кровати. Сейчас, без роскошного цилиндра и модного костюма, стало видно, насколько он жалок и немощен. Трясущиеся колени, скрюченные руки, на лице написано одно желание — поскорее принять горизонтальное положение.
— Да, дорогая, запри балкон. А то ревматизм разыгрался, как бы не продуло, — пробормотал Ярцев.
С этими словами престарелый супруг Фанни улёгся на кровать, повернулся на бок и свернулся калачиком, будто весь день трудился в поте лица.
5.
Наутро Савин проснулся в жутком похмелье, собственная голова казалась ему огромной и пустой, как тыква. Малейшее движение вызывало приступ дурноты. Корнет попытался восстановить в памяти вчерашние события, но успеха не добился. Закрывая глаза, он вспоминал лишь какую-то мешанину из лиц, свечей, вееров, игральных карт… Оглядев комнату, он не понял, который сейчас час, но тут же облегчённо вздохнул — на столике стояла открытая бутылка шампанского. Не вставая с кровати, он протянул к ней руку. На миг в голове помутилось, и Савин громко рыгнул. Затем рывком залил в глотку тёплое шампанское и скривился.
В дверь постучали, и перед Савиным появился долговязый молодой официант. Он толкал перед собой тележку, уставленную всяческими деликатесами — печёными мидиями в сливочном соусе, жареными кольцами кальмаров, омарами и устрицами. Сбоку стояла корзина со спелыми фруктам, в хрустальной вазочке сверкало полупрозрачное желе, покрытое белым творожным кремом. В центре тележки возвышалось серебряное ведёрко с тремя запотевшими бутылками французского коллекционного шампанского. Савин жадно сглотнул слюну и удивлённо посмотрел на официанта.
— А где ягоды? Где ежевика? — сварливо спросил золотопромышленник.
— Так не сезон же, барин, — испуганно отозвался официант, поправляя скатерть на обеденном столе.
— Умник! Так принеси, что поспело! — сердито приказал Савин, стараясь поскорее избавиться от слуги.
— Сию минуту, только вот счёт оплатите, пожалуйста, — учтиво ответил официант и, торопливо порывшись в кармане, протянул барину листок желтоватой бумаги.
Савину не хотелось думать о счетах. Он не помнил, куда подевались его деньги, поэтому стал вести себя, как Ярцев, словно всё здесь принадлежит ему. Он знал, что официанты, привыкшие к придиркам богатых клиентов, не смеют перечить и покорно идут на уступки. Понимая это, Савин действовал ва-банк — так наверняка сработает.
— Там за номер и за ресторан — растерянно произнёс официант, оправдываясь перед барином.
Савин гневно посмотрел на него, словно тот сказал что-то непозволительное.
— Ты что, мальчишка, себе позволяешь? Я что, по-твоему, сбегу отсюда?
Савин взялся рукой за пустую бутылку, собираясь метнуть её в слугу. Официант попятился назад, не желая становиться мишенью.
— Никак нет-с, барин. Но такие правила установил сам господин Ярцев, — виновато пробормотал официант, указывая на соседнюю стену.
Савин демонстративно вздохнул и нехотя сбросил одеяло, оставшись перед официантом совершенно голым. Тот смущённо отвернулся и устремил взгляд в окно.
— Я хочу продлить номер на неделю, — заявил Савин.
Подойдя к столику, он налил себе прохладного шампанского, которое пришлось как нельзя кстати. Затем озабоченно порылся в карманах одежды, валявшейся на полу, но обнаружил лишь купюру номиналом в двадцать пять рублей да пару фишек из казино.
Шампанское понемногу восстановило ясность его ума, и Савин вспомнил события минувшего дня. Он проверил сюртук, в котором был вчера, но денег, как назло, не оказалось. Разозлённый бесплодными поисками, Савин понял, что ночью просадил в казино всё, что недавно выиграл.
«Чёрт, надо же было так нарезаться! Ну, что-нибудь скумекаю, главное, чтобы ничего пока не заподозрили!» — сказал себе Савин.
Корнет беспечно протянул официанту единственную оставшуюся купюру:
— На, это тебе. А администратору передай, что оплачу все счета вечером, когда приедет мой багаж.
Официант, уставший от длительного напряжения, быстро положил деньги к себе в карман.
— Про ягоды не забудь! — крикнул Савин, чтобы выглядеть убедительнее в глазах слуги.
«Загулял барин, чудит…» — промелькнуло в голове у паренька. Прислуга в дорогих гостиницах привыкла каждый день общаться с такими господами.
Официант скрылся за дверью. Савин устало сел на кровать рядом со столиком, на котором его ожидали вкуснейшие лакомства. Первым делом он схватил омара и с треском разломал его пополам.
«Жизнь — непростая штука и может повернуться любой стороной, — думал корнет, тщательно пережёвывая сочное мясо, — деньги приходят так же быстро, как и уходят».
Теперь всё, что ему было нужно — Фанни. Второй раз он не упустит из рук это сокровище, сделает всё, чтобы отобрать её у ничтожного старикана Ярцева!
Днём просторное помещение казино почти всегда пустовало. Савин ввалился в него с бутылкой шампанского в руке, глазами выискивая Фанни и её престарелого мужа. Не найдя их, он с надменным видом подсел к дилеру, который вчера, по всей видимости, ловко прибрал его деньги. Савин прямо из горлышка отхлебнул холодного шампанского и погрузился в задумчивость. Он изображал полную отстранённость, краем глаза наблюдая за дилером. Достаточно ли умён этот малый? Удастся ли провести его, чтобы вернуть себе деньги?
— Как самочувствие? — вежливо поинтересовался дилер, чтобы завязать непринужденный разговор.
— Ужасно, — медленно протянул Савин и отпил ещё шампанского. — В котором часу я вчера ушёл?
Дилер улыбнулся.
— Не вчера, а сегодня, когда начали подавать завтрак, — учтиво проговорил он и перевёл взгляд на фишки на столе. — Играть будете?
— Буду, — равнодушно ответил Савин, словно делая одолжение, и кинул на стол оставшуюся пару фишек.
— О, вот они! — с широкой улыбкой воскликнул дилер, перекладывая фишки к себе поближе.
— Что это значит? — непонимающе спросил Савин.
— Вы что, ничего не помните? — засмеялся дилер. — Это мои фишки. Вы отобрали их у меня и ещё заставили дать вам двадцать пять рублей. Кстати, где они?
Дилер выразительно посмотрел на карман барина. Савин выдержал паузу, сохраняя задумчивый вид. Он держался так, будто ничего не слышал и не видел. Смотрел на стены, украшенные лепниной, и лениво потягивал шампанское.
Подождав, дилер убрал фишки и повернулся к нему спиной.
— Значит, облапошил меня? — с ледяным спокойствием спросил Савин.
Улыбка слетела с лица парня, он испуганно вытянулся в струнку.
— Ещё и радуешься, щенок? — угрожающе процедил сквозь зубы Савин и сжал кулаки.
Дилер явно растерялся и выглядел глуповато. Савин помнил, как вели себя сибирские золотопромышленники в петербуржских казино — проиграв всё до копейки, они устраивали наутро дикие сцены. Скандалили, крушили в казино мебель, разбивали зеркала и люстры.
— Пока мы там Сибирь осваиваем, ради государства российского спины не разгибаем, вы тут простой народ обманываете!
Корнет орал так свирепо, что испуганный дилер не знал, куда деваться. Впрочем, он вскоре опомнился и забормотал, изображая полную непричастность:
— Позвольте, сударь, но ведь вы сами хотели играть. Я вас не…
— Чего ты мямлишь? — грозно завопил Савин, вскакивая с
