в другом штате. Но она ответила примерно в том же духе, что и Этан, добавив свои аргументы.
– Ты же знаешь, как я прожила, родив тебя в двадцать, – сказала она, и передо мной тут же возник ее уставший образ из детства. – Твой отец исчез из нашей жизни спустя три года. После этого я спала по четыре часа в день, пропадая на нескольких работах. Ты хочешь себе такую же судьбу?
Если бы нам давали возможность поменять что-то в жизни, я бы без сомнений послала к черту всех, кто отговаривал меня рожать. Но можно до бесконечности обвинять других в то время, как самое главное решение я приняла сама.
Я избавилась от ребенка. От своего ребенка!
И после этого мои сны превратились в кошмары. А днем я не могла спокойно смотреть на проходящих мимо мамаш с колясками. Как назло, они появлялись передо мной на каждом шагу. Я впадала в истерику во время рекламы с детскими смесями или подгузниками, где с экрана улыбался пухлощекий малыш.
Я возненавидела саму себя. А когда ушел Этан возненавидела и его. А позже я возненавидела весь мир. Для меня он перевернулся.
Спустя пару месяцев после нашего расставания на профиле Этана на “Facebook” я обнаружила несколько фотографий, где он держит со своей новой девушкой 3D снимок их будущего ребенка.
Я испытала весь спектр злости и гнева. Но вскоре на смену им пришла горькая, как пилюля, насмешка, что все в итоге поддается предательству и разочарованию. Я осталась одна в невыносимой тишине и пустоте. И я пыталась изменить свое состояние тем, чего раньше никогда не пробовала.
Я знала, что это не выход. Я могла обратиться к психологу, могла сконцентрироваться на работе. Но я пошла по пути наименьшего сопротивления, как самая настоящая слабачка.
Я обманывала собственное состояние. Ни один психолог не прибежит к тебе в два часа ночи, когда тебя разрывает изнутри от несчастья. А безудержная работа не сможет заставить тебя забыться от горя. Зато это сделает дилер и примерно пятьдесят долларов.
– Лин, – низкий обволакивающий голос Рэймонда заставил меня вздрогнуть.
Все это время он молчал и внимательно слушал меня. Во время моего рассказа на его сосредоточенном лице не отобразилось ни единого упрека.
– Мне не в чем тебя осуждать. Кроме одного. Твое самоуничтожение затянулось. Ты должна жить дальше.
Я неуверенно кивнула и опустила взгляд, увидев наши переплетенные пальцы.
Рэймонд остался.
От этой мысли в моих глазах защипало, и я с трудом проглотила застывший в горле ком.
– Если бы все можно было изменить, – прошептала я, чувствуя, как по щеке скатилась слеза.
– Иди ко мне.
Рэймонд обнял меня, и я уткнулась лицом в его твердую грудь. Слезы потоком хлынули из глаз. Каждый раз, когда я громко всхлипывала, он сильнее прижимал меня к себе. В его крепких объятиях я вспомнила, что такое тепло. Я так долго не ощущала его.
Вздохнув полной грудью, я отстранилась от Рэймонда, заметив, что кожа на его куртке блестела от моих слез.
– Твоя жизнь продолжается, – он провел ладонью по моей щеке, большим пальцем убирая слезу. – Ты еще встретишь того, с кем будешь до конца своих дней, – на одно мгновение он замолчал. – Может быть, этот человек где-то рядом. Смотри внимательнее.
Глава 16. Идеальный сотрудник
Линдси
– Подъем, Линдс.
Меня кто-то ткнул в бок, и я с трудом разлепила глаза, увидев перед собой раскрытый журнал. Именно им я прикрывалась, чтобы никто не застукал, как Линдси Коултэр нагло заснула на совещании.
– Коултэр, что вы думаете насчет предложения Дэвида? – раздался голос главного редактора на другом конце вытянутого длинного стола.
– Предложение Дэвида? – переспросила я, чувствуя, как под столом меня по ноге колотит Мелани. Она украдкой повернулась ко мне, прошептав "соглашайся".
Я перевела взгляд на Дэвида с рекламного отдела. Какое еще предложение?
– Будьте добры, повторите главные условия вашего предложения, – расплывчато попросила я, прочистив горло.
– Я предложил мистеру Брекхэму объединить наши проекты, – ответил он, поправив у лица светлые пряди. – Ты будешь, как обычно, посещать рестораны, кафе, выставки и делать на них обзоры. А я буду снимать трансляции в режиме реального времени. Читателей электронной версии журнала это должно заинтересовать.
– Звучит прекрасно, – сказал босс, он же мистер Брекхэм. – Больших вложений проект не требует, но он должен привлечь внимание аудитории и расширить ее.
– То есть, я теперь буду ходить по мероприятиям в сопровождении Дэвида? – спросила я, не скрывая недовольства.
Только этого мне не хватало. Особенно в тот момент, когда я собираюсь завязать. Дэвид Пирс из отдела рекламы славился, как главный креативщик, тусовщик и большой любитель кокаина и травки.
– Да, если мистер Брекхэм одобрит предложение, – сказал Дэвид.
– Я одобряю, – утвердительно кивнул босс.
Я хотела возразить, но вдруг в комнате совещаний приоткрылась дверь, и в проеме показалась голова секретарши. Она многозначительно посмотрела на босса и сказала, что у него важный звонок.
– Простите, но я вынужден вас покинуть, – главный редактор встал из-за стола.
Когда за ним захлопнулась дверь, я перевесилась через стол и злобно прищурилась.
– Пирс, отзывай проект, я – пас! – я зашипела на Дэвида.
– Линдси, это хорошая возможность привлечь аудиторию к твоей колонке, – осуждающим тоном произнесла Мелани, поправляя воротник очередного брендового пиджака в серую клетку. – Если твои обзоры будут набирать популярность, руководство журнала выделит целую страницу, а может быть и больше.
– И еще будет прибавка к зарплате, – добавил Дэвид, зная, куда нужно давить.
– Тридцать процентов, и я согласна, – я уставилась на него.
– Двадцать, – возразил он.
– Тридцать, – рявкнула я.
– Не борзей, Коултэр, – Дэвид ухмыльнулся. – Покривляешься на камеру пятнадцать минут и будешь свободна.
В кабинет вернулся редактор, заняв место во главе стола.
– На чем мы остановились? – он окинул взглядом собравшихся.
– Мы обсуждали совместный проект с Линдси, – Дэвид сменил тон, став говорить намного учтивее.
– Точно, – босс щелкнул пальцами в воздухе. – И к чему вы пришли?
– Она в восторге от моей идеи, – ответил за меня Дэвид, что-то написав на листке. Он сложил бумагу пополам и запустил ее в мою сторону.
«После совещания жду в своем кабинете. Отметим проект колумбийским снегом» – гласила записка.
«Иди к черту», – я нацарапала ответ.
– На следующей неделе Коултэр и Пирс отправляются в "Алиби", – этими словами редактор закончил совещание.
– Линдси, зайди ко мне, – Мелани встала из-за стола, последовав за боссом. У дверей столпился народ, покидая место совещания. Дождавшись, пока большинство ушли и освободили проход, я потянулась за своей сумкой.
–В последнее время ты не в духе, Коултэр, – усмехнулся Дэвид, когда прошел мимо меня.
– В последнее время у меня все отлично, – буркнула я и вышла из комнаты совещаний.
***
В будние дни редакция журнала представляла собой шумный муравейник. И прохладный отдельный кабинет Мелани являлся для меня островком спокойствия и тишины.
Удобно устроившись на мягком диванчике, я закинула ноги на
