Эмери отыскал глазами Уолтофа среди гостей. Тот внимательно слушал с улыбкой на красивом продолговатом лице. Его окружал ореол утонченности, но никто из когда-либо встречавших его в сражении не назвал бы его слабым. Он был одет и украшен драгоценностями на английский манер, почти как Эмери, предпочитая лишь более темные тона. Удивительные янтарные глаза Уолтофа отвернулись от певца. Проследив за направлением его взгляда, Эмери увидел Джудит, с восхищенным вниманием слушавшую песню. Итак, Уолтоф догадывался. Возможно, все уже решено.
«Милая леди Джудит, – подумал Эмери. – У вас интересная судьба».
Продолжая петь, он оглядывал зал. Вдруг его взгляд застыл. В зал входил вновь прибывший Роберт д'Уалле со стражником. Возможно, с тем самым, кто выжил при известном побеге из рабства. Эмери отвел глаза, надеясь, что не пропустил куплет или же не пропел один и тот же дважды. Чем меньше привлекаешь к себе внимания, тем лучше. Но вовсе остаться незамеченным было трудно, раз он сидел посреди зала, одетый в красное с золотом. Оставалось надеяться, что контраст между его великолепием и грязными лохмотьями бродяги не позволит его опознать.
Как только Тристан и Изольда встретили свой печальный конец, д'Уалле вырвался вперед.
– Великий король! – пророкотал он. – Я пришел сообщить о нападении и нанесении увечья!
– Решил развлечься? – спросил Вильгельм. – Добро пожаловать, лорд Роберт. Ты уже поел?
Д'Уалле пробрался ближе и встал рядом с Эмери, который настраивал лиру. Это был массивный, крепко сбитый мужчина средних лет, сильный и решительный, но не слишком наделенный умом.
– Нет, сир, мне пока не до еды, – сказал д'Уалле. – Среди нас находится опасный негодяй.
Король оглядел зал.
– Даже несколько дюжин таких, лорд Роберт, – сухо произнес он. – Впрочем, давай, поделись с нами своей историей.
Движением руки д'Уалле подозвал своего стража.
– Этот человек сможет рассказать обо всем лучше, потому что сам был там. Он единственный уцелел в бойне.
Бедняга страж явно был охвачен благоговейным ужасом и не спускал глаз с короля. На того, кто находился рядом, он не обращал внимания.
– Сир, – взволновано сказал он, – на меня и еще четырех парней напал великан и убил всех, кроме меня.
Король взглянул на него.
– Все это занимательно, но смахивает на небылицы. Не можешь ли выразиться яснее? Что за великан? Сколько у него голов?
Стражник вытаращил глаза.
– Одна, сир. Это просто человек, сир. Только очень высокий.
– Хм. И убил четверых воинов. Голыми руками? – спросил король с насмешкой. – Кажется, опять этот проклятый Золотой Олень.
– Да, сир, – ответил стражник. Король посмотрел на него более серьезно.
– Это действительно была тварь, называющая себя Золотым Оленем?
Стражник неистово затряс головой.
– Н-нет, сир. Но она… он убивал голыми руками. По крайней мере с-сначала. – Бедняга запнулся, явно желая, чтобы пол под ним разверзся и поглотил его. – Видите ли, сир, он строил мост. Потом он убил Пьера голыми руками и взял его меч. Затем отрезал голову Лудену. Потом проткнул Шарло насквозь. Грегуара убил другой.
– Другой великан? – Король изобразил удивление, но Эмери видел, как внимательно он отсортировывает сказанное.
– Нет, сир. Другой раб. Он перерезал Грегуару глотку.
Эмери заметил, как скривилось лицо д'Уалле при слове «раб», и улыбнулся. Должно быть, стражнику приказали не упоминать об обстоятельствах. Ну что ж, д'Уалле был известен своим тупоумием.
– Раб, – задумчиво повторил король. – Как это ты раздобыл рабов, лорд Роберт? Обычай превращать людей в рабов за проступки уже многие десятилетия не в почете.
Обильный пот выступил на лбу д'Уалле.
– Э-э… не совсем рабов, сир. Работников. Нам нужны были люди для строительства замка и моста.
– Это были местные жители, отбывавшие трудовую повинность?
– Э-э… нет, сир. У нас была срочная работа, и поэтому мы… Им бы заплатили, когда работа была выполнена, сир.
– Заплатили бы? – спросил король. – А этот великан скорее всего был недоволен задержкой платежа и убил четырех стражников? – Король подался вперед, веселость покинула его. – Ты получил по заслугам. Если не будешь честно и справедливо обходиться с моими подданными, узнаешь силу моего гнева.
Роберт д'Уалле побледнел, и тревожный шум прокатился по залу, когда остальные решали изменить свои методы найма рабочей силы.
Спустя мгновение король вновь откинулся на спинку кресла.
– Все же мне хотелось бы знать, как этот великан умудрился свершить такое. Может, твоим воинам не хватает сноровки?
– Он сражался, как дьявол! – запротестовал д'Уалле и ткнул своего стража. – Расскажи королю!
– Да, сир, – пролепетал напуганный страж. – Он владел мечом, как искусный воин. Он бросил меч мне вслед, когда я бежал, и чуть не проткнул меня.
Король сдвинул брови и задумался. Когда он наконец заговорил, это услышали все:
– Лорд Роберт, я соболезную тебе по поводу потери твоих людей, но ты нарушил мой закон. Пусть все поостерегутся и твердо запомнят, что мой народ не будет превращен в рабов. Лорд имеет право только на обусловленную трудовую повинность; все, что сверх нее, должно делаться по согласию и за плату. Будем считать это дело закрытым.
Разочарованный Роберт д'Уалле поклонился в знак покорности. Когда он повернулся, чтобы поискать себе место, король снова заговорил:
– Если ты вновь столкнешься с этим великаном-воином, лорд Роберт, я очень хотел бы познакомиться с ним. Разве твои люди не знают, кто он такой?
– Нет, сир. Это был просто мелкий торговец, проходивший мимо. Некоторые даже говорили, что он умственно неполноценный и его хозяин использовал парня как вьючное животное.
– Хм. Я сильно сомневаюсь, что у него не хватало ума, или же твои воины и в самом деле обделены мозгами.
Затем король улыбнулся с тем очарованием, которое ему было присуще по временам и настораживало тех, кто его хорошо знал.
– Ну а теперь садись за стол и поешь в волю. А твой человек пусть усядется здесь, возле меня, и поподробнее расскажет об этой удивительной истории.
Д'Уалле препроводили к столу и пище. А его воин получил возможность беспрепятственно обозревать Эмери де Гайяра, торчавшего посреди зала. Эмери улыбнулся и запел веселую мелодию. Стражник едва взглянул на музыканта и вскоре был отпущен королем. Судя по всему, он был несказанно рад уйти невредимым. Эмери мог его понять.
Король затем позвал другого продолжить представление и указал Эмери на скамеечку у своих ног. Он ласково улыбался.
– Ты не растерял своего мастерства, Эмери.
– Надеюсь, сир, если это доставляет вам удовольствие.
