будет в удобный момент впустить «демона» в подходящего человека. Может, он для этого и украл детей? Но дети — плохие носители. Если только использовать их как временные тела… но зачем? Разве не проще найти жертву, в которую можно вселиться, не вызывая подозрений?
Вопросов было так много, что у Эда окончательно разболелась голова: один тащил за собой другой, возможный ответ противоречил третьему, ответ на четвёртый совершенно не состыковывался с другими. Одни не имели ответов вообще, другие, наоборот, имели слишком много ответов. Запутавшись в бесконечном потоке версий, предположений и вариантов, Эд ощущал себя беспросветно тупым.
Многочисленные вопросы отвлекали от тревоги, но не могли вытеснить её полностью. Беспокойство грызло Эда, распирало изнутри, мешало сосредоточиться.
Может быть, «демон» нацелился не на членов семьи, а на соседей?
Эд тут же мысленно перебрал людей, с которыми только что говорил: не похоже, что они одержимы, но, увы, подселение «демона» может пройти совершенно незаметно, особенно для людей, незнакомых с носителем. Высшие «демоны» точно умеют одерживать незаметно, а «демоны разума» однозначно относятся к высшим.
Так, идём дальше: где ещё может прятаться существо, способное вселяться? В теле животного могут обитать далеко не все «демоны», да и те, которые могут, не способны долго там находиться. Значит, окрестные коты, бродячие собаки, вороны и голуби отпадают.
Эд взмок от напряжения, пытаясь найти правильные ответы. Пока получалось только худо-бедно отмести неправильные.
Попробуем зайти с другой стороны: чего это существо хочет? Отомстить. Увидеть, как страдает тот, кто виноват в его бедах. Значит, если «демон» здесь, то, в ком бы он ни был, он должен прятаться поблизости. Так, чтобы было удобно следить за двором Азамата, за возможной паникой его родных, суетой прибывших на вызов «спецов», возможным отчаянием жертвы.
Значит, «демон», скорее всего, притаился там, откуда хорошо видно, что творится в нужном дворе. Эд снова огляделся. Двор Аза хорошо просматривается с двух точек: с чердака соседнего пустующего дома и с мансарды дома на параллельной улице. Остальные дома вокруг либо слишком низкие, либо выходят на нужный двор глухими стенами.
— Как думаешь, где он может быть? — спросил Егор, пристально глядя на осматривающегося новичка.
— Скорее всего, в доме слева от Аза или вон в том, с красной крышей и кошкой-флюгером, — Эд не стал тыкать пальцем, чтоб не привлекать внимание «демона», если тот вдруг прямо сейчас смотрит на них глазами носителя.
Егор кивнул:
— Согласен. Надо уточнить у Аза, кто живёт в этих домах, и проверить хозяев.
Когда они вернулись к Азамату, Макс и Вика уже поджидали их на крыльце второго по размеру дома. Самого Аза не было видно.
— Давайте зайдём внутрь: тут холодно, — поёжилась Вика.
Едва Б-пять оказались внутри, как она добавила:
— Возможно, одержимый рядом. Раз дети пропали уже после пожара, то есть вероятность, что он ошивается поблизости. Наблюдает за… ситуацией.
— Никто из опрошенных нами соседей ничего не видел, — отчитался Кошкин. — Увы.
Эд только сейчас осознал, как, оказывается, надеялся на то, что Макс и Вика хоть что-то узнали, и ему с трудом удалось подавить разочарование.
Никаких зацепок. Никаких.
Как найти детей? Как?
Эд на секунду представил, что пропали Оля и Аля, и у него потемнело в глазах.
Почему он такой тупой и не может ничего придумать? Только и умеет, что всё портить. Ни на что больше не годится.
Напряжение нестерпимой болью сжало виски и лоб.
— Есть версии, почему одержимый не ушёл ловить остатки Р-четыре? — поинтересовался Егор у Вики.
— Вариант первый: Яковлев не знает, как до них добраться. А как найти Аза, по-моему, все в спецотделе знают, — начала девушка. — Вариант второй: Яковлев имеет что-то против Азамата. Вариант третий: «демон» считает Аза самым виноватым. Склоняюсь к последнему: «демоны разума» склонны зацикливаться на собственной уникальности и блестящем уме. Вероятно, этот полагает, что, если бы не Аз, простые «спецы» его ни за что не поймали бы.
Вика поправила очки и вздохнула, выдавая хорошо скрываемое волнение. Она явно беспокоится об Азамате больше, чем готова показать. Впрочем, все беспокоятся.
— А как узнали, что именно Олег взял со склада? — спросил Эд.
На складе ведь нет сигнализаций, уведомляющих о незваных гостях, иначе складские дамы сразу поняли бы, что к ним кто-то забрался.
— Олег сунул распечатку описи на полку, с которой взял демона, так, чтобы бумаги торчали, — ответила Вика. — Очевидно, нарочно. Думаю, он хотел, чтобы все знали, что именно он делает.
— Зачем?
— Он жаждет восстановления справедливости. Ведь ему, как он сам тебе сказал, не дали то, чего он заслуживает.
Эд задумался: как же Яковлев намеревается восстановить справедливость? Он сказал, что хотел быть старшим ночной смены, но вряд ли возня с «демоном» ему в этом поможет. Так что же ему на самом деле нужно?
Входная дверь распахнулась, впуская радостно улыбающегося спеца по редким существам.
— Нашёл! — заявил он. — Я их нашёл! Вот дурак, сразу не сообразил, но теперь нашёл!
— Как нашёл?
— Детей? Где они?
— Рассказывай.
Азамат вытянул левую руку, на которой сидела небольшая, с тощую синичку, светящаяся птичка с несуразно длинным хвостом.
— Если совсем коротко, то кое-кто из моих сверхъестественных друзей понимает говорушку и очень даже отличает людей друг от друга. Пришлось постараться, чтобы объяснить говорушке суть проблемы, но в конце концов она передала мой запрос выергам и туманникам. И они только что вернулись с новостями!
В дверной проём просунулась хищная морда выерги, похожая на выдуманную вдохновенным художником-авангардистом помесь рыси и жабы.
— Они там, — махнул свободной рукой Аз. — На соседней улице.
— В доме с красной крышей и кошкой-флюгером? — приподнял бровь Егор.
— Да, а как ты узнал? — изумился Азамат.
Выерга просочилась в прихожую и прижалась к ноге спеца по редким существам. Тот опустил правую руку и привычно погладил жутковатую мохнатую голову.
— С мансарды того дома удобно следить за твоим двором, — пояснил старший. — Как и с чердака дома слева.
— Слева живут Федотовы, — растерянно пояснил Аз. — Сейчас их дома нет: уехали до вторника к родным в соседний город.
Кажется, он никак не мог поверить, что кто-то действительно вздумал следить за ним и его родными.
— А в том доме, где дети, кто живёт? — спросил Макс.
— Градские: папа, мама,
