еле слышным треском. Остатки сетки с шорохом упали на пол, превратившись в валик малопонятного хлама. Павел так и стоял с согнутым пальцем, озадаченно глядя на него.
— Считай, выиграл, — подытожил Макс. — Айда дальше. Кстати, не сильно-то прыгайте по полу, кто знает в каком состоянии доски. Так-с, тут у нас вход в раздевалки, а выход в коридор должен быть в том конце.
Дверь и в правду оказалась в конце зала. В этот раз — обычная деревянная, закрытая на английский замок. Макс несильно толкнул ладонью в область замка, и язычок с хрустом сломал ветхое дерево, дверь распахнулась. За ней был небольшой тамбур, выходящий на площадку перед поперечным коридором. Слева оставалась лестница вверх, справа в углу еще одна деревянная дверь, двустворчатая.
— О, там столовка, — уверенно заявил Павел. — У меня в школе почти так же все было, только у нас было два этажа.
— Да, похоже, — кивнул Макс. — Но это не типовой проект, тут три этажа и потолки выше, чем обычно. Ага, ну следовало ожидать.
Он указывал рукой в коридор. По одну сторону в стене была видна пара дверей, другая выходила на улицу широкими окнами, на них и указывал Максим. Тут явно постарались менее щепетильные исследователи заброшенных зданий: много окон было разбито, подоконники и откосы местами раскурочены, из них выдраны куски кирпича, в изобилии валявшиеся вдоль коридора.
— Вот нафига надо было? — покачал он головой. — Ну что за люди. Ладно, хоть не насрано.
— Еще не вечер, — хмыкнул Павел. — Пошли, глянем главный вход, сразу к машине выйдем.
— А что вы тут ищете? Какого призрака? — почти непринужденно поинтересовалась девушка, пока они шли по коридору, перешагивая через куски битого кирпича.
— Тут одна из классических, я бы сказал, историй, — отозвался Макс. — Смотри-ка, окна развандалили, а двери не трогали, надо же. Да, так вот, история-то обычная довольно. Тут учились всякие отказники, возможно, в той или иной степени инвалиды, вроде даже беспризорники. Ну, коллектив мальчишеский, травли и все такое. Кого-то из учеников послабее сверстники вроде бы заперли в кабинете на ночь, запугали, чтоб молчал сидел. Ну а утром нашли его в петле.
— Ого, — подала голос Лена.
— Ага, — в тон ей кивнул Максим. — Ну, а дальше, скорее всего, череда совпадений. Кто-то с крыши упал, кто-то, пока суд да дело, вены вскрыл. Кто-то из педсостава напился и тоже как-то умудрился… В общем, гуляла легенда, что тут призрак повешенного обосновался и, кого мог, к себе тянул. Жутковато, но бред конечно. Однако периодически тут и позднее находили бродяг или искателей приключений. Тоже суицид, повешенные.
— Местная версия Аокигахары[1]? — уточнил Павел.
— Да, если по слухам судить, то что-то вроде. Занятно, в общем, слышал давно, да все концов найти не мог.
Перед главным входом была небольшая площадка, где дети, должно быть, переодевались, по обе стороны от нее — раздевалки с рядами крючков. Слева от площадки в коридоре стоял стол, на котором лежал древний истлевший журнал, предназначение которого было уже невозможно определить.
Главный вход имел две двустворчатые двери. Внутренние, деревянные были распахнуты, одна из них сорвалась с верхней петли и кособоко стояла у стены. Старая темно-зеленая краска откалывалась крупными чешуями. Внешние металлические двери тут были чуть менее изъедены ржавчиной и кое-где хранили следы потемневшей оранжевой краски. Закрывал их довольно простой металлический засов. Видно, сторож после закрытия либо был в здании, либо все же уходил через кухню.
Максим взялся за Г-образный засов и для пробы дернул короткую перекладину на себя, чтоб удобнее было тянуть, но та не шелохнулась. Он рванул сильнее, несколько секунд боролся с ржавой железкой, но вскоре махнул рукой.
— Да он приварен, наверное, под ржавчиной и не разберешь. Или прикипел так, что сваркой лучше не приваришь.
— Остается дверь в кухне и окна, — пожал плечами Павел.
— Смотрите, а что тут? — Лена, оставившая мужчинам возню с дверью, с интересом рассматривала остатки журнала на столе, за которым, наверное, когда-то сидел вахтер или сторож. А может, и то и то. Полуистлевший пласт темной рыхлой бумаги бугрился примерно в середине.
Ее парень подошел ближе, пока Максим пытался хоть как-то расшевелить дверь, не желая нарезать лишние круги.
— Гнездо чье-то? — с опаской спросила девушка.
— Да ну, дыр нет. Скорее лежит что-то. Ну-ка… — Павел потянул край журнала, и тот с хрустом отломился, заставив Лену ойкнуть от неожиданности.
— Вот же ж труха, — парень решительно взялся за края и аккуратно сдвинул хрустящее разваливающееся крошево. — Ооо, Макс, у нас джек-пот!
— Золотой шар? — зашагал к ним викинг, стряхивая рыжую пыль с ладоней. — Никто не уйдет обиженным?
— Ну, шар, не шар, а вандалить сильно не придется, — Павел весело махнул связкой тусклых латунных ключей. — Может, пробежимся по паре кабинетов для затравки?
— Отлично! Я налево, ты направо, Лена, на тебе второй этаж! — бодро раздал указания здоровяк и, вдоволь насладившись нарастающим испугом в глазах девушки, примирительно пояснил: — Шутка, конечно. Связка все равно одна, да и в любом случае друг от друга ни на шаг. Пол вроде держит, но мало ли что. А давайте, и правда, на второй.
Второй этаж встретил таким же запустением и тленом, как первый. Кое-где опять были вырваны кирпичи из кладки оконных проемов, в стеклах там и сям зияли звездообразные дыры, в которых хищно блестели тусклые, но на вид бритвенно-острые лезвия осколков. Возле стены в начале коридора стояло старое ведро, из него торчало то, что, когда-то, наверное, было шваброй.
Проверять кабинеты длинного крыла начали слева направо. Макс сноровисто и без лишних движений перебирал ключи, рано или поздно английский замочек поддавался нажиму и с сухим скрипом поворачивался. Помещения мало отличались друг от друга, в одном Лена увидела свертки в углу и решила, что это, наверное, карты. Значит, кабинет географии. Комната с книжными шкафами у задней стены, забитыми бумажной трухой, могла быть кабинетом русского или литературы. Ни бумага, ни дерево не выдержали и испытания временем и перепадами температур, все крошилось и рассыпалось при прикосновении.
— Может, найдем кабинет физики или химии. Реактивы какие, гирьки, наглядные пособия, — задумчиво размышлял Павел.
— Скелет в кабинете биологии, — поддакнул Макс.
— Или в петле, — без задней мысли ляпнула Лена и вздрогнула.
— А вот это лишнее, — без тени иронии заметил здоровяк. — Никакого интересу, а проблем полон рот.
— У меня язык иногда быстрее головы, — виновато вздохнула девушка.
— Да мы такие же, — беззлобно улыбнулся Макс.
В центре крыла, почти над самым главным входом, кабинет сохранился лучше всего. По крайней мере, внешне. Задняя стена кабинета
