противься воле забытых богов.
Ее откровенность застала меня врасплох, заставив шумно выдохнуть и почувствовать, как лицо обожгло смущением. Судорожно сглотнув, я поспешно опустила глаза.
– Что ты такое говоришь? Ни мне, ни ему ничего из этого не нужно. У Кайнокса уже была любимая, вряд ли ему нужна новая. Он обязательно найдет способ разорвать наши узы, и я навсегда отсюда уйду. И вообще, давай не будем об этом. Ты, кажется, говорила, что я могу использовать свою магию не только для оживления растений. Не могла бы ты меня обучить?
Глава 21. Как прикажете, господин!
– Придумали тоже, – проворчал Боргер, сверля нас с Клариссой недовольным взглядом. – Какая в ней магия? Ее не хватит даже развеять дохлую крысу, а ты об уборке замка талдычишь Если она что-то здесь испортит или сломает, хозяин нам с тобой первым голову свернет…
Змея взяла меня за руку и провела на середину огромного зала, что со вчерашнего дня напоминал поле боя. Пепелище сожженной мебели и гобеленов, перевернутые столы, разбросанная по полу подгнивающая еда.
– Не трясись ты так, шерстяной клубочек, – ласково промурлыкала она, изучая объем работ. – На весь замок ее сил сейчас не хватит. Но начнем с малого. Так, глядишь, за неделю и справимся.
– Только не говори, что обучать ее собралась? – недоверчиво хмыкнул кобольд. – В последний раз, когда хозяин просил тебя стать наставницей ее высочества госпожи Кар Ланде, ты заявила, что скорее удавишься. Что изменилось за двести лет?
Ее высочество госпожа Кар Ланде? Разве это не фамилия маг-императорской семьи, правящей Сокрией больше тысячи лет? Зачем Кайноксу просить Клариссу обучать одну из них? Если только… Она и есть та самая возлюбленная Стелла, погибшая от рук Виктора Толль.
Не удивительно, что темный пришел в бешенство, узнав кого на этот раз в качестве истинной ему послали забытые боги. Любой бы на его месте рвал и метал.
– В отличие от тебя, Боргер, у меня есть принципы, – даже не оглядываясь, бросила Кларисса. – И я не поступаюсь ими, будь передо мной даже сама маг-императрица. Стелла не заслуживала и той крупицы темной магии, которой она владела. Несса, подойди.
Резко сменив тему, она махнула, и я приблизилась, встав по правую сторону. Вложила руку в ее протянутую ладонь, стараясь не глядеть на кобольда, чьи прищуренные глаза метали в меня иглы.
– Соберись, – прошептала змея. – Закрой глаза и вспомни то чувство, что ты испытала, отдавая приказ растениям. Потянись к этой новой силе, растворись в ней. Представь, что вы одно целое, она твои руки и ноги. Твое желание – это ее действие. Только прикажи…
Шумно выдохнув, я сделала все, как она сказала. Правда, на словах все выходило гладко, словно это проще простого, а на деле – на одно воспроизведение ощущений от связи с растениями ушло не меньше получаса.
Даже ноги со спиной заболели топтаться на одном месте. Не удерживай меня Кларисса, послала бы все подальше и уселась прямо на пол.
Наконец я услышала в голове знакомый гул. Росшие за окном деревья, цветы и травы потянулись в мои мысли разноголосым шепотом. Вникать в их слова я не стала, отдала короткий приказ, как учила змея:
– Сделайте уборку. Очистите помещение…
Не успела договорить, как громко хлопнули деревянные ставни, вокруг зашуршало, Боргер издал удивленный свист.
Открывая глаза, в лучшем случае, на что я надеялась – это увидеть проросшую сквозь щели в полу траву. Но никак не пляшущие по полу швабры и метлы, отряхивающая занавески гигантская астильба и сметающие паутину из углов лапы отросших елей – высунувшихся в открытое окно.
Я ахнула и покачнулась, едва не упав на колени, благо Кларисса не выпустила меня из своей хватки. Магия покидала мой резерв так же быстро, как становился чистым парадный зал.
Боргер встал на пути одной из швабр, и она хлестнула его по ягодицам, заставив отпрыгнуть. Змея прыснула в кулак, кобольд бросил на нее убийственный взгляд. За спиной послышались неторопливые шаги и мне на плечо легла тяжелая ладонь. У самого уха раздался вкрадчивый хриплый шепот:
– Какого лысого орка здесь происходит, Анилесс Пайн?
Испугавшись, я резко вскрикнула и подпрыгнула на месте. Очнулась лишь осознав, что залезла на Нокса с ногами, обхватив его за шею, а он крепко сжимает меня в своих руках.
Сердце тревожно ухнуло куда-то вниз. Наши взгляды скрестились, как острые шпаги. Но, если мне приходилось прилагать кучу сил, чтобы не отвести свой в сторону, Нокс, казалось, не испытывал ни малейшего дискомфорта.
Удерживал меня, словно пушинку, бесстыже расположив обе ладони на моих прикрытых нижними юбками и платьем ягодицах. Пялился, скривив насмешливо уголки губ, заставляя мой пульс биться от волнения так быстро, что находящийся на дне магический резерв окончательно опустел.
За спиной послышался грохот падающих метелок и швабр. Ставни захлопнулись, скрывая вернувшиеся к своим нормальным размерам растения. Зато зал сиял чистотой. Даже не верилось, что, в большей части, из-за меня.
– Соскучилась? – хмыкнул темный. – Я, конечно же, польщен. Но впредь не используй меня, как дерево.
– Да что ты говоришь! – буркнула я, отцепившись от его шеи и упираясь ладонями в твердую грудь. – Тогда, может, стоит прекратить ко мне подкрадываться и пугать?
– И лишить себя такого захватывающего зрелища, как ты смешно визжишь от страха? – приподнял он правую бровь. – Ладно, используй, потерплю. Ведь так радостно меня еще никто не встречал.
От него несло элем. Неужели, пока мы драили замок, мерзавец где-то развлекался? Не будь я так зла на него, эта кривая усмешка на прекрасном лице могла бы запросто свести меня с ума. Как жаль, что не существует петиции, объявляющей ее вне закона. Я была бы первой в очереди, чтобы подписать.
– И никакая это не радость…
– Не пытайся меня обмануть, Анилесс Пайн, я слышу твое сердцебиение.
– Это… – я сглотнула. – Это от голода. Стоит захотеть есть, как начинается тахикардия. Сейчас же спусти меня на землю.
– А если я этого не сделаю?
Голос вкрадчивый, испытывающий на прочность. К сожалению, пригрозить мне было нечем. Неловкий момент. Кто знает, чем бы он закончился, не вмешайся в нашу перепалку Кларисса.
– Ты, может, и аристократ, Нокси, но манеры у тебя как у невоспитанного орка. Девочка весь
