меня не услышали.
– Молчи, Данка! – вдруг испуганно выдохнул Милад, набросившись на меня, словно коршун.
Я ощутила его крепкие руки, что без жалости скручивали мои запястья за спиной. А потом Милад без стеснения толкнул меня на четвереньки, утыкая лицом в смятую траву. Я задергалась, пытаясь вырваться, и промычать оскорбление. Но ладонь Милада легла на мои губы. А сам он потащил меня куда-то в кусты.
– Не нужно, чтобы они тебя видели. Злые они, как зверье, хоть и люди. Личная охрана короля. Все им с рук сходит. Прочесывает охрана лес, чтобы не воровал и не разбойничал тут никто. Вот Драго и ухватили случайно. А девицам в их руки попадаться нельзя. Еще навредят тебе, если увидят.
– А ты так за меня переживаешь, Милад? – прошипела я с негодованием, как только Милад отнял руку с моих губ. – Уже ж не невинная я давно! А коли и побьют, так сам ты мне сколько раз синяки ставил, одним больше, другим меньше! Пусти, там мой сын!
– Я сам с ними поговорю, Дана. Не высовывайся, – строго приказал мне Милад, сверкнув глазами.
Ослушаться я не посмела. Лишь наблюдала за тем, как он выпрямился и пошел прочь от кустов, где я пряталась сейчас. Вперед, к личной охране короля.
– Держи вора! – сквозь просвет между ветками кустов я увидела худенькую хрупкую фигурку сына, который каким-то чудом вырвался из рук стражи и теперь бежал вперед.
Но увидев на поляне лишь Милада, Драго споткнулся, наверное, от страха перед отцом, и упал. Меня он не разглядел между ветками кустов. Я хотела тоже броситься к сыну, наплевав на предупреждения Милада. Но не успела. Один из стражников заприметил меня. И зашел сзади, скрутив меня. Наверняка, решил поиздеваться, посмотреть, как я буду вырываться. И как у меня это не получится.
– Вот негодник! Спустить собак на него! – раздались голоса стражников за спиной уже у Драго.
Я едва успела закрыть себе ладонью рот, чтобы не вскрикнуть, не разозлить их еще больше. Судя по всему, личная охрана не зря сегодня так лютовала. Я услышала, как Милад вполголоса выругался, вспоминая про охоту, которую его величество Теодор затеял сегодня под вечер. Как раз в этом районе леса! И нужно было нам с Драго попасться под горячую руку личной охране короля? Конечно, за безопасностью Теодора следили тщательно. Память услужливо подбросила мне слухи про покушения на короля, про яды, подлитые ему в еду и напитки, про кинжалы, припрятанные под юбками девиц, которые соблазняли его на балах, на охотах и в прочих местах, где только могли подстеречь.
– Нет! – Милад бросился вперед, отталкивая оцепеневшего от страха Драго в сторону, прикрывая мальчика своим мощным телом.
Было, от чего! На Драго во весь отпор неслись черные собаки, явно охотничьи, ручные. Но лязганье их челюстей наводило ужас. Да зубы этих собак такие, что они с легкостью перекусят тонкое запястье ребенка и не заметят! Я задрожала мелкой дрожью.
Драго всхлипнул, прячась за Миладом. Я невольно удивилась, как мог человек, хладнокровно день за днем обижавший сына, так трогательно его защищать сейчас? Но меньше злиться на Милада и ненавидеть его за издевательства я не стала!
Собаки рычали и щелкали зубами уже возле горла Милада, который припал к траве, прикрывая своим телом дрожащего Драго. А личная охрана тем временем, посмеиваясь, подошла ближе и окружила их.
– Щенка своего защищаешь? Лучше бы подле себя держал! – прикрикнул один из стражников на Милада и отшвырнул его, с силой ударив в грудь.
Второй свистом отозвал собак. Но легче от этого не стало. Третий стражник обнажил клинок и подошел к скорчившейся от страха фигурке Драго на полянке и процедил:
– Ты нашу дичь портить вздумал? Ловушки разворовывать повадился, короля своего разорять? Да ты знаешь, что такое смертью карается?
Глава 2
– Я случайно! – захлебываясь от рыданий, простонал Драго. – Я бежал, споткнулся, упал, а там ловушка-а… и сетка порвалась, и зверек сбежал! Я не нарочно!
– Пощадите, это же ребенок! – сдавленно вскрикнул Милад, который рвался в крепких руках еще нескольких стражников в отдалении.
Они схватили его и не давали приблизиться к мальчику. Только насмешливо переглядывались и тянули время. Я бессильно рыдала, не в силах даже стонать. Держали меня тоже крепко, а за высокими кустами не было видно ни меня, ни моего неприятеля. Бедный Драго! Он думал, что его мама бросила его, и не спасла, не защитила! А я понимала, что если подниму шум, то только взбешу этих гадов еще больше. Решат, что я пряталась, следила?
– Прирежь этого щенка, и дело с концом. Что ты так долго возишься с ним, Невзор? Да пойдем отсюда, нас король заждался! – поморщившись, высказал один из стражников другому.
– Или руку ему отруби, как вору, зачем убивать и вправду, ребенок же!
От ужаса у меня потемнело в глазах. Я едва не лишилась чувств прямо там, в кустах, стиснутая чужими руками. Но в чувство меня привело другое. Громовой голос мужчины, раздавшийся где-то с неба:
– Прочь!
От Драго отшатнулись все. Я оцепенела, услышав знакомый голос. Да это же сам король пожаловал! Стража мигом сгрудилась вокруг него, наперебой ему что-то доказывая, тыкая в Драго. Милад смог наконец вырваться от своих мучителей. Только меня по-прежнему держал крепко незнакомый стражник. Может, потому что я билась в его руках, как сумасшедшая, и он решил, что я хочу навредить Теодору?
– Руки убрали. Быстро. Ненавижу, когда мучают детей. За мной! – недовольно бросил король, отмахнувшись от наклепов личной охраны.
Не глядя ни на кого, он пришпорил коня. Я поняла, что свободна, только через несколько ударов сердца. Поляна опустела. И я в то же мгновение ринулась к Драго.
Мои руки обвили худенькое тельце сына, который оцепенел от ужаса. Милад подскочил к нам и тоже обнял за плечи Драго и меня. Но если я стерпела и не дернулась, то сын всхлипнул и подался ко мне. Я нахмурилась и вперила злобный взгляд в Милада, совершенно не готовая простить его за то, что видела у нас дома. Перед глазами так и встал тот замах из рук Милада и деревянная лавка вместе с сыном. Ух, я ему устрою!
– Руки убрал? Быстро! – рявкнула я, неосознанно копируя интонации Теодора.
Сказалось мое прошлое на
