– Тебе не удастся это сделать, – спокойно возразил Питер. – Ты упрямишься из-за того участка земли, который граничит с твоими владениями.
– О чем ты? – спросил Люсьен.
– Так, глупое соглашение. Я пообещал отдать Рэйвену небольшой участок, прилегающий к его границе, если он останется холостым еще год. Вот почему дорогой братец так яростно сопротивляется этому браку.
– И, насколько я понимаю, Лидия играет в этом тоже непоследнюю роль, – добавил Люсьен.
Рэйвен усмехнулся:
– Откуда нам знать?
– Знать что?
– Откуда я и Питер можем знать, что все происходит по приказу короля Генриха? Мы слышали о предстоящем браке только от тебя и этих двух вертихвосток. А может быть, это не более чем дурацкая шутка?
Люсьен сжал кулаки.
– Ах ты неблагодарный, упрямый…– Он вскочил с кресла.
Лорд Йен и Питер напряженно смотрели на стоявших друг против друга братьев.
– Глупо быть таким подозрительным, – попытался успокоить своего брата-близнеца Питер. – Люсьен не станет нам лгать.
– Почему бы и нет? – упорствовал Рэйвен. Он снова сел и скрестил на груди руки.
– Люсьен никогда бы не стал так шутить. Святые угодники! Разве он оставил бы Адрианну, когда та ждет появления близнецов, чтобы просто пошутить над нами? Одумайся, Рэйвен! Ты действительно слишком упрям и недальновиден. То, как ты обращаешься с Памелой и ее кузиной, красноречиво свидетельствует об этом.
– Я не сделал ничего плохого леди из Англфорда. А если и перекинулся несколькими нелицеприятными словами с Роксанной, то только потому, что она настоящая ведьма и первостатейная сука! И если ты как дурак согласен исполнять любую прихоть Генриха, то Бог тебе судья. Но я не желаю становиться его безропотным рабом!
Казалось, между молодыми людьми вот-вот вспыхнет драка.
– Так, значит, я дурак, раз исполняю приказы своего короля?
– Да.
Братья вскочили с кресел, но ни один из них даже не поднял руки.
Голос Питера дрожал от возмущения.
– Я не верю, что ты такой мятежный, каким хочешь казаться, Рэйвен. Лорд Йен прав, нельзя нарушать приказ Генриха, тем более что это он пожаловал нам земли. Но ты, – Питер укоризненно покачал головой, – ты собираешься отказать своему суверену и ради чего? Ради всех тех прелестниц, что вереницей проходят через твою спальню? Господи! – Он возвел руки к небу. – Леди Памела нежное и невинное создание. Любой скажет, что из нее выйдет достойная жена. Но ты не достоин ее, Рэйвен. Тебе каждую ночь нужна новая шлюха, чтобы удовлетворять твою похоть. И вместо того чтобы думать головой, ты думаешь только своим мужским естеством. Если тебе это не известно, брат, естество не способно думать!
Грудь Рэйвена быстро вздымалась и опускалась.
– Питер, предупреждаю – не смей так со мной разговаривать!
– Почему? Я должен тебя бояться?
Рэйвен толкнул Питера в грудь. Тот покачнулся, но удержался на ногах.
– Довольно! – рявкнул лорд Йен и перехватил руку Питера, уже занесенную для удара. – Пресвятая Дева Мария, что с вами происходит? Вы обезумели?
Несколько секунд все молчали.
– Он первый начал, – одновременно произнесли близнецы.
Они часто так говорили в детстве, не оставили братья этой привычки и в зрелом возрасте. Близнецы переглянулись, потом посмотрели на своего отчима и громко рассмеялись.
– О святой Иисус! – покачал головой лорд Йен. – Мои собственные близнецы повторяют ту же самую фразу по десять раз на дню. Я надеялся, что с возрастом они перестанут все сваливать друг на друга. Но нет, их старшие братья только что доказали, как я ошибался!
– Слава Богу, они перестали сваливать вину на меня, – усмехнулся Люсьен. – Вот, – продолжил он, протягивая два свитка, скрепленные восковыми печатями. – Это королевские указы.
Близнецы посмотрели на свитки, но ни один из них не решился сломать печать: они боялись еще больше оскорбить своего старшего брата недоверием к нему и его словам.
– Прости, Люсьен, – наконец сказал Рэйвен. – Я знаю, ты не способен на подобные выдумки. Мне не нужны доказательства. – Он взмахнул свитком. – Моему поведению нет иного оправдания, кроме того, что все произошло слишком уж неожиданно. Признаюсь, мне кажется, что меня оглушили в бою, и я до сих пор не могу прийти в сознание. – Он посмотрел на Люсьена и Питера: – Вы готовы принять мои извинения?
– Конечно. – Питер обнял его.
– Я должен вернуться в Айншем, – сказал Люсьен. – Адрианна может родить со дня на день. – Он внимательно посмотрел на братьев: – Могу я доверять вам? Вы выполните волю короля Генриха и женитесь на этих девушках? Поймите, сопротивляться бессмысленно. Король заставит вас выполнить его волю, что бы вы ни делали. В противном случае вам остается только одно – бежать из Англии.
– Святые угодники, – пробормотал Рэйвен. – Если мы женимся на них, то нам все равно придется отправиться в чужие земли.
Люсьен подошел к Рэйвену:
– Не подведи его величество, брат. И, что еще важнее, не подведи меня.
– Люсьен, все это было пустой бравадой. – Рэйвен улыбнулся своей открытой улыбкой, от которой таяли сердца многих молодых дам. – Клянусь, я больше не скажу ни слова. Я женюсь на леди Памеле и поеду в Уэльс, а там мой меч позаботится о наведении порядка. Но потом я хочу вернуться с женой сюда, потому что Стоунли – это мой дом.
– Что будет потом, меня не касается. Главное – женись на ней. – Люсьен перевел взгляд на Питера. – У тебя есть возражения?
– Никаких.
– Хорошо. – Люсьен повернулся к лорду Йену: – Я надеюсь, что вы и моя мать сумеете заставить этих забияк выполнить их обещания. К сожалению, мы с Адрианной вряд ли сможем присутствовать на церемонии.
Глава 4
Замок Фортенголл находился к северо-западу от Стоунли и Стоунвезера, и при хорошей погоде до него можно было добраться довольно быстро.
В тот день погода стояла отменная. Все попрощались с Люсьеном, который торопился домой в Айншем, а потом неспешной рысью двинулись в сторону Фортенголла. Большинство всадников мирно беседовали, покачиваясь в седлах.
Процессию возглавлял лорд Йен, который взял на себя труд рассказывать о наиболее интересных местах, встречавшихся им по пути. Леди Роксанна пропускала его истории мимо ушей. Будучи родом из мест, кишевших мятежниками и разбойниками, она не находила ничего героического в повествованиях лорда Йена.
Рэйвен не видел лица Роксанны, хотя ехал рядом с ней. Но он не мог оторвать глаз от ее стройной фигуры, красиво смотревшейся на вороном жеребце. Господи, за какие прегрешения его брат должен стать мужем этой амазонки? Судя по тому, что она была десятым, и последним, ребенком в семье, все надеялись, что она родится мальчиком. Ее родители ждали сына и наследника и, видимо, воспитали ее соответственно. Роксанна ехала верхом, как мужчина, выпрямив спину и высоко подняв голову.
