Шайн –
второй принц Ноарии, императорский дворец за несколько часов до приема За все дни полета до родной планеты мне так и не удалось поговорить с человечкой. Генерал трясся над своей единственной, как кулуша над детенышами, не позволяя ни одному свободному мужчине общаться с ней, а потом вообще запер в собственной каюте. Меня съедало чувство вины. Разумеется, ни один воин не отдает своим поступкам отчета под действием старкса, но, тем не менее, я едва не убил девушку, хотя в жизни никогда не позволял себе грубости по отношению к этим хрупким созданиям. Было еще кое-что, не дающее покоя, одна мысль, прочно засевшая в голове: как эта дрянь попала в мой организм? И чем ближе мы были к дому, тем более явственным становился ответ на этот вопрос. Душевная боль терзала меня все сильнее. Я не мог понять: почему? За что со мной так?
Мозг с бешеной скоростью просчитывал все возможные варианты, прикидывая, складывая вероятности, но выходило так, что было только одно место, где я мог получить дозу старкса. Майор Парсон не обладал достаточными данными о природе столь опасного вещества, отразив в отчете, что ввод препарата был осуществлен за сутки до инцидента с моим участием, но проанализировав, отмел данную гипотезу, как не состоятельную. И тогда мы снова имеем уравнение с тремя неизвестными: когда, как и кто.
Есть одна весьма интересная особенность старкса. Сам по себе состав не дает практически ничего, может годами находится в организме живого существа, не причиняя никакого вреда, не оказывая влияния, но ситуация меняется, стоит только добавить так называемый активатор. Как только он смешивается с основным веществом, начинается цепная реакция. По засекреченным данным наших ученых период активации составляет от семи до десяти стандартных суток. И вот это и натолкнуло меня на одну очень важную мысль. Именно активатор попал в мой организм перед самым отлетом на Неиду. Тщательно восстановил события дня вылета, вытягивая каждое свое действие из памяти, составляя поминутный график. Было одно единственное место, где я позволил себе расслабиться и, упуская контроль, получил удар в спину.
Но без доказательств все мои умозаключения ничего не стоят, и в самое ближайшее время я намерен их добыть.
Гектор Тимерон
Мне было так мало моей сладкой девочки. Утихшее было после первой торопливой близости желание снова накатывало волнами, но я не мог поддаться ему, как бы соблазнительно возбуждающе не выглядела перспектива. Поэтому уложил уставшую малышку немного отдохнуть, сам же вышел из спальни, чтобы надеть уже доставленный костюм: темно-синий удлиненный пиджак, тонкая белая рубашка и узкие брюки, которые полагалось заправить в мягкие черные сапоги. Самое время будить мою звездочку.
– Лиз, – тихонько шептал я, пропуская между пальцев платиновые кудри.
Небольшой аккуратный носик мило сморщился, и крошка закуталась в одеяло плотнее, не желая покидать уютные объятия сна.
– Малыш, просыпайся, – коснулся губами манящих губ, девушка вздрогнула и открыла глаза. – Скоро за нами придут, нужно поспешить.
– Ты такой красавчик! – восторженно улыбнулась она. – Завидую сама себе, – лукавый взгляд беззастенчиво двигался все ниже по моему телу, обжигая.
– Детка, не провоцируй, – предостерег я.
– Мы уже, кажется, выяснили момент с отсутствием у меня страха, главное, чтобы ты не испугался моего напора, – на полном серьезе заявила эта юная соблазнительница и, рассмеявшись, отправилась одеваться в ванную. Мудрое решение! Не стоит лишний раз провоцировать. Хотя я и так готов воспламениться от одного ее взгляда.
Элиза Кроуфорд
Вежливо постучав, мой генерал передал в приоткрытую дверь коробки, так и не решившись зайти. С интересом распотрошила все. С бельем Гектор явно перестарался, вошел во вкус и не сумел вовремя остановиться. Одного только черного было три комплекта, так что найти замену предыдущим трусикам не составило труда. Платье снова заняло свое место, босоножки и финальный штрих – ярко-красная помада. Все же Тимерон удивительно тщательно подошел к подготовке. Образ роковой красотки неожиданно подошел мне. Я и сама чувствовала себя ею – женщиной, что привлекает внимание, заставляя мужчин терять голову, замирать на вдохе и разочарованно выдыхать, обделенных вниманием. Смело открыла дверь и сделала один единственный шаг.
Генерал нетерпеливо притоптывал ногой и обернулся на звук.
– …!
– Что это было? – расхохоталась, услышав какую-то белиберду. – Я не поняла ни слова!
– Стандартный переводчик, вживленный тебе, – хрипло начал он, – не воспринимает слова определенного рода, – смутился в конце.
– Ты так изысканно сделал комплимент или наоборот обругал? – томно качнув бедрами, медленно повернулась вокруг.
– Ох, ты видимо желаешь моей смерти, – простонал Гектор. – Пожалей мое старое, слабое сердце, оба сердца, – картинно продолжил он.
– Так может мне присмотреться к кому-то моложе? – не успела даже договорить, как меня смел ноарийский ураган.
– Убью любого, кто посмеет только взглянуть на тебя, – рычал он, до боли стискивая меня в объятиях.
– Мне никто не нужен, кроме тебя и Шейна, запомни, никто!
Прерывая звенящий момент откровений, в дверь постучали.
– Это за нами, – медленно констатировал очевидное генерал. – Идем, – он расположил мою руку на сгибе своего локтя и, легко улыбнувшись, шагнул в раскрывшиеся двери, уводя меня с собой в неизвестность.
Элиза Кроуфорд
Первый раз за этот безумно долгий день выдалась возможность рассмотреть интерьеры императорского дворца. Общий коридор гостевых комнат вывел нас в широкий холл. Светлый камень (как мне поначалу показалось) стен странно мерцал, подчиняясь определенному ритму. Более темные прожилки создавали невероятный эффект кровеносных сосудов, словно материал был живым. Заметив мое недоумение и восторг, Гектор пояснил для меня. Оказывается, то, что я приняла за камень, является на самом деле сложным композитным материалом, включающим в себя особое вещество – норвикс. Именно он представляет из себя разветвленную сеть каналов-вен, предназначенную для сбора и передачи всевозможной информации: температура, уровень кислорода и, видимо, что-то еще, но генерал не рискнул разглашать секретную информацию. Пока я восторгалась разработкой местных ученых, звякнув, открылись широкие двери лифта. Просторная кабина с зеркалом во всю стену вместила нас всех, включая сопровождающих и охрану. Конструкция предусматривала движение не только вверх-вниз, но и в стороны. Страж из службы безопасности прислонил свой браслет к считывателю и набрал комбинацию на виртуальной клавиатуре. Уши привычно заложило от высокой скорости, но даже так мы перемещались довольно долго. Местом назначения оказался зал, украшенный светящимися композициями из тонких трубочек и диковинными цветами. Гости уже собрались. Дамы демонстрировали эффектные наряды, соревнуясь друг с другом. Колкие взгляды, полные неприязни и собственного превосходства, черноволосые красавицы раздавали друг другу с завидной регулярностью. Пока эти смертоносные кобры держались в стороне, но что-то мне подсказывало, что близкого
