Дрейку хотелось придушить их всех разом.
Затем он вспомнил, что Алекс сказала ему... В его жизни больше не будет женщин. Никогда!
Алекс чувствовала, что Дрейк сердится, и быстро нашла объяснение его гневу. Александрине хотелось вернуть назад слова о богатстве ее отца. Девушка была совершенно сбита с толку, когда произносила их. Сейчас Алекс жалела об этом. Но как мог Дрейк так быстро овладеть собой и отдалиться от нее? Ей стало обидно.
Александрина с недоумением смотрела на Дрейка. Сегодня он был настоящим английским джентльменом. Но новый образ Дрейка не мог скрыть его сексуальность.
– Добро пожаловать в Йорк, принцесса, – невозмутимо сказал Дрейк. – Теперь вы можете отбросить иллюзии и трезво взглянуть на жизнь, на то место, где собираетесь проводить время.
Город очаровал Александрину с первого взгляда. Вокруг пахло рыбой. Выкрики бойких торговцев на продовольственном рынке смешивались с хрипловатыми криками моряков, разгружающих товары. Кругом сновали женщины с корзинками, покупающие овощи и фрукты, на прилавках рядами были разложены всевозможные деликатесы, от которых слюнки текли. А невдалеке Алекс видела улицы, наводненные толпами людей.
Александрине все это очень понравилось.
Дрейк молча наблюдал за ней. Он знал, что Алекс выросла в роскоши и никогда не общалась с простыми людьми, но Дрейк не ожидал столь бурной реакции.
– Я распоряжусь насчет экипажа, который доставит нас к дому вашего отца, – начал он, но Александрина остановила его, положив руку ему на плечо.
– Ах, Дрейк, прошу вас, не надо. Мне хочется все увидеть своими глазами и узнать побольше о Верхней Канаде! Давайте пойдем пешком! – Алекс подняла на него серые глаза, но Дрейк не понял, просьба это или приказ. – К тому же после долгих месяцев на море так замечательно ощутить под ногами твердую землю! Понимаю, если мы поедем, то доберемся быстрее, но... прошу вас!
Дрейк снисходительно улыбнулся.
– Почему бы и нет? Улицы так перегружены повозками, что пешком мы доберемся гораздо быстрее.
Эта идея пешей прогулки ему очень понравилась. Дрейку и самому хотелось сменить декорации. Он уверял себя, что радость, которую он чувствует сейчас, не имеет ничего общего с желанием побыть с Александриной подольше.
Маленькие магазинчики, торговцы, невзрачно одетые женщины в больших шляпках завораживали Алекс. Дрейк не мог сдержать улыбку, когда Алекс буквально засыпала его вопросами.
– Что это за большое сооружение из камня, которое виднеется вдали? – спросила она.
– Это форт Йорк.
Она посмотрела на Дрейка.
– Вы туда отправились, как только мы встали в док?
– Да, принцесса, туда.
– Значит, там находятся конторы генерал-майора Брока?
Он кивнул.
– Почему вас так заинтересовала моя встреча с ним?
– Потому что, вернувшись, вы были сильно обеспокоены. Я просто подумала...
– У меня были и другие причины для беспокойства, – напомнил ей Дрейк.
Алекс вспыхнула, но не прекратила расспросы.
– Вы были чем-то расстроены еще до того, как мы... до того, как вы...
– Я помню, что мы делали вместе, принцесса. И вы правы. После встречи с Броком я был в ужасном настроении.
– Так, значит, ситуация в мире ухудшилась? – спросила Александрина.
Дрейк пожал плечами:
– Не знаю. Мне не сообщили ничего нового.
– Вы считаете, что будет война?
Он вздрогнул. Дрейк упустил из виду, что от этого чертенка ничего не скроешь. Ну что ж, он не станет ей лгать.
– Да, я думаю, что война неизбежна.
– Почему? – В голосе Алекс слышалось скорее любопытство, чем страх.
Он что, забыл, какой у нее характер? Нашел о ком беспокоиться! Разве ее можно чем-нибудь испугать?
– Потому что, получив независимость от Англии, американцы не станут почивать на лаврах. Среди правителей есть сторонники экспансии, которые полагают, что Канада станет для них легкой добычей. Они думают, что Англия слишком озабочена возможным вторжением армии Наполеона, но это заблуждение. Англии, как никогда, понадобятся жизненно важные ресурсы Канады. А у Канады нет ни необходимости, ни желания принадлежать Соединенным Штатам. Ситуация очень неустойчива.
Дрейк резко повернулся к Александрине, чтобы увидеть, как она восприняла его слова.
– Возможно, вы судите об американцах слишком сурово, – заметила она.
– Что вы хотите этим сказать? – Брови Дрейка поползли вверх. Без сомнения, девушка провела параллель между своим положением и «угнетенными» американцами.
То, что сказала ему Алекс дальше, только подтвердило его мнение.
– Может быть, американцы виноваты не в жадности, а в том, что они наслаждаются вновь обретенной свободой или своими безграничными возможностями. Должно быть, они недовольны присутствием англичан на континенте.
Если ее послушать, то можно подумать, что жадная до власти нация выглядела словно невинный ягненок, который только что научился ходить. Может быть, сама Алекс еще не отдавала себе в этом отчета, но Дрейк прекрасно осознавал, что она испытывает отвращение к угнетению и тирании, ведь Александрина страдала от этого всю свою жизнь. Впрочем, как и он сам.
Но на самом деле все обстояло не так просто, как ей казалось.
– Я согласен, что американцы недовольны присутствием Британии в Канаде, – продолжал Дрейк. – Однако, отвоевав свою независимость, следует уважать право другой нации на самоопределение и не посягать на это священное право. Насколько я понял, как раз этого они и не собираются делать.
– Надеюсь, что вы ошибаетесь, – с грустью проговорила Александрина.
– Я тоже на это надеюсь, принцесса.
