Дроу, держа меня за плечи, отстранил от себя и спросил:
– Слушай, Дэй, а ты чего здесь?
– Буду работать, – призналась я, уже не чувствуя прежнего воодушевления.
– Не понял? – возмущенно произнес Юрао. – То есть, как это – работать?
– Так. – Я смущенно пожала плечами.
Дальше проснулся гном.
– Лорд Тьер, – Юрао развернулся к магистру, демонстративно сложил руки на груди, – это что получается, выходит, вы наняли «ДэЮре» в полном составе? Сразу должен заявить – я не согласен с условиями рабочего контракта. Нет, одно дело, если меня перевели из отделения Ночной стражи Ардама к вам – тут все понятно, и жалованье сохраняется в прежнем объеме плюс командировочные, но если вы и партнера завербовали, тут уже совсем другие тарифы, лорд Тьер, и без контракта я и мой совладелец конторы частного сыска работать отказываемся. Дэй, подтверди.
– Что подтвердить? – шепотом спросила я.
Абсолютно все присутствующие пребывали в ступоре, молча глядя на Юрао, и в этой ситуации мой шепот расслышали. А дроу пояснил:
– Подтверди, что ты отказываешься работать на условиях заключенного с тобой договора.
Хоть мне и было неудобно при всех выглядеть глупой, я спросила:
– Юр, какого договора?
Дроу стремительно развернулся ко мне, вгляделся в мое растерянное лицо и взревел:
– Дэй, ты что, согласилась работать без трудового договора?! – и прозвучало это как обвинение в убийстве.
Пафос и осуждение были соответствующие.
– Ты с ума сошла?! – продолжал бушевать никакой не дроу, а гном самый настоящий. – Как можно было согласиться работать без контракта? Дэя, ты бы еще за бесплатно на него работать взялась!
Я, уличенная в совершенном, основательно покраснела.
– Что?! Без денег? – абсолютно правильно понял Юрао. – Дэй, ты меня убиваешь! Вообще без денег? Дэя!
Вконец растерянная, я не придумала ничего лучше, чем спросить:
– Ну, Юр, ну… да я и не подумала об этом, и… При условии перспективы работы в СБИ оплата как-то последнее, о чем думаешь.
– Да неужели?! – сарказм был налицо. – Я, между прочим, вытребовал себе оклад втрое больше обычного, потому что я себя ценю, а ты? Ты вообще у меня гений сыска, между прочим! Да на тебя вся гномья община молится! Ты такие дела с ходу раскрываешь, что Окено едва ядом не плюется, когда о тебе говорит, с гордостью, кстати, говорит. И после всего этого – что я вижу?
– Что? – раздраженно спросила я.
– Да я б сказал, – заорал дроу, – да я б так сказал, Тьма в Бездне перевернулась бы! Дэй, я чему тебя учил, Дэя?!
– Правильной финансовой политике? – предположила я.
– Ценить себя, Дэя! – прорычал дроу, а потом сокрушенно добавил: – И с кем я говорю вообще? На кого я трачу нервы, силы, время, в конце концов? Я ей, я для нее, я… А она влюбилась в этого, – кивком головы было указано, в кого именно, – и все, прощай здравый смысл, да здравствует позор на всю нашу контору! Дэя, да если гномы об этом узнают, ржать с нас всей общиной будут!
После такого душа моя не выдержала, и я спокойно и сдержанно, но срывающимся голосом заявила:
– Между прочим, лорд-директор выплачивает мне стипендию, а так как на время расследования я освобождена от занятий, то это тоже можно считать служебной командировкой! Так что хватит давить на меня прописными истинами правильной финансовой политики! И знаешь что, Юрао?
– Что? – переспросил он.
– Гном ты, как есть гном, причем потомственный!
И разгневанная, я отправилась к своему столу, села, ни на кого не глядя, открыла уже знакомый талмуд Тесме. Но Юрао, вместо того чтобы устыдиться хоть немного, хмуро поинтересовался:
– А командировочные?
Я застонала.
– Дэй, командировочные на госслужбе – это святое!
На это ответила не я, ответил магистр:
– Офицер Найтес, после посещения банка поднимитесь на второй этаж, кабинет двести семнадцать, к мастеру счетоводу Гуроко, я передам ему все полномочия по внесению изменений в ваш временный контракт.
И вроде ничего сверхстрашного сказано не было, а морф позволил себе заметить:
– У-у-у, жаль парня.
Никак не отреагировав на слова морфа, Риан представил мне последнего члена группы, продолжающего стоять у дверей:
– Дэя, ты помнишь мастера дознавателя Кейсара Олвена?
Я кивнула, дроу, темноволосый в отличие от Юрао, низко поклонился и сообщил:
– Я имел честь наблюдать за работой леди.
– И как? – лениво поинтересовался чистокровный вампир, который, казалось, был наиболее негативно настроен в отношении меня.
– Великолепный проклятийник, – спокойно ответил Кейсар. – Действует четко, быстро, без сомнений, а главное – подметила то, что упустили мои спецы.
Я смутилась окончательно и сделала вид, что погружена в увлекательное чтиво, потому что реагировать на комплименты я фактически и не умела. Но приятно было очень.
– Дэя, – позвал меня магистр. Вскинув голову, посмотрела на него и не сдержала улыбки, глядя в черные, чуть мерцающие глаза. – Твоя задача – ознакомиться с выводами группы, изучить детали, – он указал на ту самую доску, – и в обязательном порядке тебе и Найтесу выяснить владельцев счета в Императорском банке. Ултан, выдашь им список счетов.
– Да, мой лорд, – глухой ответ недовольного демона. А затем вопрос: – Мой лорд, я все же вынужден спросить: вы уверены в данном… решении? Лорд Найтес и ваша леди не владеют ментальной магией, ваша леди вообще не владеет магией и…
– Ултан, – спокойно прервал его магистр. – Эта убойная парочка из моей леди и дроу с сомнительной генеалогией и предоставила первоначальный список счетов. Я понимаю, что вы привыкли действовать сработанной командой и не терпите посторонних, я сам долгое время был против привлечения ценнейшей для меня девушки к данному расследованию, однако было бы глупо отрицать находчивость, везучесть и великолепные результаты тандема «ДэЮре». Приступайте к работе. Дэя, Найтес, с возникающими по мере ознакомления с информацией вопросами к Ултану. Всем темных.
И магистр, улыбнувшись растроганной его словами мне, развернулся и покинул помещение уполномоченной им же группы. Я осталась сидеть под всеобщими изучающими взглядами, и от этого настороженного внимания стало бы как-то не по себе, если бы не Юрао.
– Дэя, как твой деловой партнер и второй настоящий друг в Ардаме, должен со всей ответственностью заявить: ты за кого замуж собралась? Он же жмот, Дэя!
– Юр, хватит! – Терпеть оскорбления в свой адрес я могу, но терпеть их в отношении Риана – нет.
– Она еще возмущается, – обиженно продолжил Юрао. – Нет, на комплименты Тьер щедр, чего уж там, темный лорд, он и есть темный лорд…
– Да, как и ты, – подметила я.
– Я – другое дело, я тебе вообще самое дорогое отдал – пятьдесят процентов нашего дела, а Тьер даже жалованье зажал. И командировочные!
И неизвестно, как долго бы это продолжалось, если бы не ехидное замечание морфа:
– Жалованье следует еще заработать.
– О да, а пока мы наблюдаем прискорбный дележ шкуры неубитого оборотня, прости, Лексан, – мрачно произнес Ултан.
– Извинения излишни, – ответил оборотень. – Я, как и вы, со скорбью наблюдаю за происходящим, надеясь лишь на милость Бездны и благоразумие лорда Тьера. Ранее он неоднократно доказывал собственную правоту, и потому кредит доверия изряден, но… Что ж, время покажет.
И мне стало как-то нехорошо и неуютно в этой абсолютной атмосфере неодобрения. Юрао, заметивший мое состояние, весело похлопал по плечу и тихо, так, чтобы только я услышала, прошептал:
– Ничего, партнер, вспомни Ррадак и тех Дневных стражей вместе с матерым проклятийником – умыла ты их красиво, и этих умоешь, даже не переживай.
Я взглянула на Юрао с его золотыми волосами, такими яркими на фоне сумрачного потолка, улыбнулась и, решив не развивать тему, спросила:
– Что с банком?
Партнер сказал: «Сейчас» – и направился к столу демона. Там, не спросив ни разрешения, ни позволения, схватил пачку листов, просмотрел, вытащил несколько и, вернувшись, разложил передо мной на столе.
– Так, – первый лист, – эти счета я видел в ЗлатоСереброИнвестБанке, да?
Я кивнула.
– Откуда они у Тьера? – вопрос с требовательными нотками.
– Я восстановила, – честно созналась, просматривая уже переписанные столбики цифр.
– Когда ты успела? – возмутился Юрао, придвигая стул и садясь рядом. – И как у тебя нервов хватило после всего случившегося?
– Две бессонные ночи. – Я взяла второй список, в котором столбиков было поменьше, а некоторые номера оказались обведены черным. – А это?
– Это уже спецы Тьера поработали, оставили лишь те счета, по которым деньги переводились из столицы, то есть сузили круг подозреваемых. Кстати, Дэй, – и голос такой вмиг ставший подозрительным, – как много ты мне не рассказывала из того, что сама знаешь?
Мне показалось, что в помещении вдруг стало очень тихо, хотя тихо было и так, но теперь… и вовсе.
