Лиля пожала плечами, — мне всегда хватало моего брата.
— Так не пойдет. У каждой девочки должна быть подружка, с которой можно обсуждать парней. Я уверен у тебя такая есть.
— Нет.
Денис скорчил недоверчивую мину. Лиля повторила: «Нет!». Он не сменил выражения, Лиля засмеялась.
— Это очень грустно, — сказал Денис, наконец, но Лиля только пожала плечами.
Она теребила в руках фантик от конфеты. Воспоминания об Андрее резали душу. Перед ее глазами мелькал его образ, его улыбка и задорный смех. Он смеялся даже когда не мог пошевелиться после обезболивающих. Андрей лежал на диване, его лысина пускала солнечных зайчиков, и они хохотали из-за этого.
Денис накрыл Лилину руку своей. Она посмотрела в его темные глаза. Прическа растрепалась, некоторые пряди лежали на лбу, он не улыбался, а смотрел серьезным взглядом. Она испугалась, что он заметит скопившиеся слезы, которые она изо всех сил удерживала, и отошла к кухонной тумбе, на которой оставила свой стакан. Только она отвернулась, как слезы градом полились из глаз. Лиля отпила сок и сразу об этом пожалела. Алкоголь прожег ей горло, она откашлялась. Услышав шевеление за спиной, она быстро вытерла ладонями лицо, но оно все равно осталось мокрым. Мгновение — и Денис развернул Лилю к себе, навалившись на нее всем телом. Еще мгновение — их губы сплелись в неуклюжем поцелуе. Слезы хлынули с новой силой.
Они стояли на пустой кухне и целовались. На фоне одногруппники кричали песни. Дыхание Дениса пахло сигаретами. Он запустил руку в Лилины волосы, прижался к ней всем телом, другая его рука скользнула под кофту. Лиля вздрогнула от прикосновения ледяных пальцев, и отстранилась. Губы Дениса продолжили покрывать поцелуями щеки и шею, щетина царапала нежную кожу. Лиля легонько оттолкнула Дениса за плечо, но он этого не заметил. Его движения и поцелуи становились грубее, он стянул кофту с ее плеча.
— Денис… — Он не слышит, его рука под кофтой скользнула выше, нащупав лифчик. — Хватит, — уже громче повторила Лиля.
Она выгнулась, чтобы Денис не сумел добраться до нежелательных мест. Он сжал ее волосы, Лиля застонала от боли. Его правая рука уже была под лифчиком, он больно укусил Лилю за мочку уха, та взвизгнула. Из груди Дениса вырвался стон.
— Перестань! — закричала она, но от страха ее голос дрогнул и прозвучал тихо.
Денис продолжал ее лапать, царапать щетиной, впиваться ногтями в мягкую кожу, слюнявить щеки. Лилины руки обессилили, повисли словно ватные. Денис обливался потом, оставляя его на Лилиной коже. Она слышала его возбужденные стоны. Вырваться было невозможно, она пыталась. Денис только крепче сжимал ее, а чем крепче — тем больнее. Музыка из соседней комнаты била по вискам. Кухонная тумба, к которой Денис прижал Лилю, была липкой и в крошках. Каждое его прикосновение отпечатывалось обжигающим клеймом на коже. Он снова впился в ее губы, она почувствовала вонь из его рта.
— Ай! — завопил Денис и наконец отпустил Лилю. — Ты укусила меня! — из его губы сочилась кровь.
Лиля выбежала из кухни и заперлась в ванной. Ее руки дрожали. Все тело тряслось. Она смахивала с себя слюни Дениса. На мгновение ее лицо мелькнуло в зеркале. Тушь растеклась по всему лицу. Она отвела взгляд. Музыка продолжала стучать по голове. Когда успела смениться песня? Эта квартира переполнена свидетелями, и никто ничего не заметил. Обхватив себя за колени, Лиля упала на пол, опираясь о ванну. Ее всю трясло.
Неизвестно сколько прошло времени, Лиля очнулась от того, что кто-то долбился в дверь. Она быстро умылась, поправила волосы, стараясь не смотреть на себя в зеркало, и открыла дверь. В ванну ввалился Паша, его лицо было уже зеленого оттенка, на Лилю он даже не посмотрел. До унитаза добежать он тоже не успел. Лиля схватила свои вещи и выбежала из квартиры. Подарок Виталика остался лежать среди коробок с недоеденной пиццей.
Она не помнит, как добралась до дома, как поднялась в квартиру, как открыла дверь. Тело жгло. Она все еще чувствовала каждый мерзкий поцелуй Дениса, и от этой мысли ее тошнило и трясло. Ей хотелось упасть в пропасть, забыть обо всем, отмотать время назад, передумать…
На кухне горел свет. Время около часа ночи. Алиса хрустела кормом. За столом сидел отец. Перед ним пустая бутылка водки. Он поднял стеклянные глаза на дочь.
— Где. Тебя. Носило. Мать. Твою!?
В следующую секунду раздался оглушающий грохот, кошка подпрыгнула на месте, распушив хвост. Посуда зазвенела в шкафу. Стол упал на пол.
Часть II Разрушенные надежды
9 Соседи
— Где. Тебя. Носило. Мать. Твою!? — вопил отец.
Он опрокинул стол, и от того отломился уголок. Алиса спряталась в Лилиной комнате под кроватью.
— Я ЗАДАЛ ВОПРОС! — из его рта брызнула слюна.
— Мы отмечали день первокурсника, — пискнула Лиля.
Отец, кажется, не понял смысла произнесенных слов. Он схватился за голову. Лиля оглядела кухню: помимо одной выпитой бутылки, на кухонной тумбе стояла еще одна — открытая. Лиля догадалась, что это та бутылка, куда она налила воды. В следующую секунду отец схватился за ее горлышко и швырнул о стену с оглушающим ревом. Лиля отпрянула. Ее и без того трясло, а сейчас словно ноги отказали, она еле держалась, чтобы не упасть.
— КТО ДАЛ ТЕБЕ ПРАВО? — его голос сорвался. — Кто дал тебе право подсовывать мне это пойло!?
Лиля незаметно отодвигалась к выходу. В голове крутился тот день, когда бабушка Аня забирала ее от отца. Сейчас он был в таком же состоянии, если не хуже.
— Я тебя, кажется уже предупреждал, что если ты хоть еще раз посмеешь мне соврать… — он тяжело вдохнул воздух, — то я сделаю все, чтобы ты больше никогда не увидела свою дочь! ТЫ ЗАБЫЛА!?
Лиля лишь раскрыла рот.
— ПОШЛА ВОН!
Отец залился слезами, и
