кавалерии.
— Императору стоит пересмотреть своё решение о наследнике иначе от государства останутся лишь руины, — не сдержав эмоций, сквозь зубы, сказал командующий. — Вы лично участвовали в составлении плана вторжения, а сейчас, когда он на грани провала, готовы пожертвовать десятью тысяч бойцов и несколькими гарнизонами приграничных городов ради того, чтобы сохранить шанс на захват никому не нужного болота!
— Да как ты смеешь?! — ощутив реальную угрозу своей власти, прокричал наследный принц. — Именем своего отца я отстраняю тебя от командования армией вторжения и приказываю…
Договорить принц не успел, так как командующий с верными ему офицерами вышел из палатки и направился в сторону войска. Более пяти тысяч пехоты и три тысячи лёгкой кавалерии, составлявшие основу армии вторжения, прошли с ним множество битв, а потому, его приказы значили для них куда больше, чем воля тупоголового отпрыска императора. Спустя десять минут лагерь покинула лёгкая конница, а ещё через пятнадцать минут вслед за ней налегке без каких-либо колебаний умчалась и пехота с оставшимися магами. Последних командующий предпочёл забрать, опасаясь, что наследный принц бестолково угробит и их.
Что же до наследного принца, то он, вместо того, чтобы организовать оборону лагеря, приготовил подчинившиеся ему отряды ополчения к штурму. Хотя, если задуматься, то даже этого он бы не смог сделать, еслибы командующий не объявил, что с частью войск намерен преследовать и уничтожить конный отряд королевства Готор, умолчав о заявлениях принца, возомнившего себя императором.
И вот, когда три тысячи ополченцев, из которых состояла первая волна штурмующих, преодолели половину перешейка, в стенах форта обрушилось два участка, а ворота распахнулись, и навстречу ничего не подозревавшей пехоте устремилась конная гвардия Готора, в сопровождение сотни магов, а следом за стенами выстроилось несколько сотен защитников форта.
* * *
Форт осаждённых рассвет
— Наши гвардейцы обречены, — глядя на то, как из лагеря имперцев выдвинулись несколько крупных отрядов пехоты, спокойным голосом сказал верховный маг. — И мы уже не успеем незаметно покинуть лагерь и помочь им.
— Меня в данный момент больше волнует: почему лагерь покинуло настолько много бойцов? — глядя на лагерь осаждающих, сказал я. — И почему оставшиеся всё же готовятся к штурму?
— Будь вы одни, то и этих сил было бы достаточно, для убедительной победы, — безэмоционально сказал гвардеец. Однако по его мимике можно было понять, что он сейчас там, где в скором времени будут гибнуть его товарищи и командир, в котором данный отряд видел не столько командующего, сколько отца.
— Зубы сломали бы, — уверенно ответил Рэк. — Даже взятие стен форта не помогло бы им.
— Орки всегда были высокомерны в том, что касалось обороны и боя с превосходящим по численности противником, — снисходительно улыбнувшись, сказал Эрой.
— Вы разве не видите, что среди имперских вымпелов остался лишь один с символикой действующей армии? — удивлённо спросил старый орк. — Для штурма форта оставили лишь отряд подготовленной конницы и наспех собранные отряды, а это значит, что в основном нам противостоит…
— Ополчение, — перебив моего подчинённого, воскликнул гвардеец. — Будь у нас возможность развернуться в боевые порядки, мы бы смогли справиться с пехотой и, быть может, успели бы на выручку, но ширины ворот для этого мало.
— Рэк, наши люди смогут сдержать ополчение вне стен форта? — поинтересовался я, понимая, что сдержать то атакующих мы сможем, но если погибнет часть гвардии, а отправившиеся за ними войска вернуться, то, в лучшем случае, часть из нас сможет покинуть форт по проходу. И самой большой проблемой было то, что у меня такого права нет.
— У нас под рукой более пятисот воинов и если бы у эльфов был запас стрел… — задумавшись начал отвечать орк.
— Стрелы есть, — хриплым голосом сказал гвардеец. — Командующий приказал нам взять по два колчана стрел и лёгкому малому луку, на всякий случай.
— И вы молчали об этом?! — не сдержав эмоций прокричал я. — Мои лучники чуть ли не молятся на каждую стрелу, а тут под боком более сотни тысяч стрел!
— Барон, вы не спрашивали, а мы не знали, что у вас с этим проблемы, — спокойно ответил верховный маг. — Командир, передайте стрелы и луки бойцам барона. Так от них будет больше пользы. А Вы расскажите, что задумали, пока гвардейцы выполняют приказ.
— Ваши маги смогут пробить дорогу через частокол врагов? — поинтересовался я, глядя на пожилого мага.
— Для этого нам нужно туда добраться, а кавалерия просто не успеет выстроиться в боевые порядки для начала атаки, — спокойно ответил маг.
— А стены форта разрушить Вам под силу? — поинтересовался я, глядя на шокированных бойцов, но всё же ждал ответа.
— Пятёрка магов сотрут их в пыль, — уверенно заявил Эрой.
— В таком случае, вам нужно оставить с нами этих пятерых, а самим прорваться через лагерь имперцев, по возможности, уничтожив вот тот отряд тяжёлой конницы, — спокойно сказал я, глядя на то, как посветлело лицо Рэка.
Старый орк вспомнил историю, которую рассказал мне ещё на руднике. Правда в той истории оставшиеся оборонять форт попали в плен, но у нас шансы были намного лучше, да и у вырвавшиеся из западни гвардейцы непременно поспешат нам на помощь. По крайней мере, я на это очень надеялся.
— Можете считать, что конницы у врагов уже нет, — уверенно заявил гвардеец, который, похоже тоже начал понимать, что я хочу сделать.
— Рэк, ты лучше меня знаешь что делать, — сказал я орку, а затем обратился к офицеру гвардии. — Вам же мне не нужно объяснять, что только от вашей прыти зависит выживание ваших товарищей.
— Через четверть чала мы будем готовы, — спокойно ответил гвардеей.
— Присмотри за моей дочерью, — сурово посмотрев на меня, сказал старый маг.
Каково же было моё удивление, когда среди пятёрки выделенных магов, я увидел свою Александру. А это могло значить лишь то, что передо мной стоял никто иной, как сильнейший маг королевства.
Вот и познакомился с отцом своей любимой, — подумал я, и услышал тихий ответ. — Если она не переживёт этот бой, то ты и все твои люди никогда не увидят солнечного света.
Так и есть, — подумал я. — Ведь если погибнет она, то это значит, что все мои люди и я уже мертвы.
Не знаю уж как Эрой умудрился читать мои мысли, но даже он не смог скрыть удивления, а я услышал отголоски его мыслей. В них не было силы и власти, ведь на первом месте стояли переживания за дочь.
— Она значит для меня не меньше, чем для Вас, но сейчас на этот разговор нет времени, — сказал я, глядя в глаза верховному магу. — Тем
