– Я не заметила ничего подобного, – повела плечом мама, не сводя глаз с бутылки. – Похоже, она старая.
Карстерс немного обтёр грязь:
– Она запечатана, значит, он из неё не пил. А в комнате вы не находили пустых бутылок?
Мама покачала головой и опять посмотрела на бутылку:
– Этикетка совсем выцвела.
– Может, он её на солнце оставил?
Мы спустились вниз, и Карстерс показал бутылку Ханцингеру.
– Прелестно, прелестно, – хмыкнул тот. – Прихватить бутылку и отправиться в горы? Лёгкая добыча, хе-хе.
– Несомненно, – кивнул Карстерс. – Но мы пока не уверены, что он злоупотреблял алкого…
Шериф не дал ему договорить:
– Я хочу сказать – это лёгкая добыча для того, кто подкрадётся сзади, скажем, с топором в руках. Обух топора – это как раз то, что вполне можно определить как тупой предмет! – Ханцингер слегка улыбнулся. Обычно смотреть на человеческую улыбку приятно. Но некоторые скорее скалят зубы. Улыбка шерифа – как раз такого типа. – Кстати, о топорах, – продолжал он. – Мэтти, любезный: мой помощник Карстерс, кажется, говорил, что у вас как раз был там топор…
Мэтти пожал плечами:
– Одна из моих обязанностей – расчистка троп после бурь.
– В самом деле? – удивился шериф. – И, пока вы этим занимались, должно быть, наткнулись на этого типа, Лемэра, который копался там в поисках исторических ценностей? Препятствуя тем самым научным исследованиям и вредя окружающей среде? В той маленькой пещерке мы нашли его рюкзак. Ни за что не поверите: там была складная лопата!
Сидевший на табуретке у камина Мэтти слегка шевельнулся и спустил ноги вниз.
– Я впервые увидел господина Лемэра в тот момент, когда Хармони показала мне его тело, – сказал он спокойно и твёрдо.
– Конечно-конечно, – кивнул шериф. – Я и не говорю, что вы спланировали это заранее. Но вы сами сказали, что не любите этих самозванцев, наживающихся на раскопках. Это ошибка. Непоправимая ошибка с их стороны. Я понимаю. Добавьте ещё, что этот городской пижон был алкашом и, должно быть, нёс какую-то ахинею и вёл себя безрассудно – например, размахивал лопатой у вас перед носом. Может, суд даже сочтёт это самообороной с вашей стороны!
– Суд? – воскликнула мама. – Да что вы вообще несёте, шериф?
На лице Ханцингера вновь появилась эта омерзительная ухмылка. В следующее мгновение я уже стоял наготове. Зачем? Понятия не имею. Я же сегодня ужасно устал.
– Мэтти, – сказал шериф. – Может, ты сам всё объяснишь миссис Редди?
Мэтти встал и сказал:
– Вы не в своём уме. Скажу больше: вы ленивы. Это единственное объяснение, которое приходит мне в голову.
Кровь бросилась шерифу в лицо. Он схватился за пистолет. Карстерс аккуратно дотронулся до плеча Ханцингера:
– Шериф, можно вас на пару слов?
Тот отмахнулся:
– Потом, Эл. Сначала мы его арестуем. – Он снял с пояса наручники и двинулся к Мэтти. – Не надо усложнять, приятель. Это не в твоих интересах.
– Никуда я не пойду. Это какой-то бред. У вас нет никаких улик.
– А это уж не тебе решать, – ответил шериф. – И, я знаю, тебе это не понравится, но ведь у тебя и прежде были проблемы с законом!
Хармони и Бро удивлённо переглянулись.
– Меня оштрафовали за то, что я охотился вне сезона, причём лет эдак десять назад, – пояснил Мэтти. – И я давно в этом раскаялся.
– Может быть, может быть, – хмыкнул шериф. – Но из биографии-то не выкинешь.
Теперь они стояли лицом к лицу.
– Повернитесь, руки за спину, – скомандовал шериф.
– И не подумаю, – ответил Мэтти.
– Дело твоё, – свободной рукой шериф схватил Мэтти за руку и попытался развернуть его.
Но Мэтти не из тех, кого можно просто так взять и развернуть. Он оттолкнул шерифа – не сильно, но достаточно, чтобы тот плюхнулся на пол.
– Эл! – взревел шериф яростно.
Мэтти сорвался с места и бросился к выходу, но Карстерс с удивительной прытью преградил ему путь. Тогда Мэтти развернулся и побежал к дверям, ведшим во внутренний дворик.
– Стой! – вопил шериф сзади, но Мэтти даже не притормозил.
Распахнув двери, он выскочил на улицу. Но что это? Шериф вскочил на ноги, выхватил пистолет и прицелился в Мэтти, прекрасно смотревшегося в рамке широкой двустворчатой двери! Мои зубы ощутили непреодолимый позыв: несомненно, это был зов, сила которого превосходила любую другую силу на свете, совершенно неконтролируемый позыв. Иначе говоря, от судьбы не уйдёшь, а рок неумолим.
12
Принцесса
Ничего себе поворот! Во всех отношениях поразительно. Занятный способ использования раздвижных дверей из Большой Комнаты – кажется, такие конструкции называют французскими дверьми, и теперь они были распахнуты настежь. Надо будет это запомнить.
Мэтти тем временем скрылся из виду, а вот помощник шерифа ещё маячил вдали. Кажется, он преследует Мэтти – если можно назвать этим словом то, как он медленно ползёт через заснеженную поляну. В Большой Комнате все суетились вокруг шерифа Ханцингера, который, задрав штанину, стонал от боли. Я смогла разглядеть на костлявой ноге лишь
