– Они с Питером двойняшки, – пояснил Люсьен, – но мы трое – родные братья.
Он, не отрываясь, смотрел, как молодая девушка натягивает на себя нижнюю рубашку.
– Люсьен, смотри не сломай глаза, – насмешливо произнес Рэйвен. – Ты же женатый человек, у тебя дети. – Он повернулся к Лидии: – Подари мне поцелуй, который скрасит нашу недолгую разлуку.
Девушка послушно выполнила его просьбу.
– Достаточно! – нетерпеливо воскликнул Люсьен, когда понял, что этот поцелуй, похоже, никогда не кончится. Когда парочка, наконец, разомкнула объятия и Рэйвен на прощание хлопнул Лидию по заду, Люсьен добавил: – Надеюсь, этот поцелуй будет скрашивать твою жизнь до самого конца, поскольку тебе больше не придется искать утешения в ее объятиях.
– О чем это ты? – непонимающе улыбнулся Рэйвен.
– О том, зачем я сюда приехал.
– Важное дело?
– Да, Рэйвен, поручение короля.
Но, увидев, что брат не обратил внимания на его последние слова, а беспечно продолжает заниматься своим туалетом, Люсьен, не сдержавшись, закричал:
– Черт тебя побери, Рэйвен! Ты можешь выслушать меня внимательно?
– Я весь внимание, – спокойно ответил тот, усаживаясь в кресло.
– Нам некогда рассиживаться, – предупредил его Люсьен. – Скоро сюда прибудет Питер. Я привез гостей, которых прислал сам король, и нам следует спуститься к ним немедленно.
С этими словами Люсьен повернулся к двери. Рэйвен поспешил за ним, пытаясь на ходу натянуть второй сапог.
– Генрих прислал кого-то из рыцарей?
– Это не рыцари, – ответил Люсьен. Братья уже спускались по лестнице. – Сейчас ты все поймешь.
Они едва успели спуститься вниз, как в парадную дверь вошел Питер. Он на ходу сбросил подбитый мехом плащ прямо на руки подоспевшему слуге и поспешил навстречу братьям.
– Люсьен! – Он широко улыбнулся, приветствуя старшего брата, но тут лицо его помрачнело. – Что-то случилось? С Адрианной? Неприятности в Айншеме?
– Нет, все хорошо.
– Тогда почему ты приехал?
– Король Генрих поручил моим заботам двух леди.
– Ты привез их к нам? Но зачем?
– Мне бы тоже хотелось об этом узнать, – вставил Рэйвен.
– Согласно королевскому указу вы должны жениться на нас.
Трое мужчин резко повернулись на женский голос. Никто из них не слышал, как она подошла, из-за шума, царившего в зале: слуги готовили столы к ужину. Увидев леди Роксанну, владельцы Стоунли и Стоунвезера остолбенели. Даже Люсьен был не на шутку удивлен. Во дворце он увидел ее уже одетой для путешествия. Как и ее кузина, леди Роксанна была с ног до головы закутана в плащ с огромным капюшоном. Теперь же перед ними предстала довольно высокая девушка с потрясающе стройной фигурой, напоминавшей изысканных очертаний спелый плод. А ее волосы! Они были цвета воронова крыла, как у Питера и Рэйвена. Люсьен обратил внимание, что она предпочитала не заплетать их и густые черные локоны покрывали ее плечи. Красиво очерченные темные брови и длинные загнутые ресницы обрамляли глаза, которые сначала показались Люсьену синими, но, приглядевшись, он понял, что они скорее темно-фиолетового цвета, как и ее платье свободного покроя.
Потрясение от ее появления было настолько велико, что некоторое время мужчины могли только молча рассматривать королевскую гостью, даже не потрудившись соблюсти приличия и представиться.
– Мы должны на вас жениться? – удивленно переспросил Рэйвен.
– Только один из вас женится на мне, – пояснила Роксанна таким тоном, словно разговаривала с глупым ребенком. – Тот, кого зовут Питер.
Питер изумленно поднял брови и еще раз оглядел леди с головы до ног.
– Меня зовут Питер, – сказал он, искоса бросив взгляд на своего брата-близнеца. – И сегодня я рад этому, как никогда.
– Хочу представить вам леди Роксанну из Биттеншира, – запоздало вступил в разговор Люсьен.
– Если Генрих решил отдать леди Роксанну Питеру, то кого же он приготовил для меня?
– Милорд, – сказала Памела, выступая вперед из дальнего угла зала. – Меня зовут леди Памела из Англфорда.
Она подобрала юбки и опустилась в неглубоком реверансе.
Рэйвен взглянул на вторую девушку. Его брат-близнец, не скрываясь, также пристально рассматривал ее. Она напоминала прекрасную бабочку, только что вылупившуюся из своего кокона.
Леди Памела выглядела немного моложе своих семнадцати лет. Ее плечи были узки, талия казалась невероятно тонкой, а вырез платья свободно прилегал к еще не налившейся груди. Но все вместе это составляло изящную, как статуэтка, фигурку. Ее глаза были цвета светлого янтаря, или, как подумал Люсьен, цвета самого лучшего пива, которое варили в замке Фортенголл. Цвет глаз идеально сочетался с цветом волос, заплетенных в две толстые косы.
– Так это вы будете моей женой? – уточнил Рэйвен.
– Да, – кротко кивнула Памела, опуская глаза. – Король Генрих объяснил мне, что мое поместье нуждается в… – ресницы взметнулись, и она взглянула на Рэйвена, – в отчаянном и смелом хозяине, способном поддержать мир на границах. Он сказал, что для этого как нельзя лучше подходит лорд… лорд…
Она повернулась к Роксанне, и та с готовностью подсказала ей имя:
– Персиваль.
– Персиваль?! – взорвался Рэйвен.
– Да. Ведь это ваше имя?
– Естественно, но я предпочитаю, чтобы меня звали Рэйвеном.
– Мудрое желание, – насмешливо вставила Роксанна. – Ведь имя Персиваль навевает мысли о церкви и молодых монахах в веревочных сандалиях. Обычно так называют младшего сына, который должен стать священником. Ваши родители желали вам такой судьбы?
Рэйвен с ненавистью посмотрел в смеющиеся темно-фиолетовые глаза.
– Черт побери, я никогда не собирался стать одним из этих бесполых, тупоголовых…
– Рэйвен! – Негодующий окрик старшего брата заставил его замолчать.
Лорд Стоунли снова взглянул на свою будущую невестку и сказал:
– Вы можете называть меня просто лорд Рэйвен.
– Неужели? – Вспышка Рэйвена, похоже, не произвела на Роксанну никакого впечатления. – Поскольку мы скоро станем близкими родственниками, я предпочла бы называть вас просто братом.
Звук, вырвавшийся из груди Рэйвена, одновременно выражал гнев и отчаяние. Оторвав полный ненависти взгляд от Роксанны, он повернулся к Люсьену:
– Ради всего святого, объясни нам, что здесь происходит?
– Вы не понимаете язык, на котором говорит ваш король? – спросила Роксанна, всем своим видом выражая недоумение и даже скуку. – Повелитель Англии приказывает вам жениться на моей кузине Памеле, а вашему брату, – она бросила быстрый взгляд на Питера, – на мне. Конечно же, у нас обеих есть приданое. Памела единственный ребенок в семье, муж будет управлять принадлежащими ей землями.
