Мое приданое скромнее, потому что у меня девять старших сестер, поэтому король дает за мной некоторую сумму денег.
– Люсьен! – Рэйвен в растерянности посмотрел на старшего брата. – Зачем Генрих хочет заставить этих двух…
– Рэйвен, – перебил его Питер, – тебе не кажется, что дамам нужно освежиться с дороги и приготовиться к ужину?
– Что? – Рэйвен удивленно заморгал. – Ах да, конечно. – Он схватил пробегавшего мимо слугу за рукав и что-то прошептал тому на ухо.
– Прошу следовать за мной, миледи, – тут же сказал слуга, жестом приглашая обеих девушек подняться по лестнице. – Наверху есть спальни, всегда готовые к приему гостей. Ужин будет совсем скоро.
Памела послушно начала подниматься вверх, а Роксанна остановилась на полпути и окинула взглядом трех рыцарей, оставшихся внизу.
– Лорд Люсьен, – проворковала она притворно ласковым голосом, – хотя небольшой отдых и горячая еда не помешают, я надеюсь, что мы продолжим наше путешествие уже сегодня вечером.
– Простите, что вы сказали? – Люсьену показалось, что она наотмашь ударила его по лицу.
Роксанна быстро заморгала, отчего ее ресницы запорхали как крылья бабочки.
– Вы же не хотите оставить нас наедине с мужчинами, которые еще не являются нашими мужьями? Тем более что я не вижу здесь других леди, которые могли бы присмотреть за нами.
Улыбнувшись слащавой улыбкой, она проследовала за слугой на второй этаж.
– О Господи! – пробормотал Люсьен. – Я так торопился уладить это дело и вернуться к Адрианне, что совсем забыл о приличиях.
– Да она просто ведьма! – прошипел Рэйвен.
– Не забывай, ты говоришь о моей будущей жене.
– Питер, неужели ты серьезно? Ты собираешься выполнить приказ Генриха?
– Он мой король.
Рэйвен недовольно хмыкнул и вышел на середину огромного зала.
– Люсьен, объясни, почему Генрих так поступил с нами? И почему он прислал тебя, а не вызвал нас к себе? Черт побери, я был при дворе всего пару месяцев назад. Почему…
– Я все расскажу вам, если ты дашь мне хотя бы немного времени, – перебил его Люсьен. – Сейчас мне нужно послать гонца в Фортенголл. Ночи светлые, и наша мать сможет прибыть уже сегодня.
– Мать? Ты хочешь послать за мамой?
– Кто лучше присмотрит за двумя девственницами, пока они не станут вашими женами, как не леди Люсинда?
– Я отказываюсь жениться на них!
– Тебе нужно жениться только на одной, на леди Памеле, – заметил Питер.
– Я не женюсь на леди Памеле. – вспыхнул Рэйвен. – Запомни мои слова, брат, я на ней не женюсь!
– Роксанна, твое поведение было ужасно!
– Ничего подобного, – возразила та, усаживаясь в кресло перед Памелой. – Я просто ответила на несколько глупых вопросов.
– Рокси, твой жених совсем не глуп.
– Я говорю не о своем женихе, а о твоем.
Памела охнула и поджала губы. Ее мысли постоянно крутились вокруг двух лордов, один из которых вскоре должен был стать ее мужем. Она вспоминала их волнистые волосы, аккуратно подстриженные бороды и темные, как ночное небо, глаза. Их зубы были ровными и белыми, а тела стройными и мускулистыми, не обезображенными ранениями или каким-либо уродством.
Питер и Рэйвен, владельцы Стоунвезера и Стоунли, были великолепными представителями мужской породы. Они с Роксанной не могли желать себе более красивых и достойных женихов. Однако Памела подозревала, что ее кузина не собиралась беспрекословно подчиняться приказу короля Генриха.
– Зачем ты так ведешь себя? – тихо спросила Памела, вытирая лицо куском влажной ткани.
– Как? – удивленно взглянула на нее Роксанна?
– Разве нам нужна дуэнья? Мы путешествовали в сопровождении мужчин с того момента, как выехали из Уэльса.
– Это вопрос принципа, – пожала плечами Роксанна. – Памела, мы настоящие леди. Пусть в данный момент у нас нет ни отцов, ни мужей, но мы не какие-нибудь рабыни, которых бросили к порогу этих лордов, словно у нас нет другого выбора.
Памела покачала головой.
– Ты не можешь противиться этому. Лорд Питер станет твоим мужем, ведь это решение короля.
– Он не мой король!
– Нет, и твой тоже. Рокси, ведь он твой крестный отец!
– Это ложь! – В глазах Роксанны зажегся недобрый огонек.
– Нет, и ты должна знать это. Твоя мать, леди Рианнон, рассказывала мне об этом.
– Значит, ты неправильно поняла ее.
– Даже если это так, – не унималась Памела, – ты происходишь из древнего норманнского рода и обязана выказывать почтение английскому королю.
– Но моя мать, как и твоя, была кембрийской принцессой! И я, как и ты, рождена в Кембрии! Кроме того, хотя наши отцы были преданы английской короне, разве они признавали какую-либо власть, кроме своей собственной? Они безраздельно правили в Биттеншире и Англфорде, и никто, кроме самого Господа, не стоял над ними!
Памела растерянно смотрела на двоюродную сестру и нервно покусывала нижнюю губу.
– Но, Рокси, теперь все изменилось. Мы только женщины и должны слушать своего господина. А он, слава Иисусу, самый великий король, которого когда-либо знал мир!
Роксанна не стала утруждать себя выслушиванием разглагольствований Памелы. Ее кузина может выполнять свой долг, если ей так угодно, но она, Роксанна, не намерена подчиняться. При первой же возможности она направится на север, а потом на запад, в прекрасную Кембрию, где горы покрыты сосновыми лесами, а в долинах благоухают анемона и клевер. Давид, ее жеребец, без труда пройдет по горным тропам, что соединяют Биттеншир и Англфорд с Пенлином, где правит Бейлин.
Она отправится к Бейлину, единственному мужчине, которого хотела видеть своим мужем.
Глава 3
Во время ужина за столом царила напряженная атмосфера. К счастью для Люсьена, он сидел на дальнем конце стола и не чувствовал себя обязанным поддерживать беседу, которую остальные, похоже, и не собирались начинать.
– Мама! – неожиданно в унисон воскликнули его младшие братья.
Люсьен повернулся к двери и увидел Люсинду Фортенголл, которая появилась в огромном обеденном зале Стоунли в клубах морозного воздуха. Близнецы тут же бросились ей навстречу. Люсьен тоже поднялся, чтобы поприветствовать мать.
– Питер! Рэйвен! Люсьен! – Изумрудные глаза леди Люсинды быстро перебегали с одного лица на другое и остановились на старшем сыне. – Меня очень удивило известие о том, что ты здесь, в доме Рэйвена. Как Адрианна, с ней все в порядке?
– Да, мама, но она постоянно жалуется на то, что ее живот растет не по дням, а по часам.
– Это не будет продолжаться слишком долго, – улыбнулась Люсинда. – Но почему ты оставил ее одну, когда малыши должны вот-вот появиться на свет?
