в междоусобицах. Приходили умелые мастера, воины из разрушенных городов. Даниил принимал всех. Крестьянам давал землю, в подмосковных лесах её было сколько угодно. Вырубай деревья, строй себе избы, распахивай поля. Мастерам князь давал работу, помогал открывать в Москве новые кузницы, гончарные, ткацкие, оружейные мастерские. А воинов зачислял к себе на службу. Князь был глубоко верующим, основал монастырь, в конце жизни сам постригся в монахи и прославился как святой Даниил Московский.
Его дела продолжил сын, Иван Калита. Такой же хозяйственный, мудрый и набожный. Его другом стал святой митрополит Пётр, руководившей руководивший Русской Церковьюцерковью. Столичный город Владимир принадлежал великому князю – но никто его не считал «своим». Великий князь сменится, и город перейдет к другому. Поэтому храмы, дворцы, крепостные стены никто не ремонтировал, они обветшали. И жителей оставалось всё меньше, Владимир приходил в запустение. Святой Пётр на старости лет переехал в Москву к Калите. Любил беседовать с ним. Поучал: – не надо враждовать, драться за власть. Нужно сделать так, чтобы Москва стала духовным центром страны. Тогда другие сами потянутся к ней. Ещё учил: – надо угождать только Богу. А за это Господь возвысит и князя, и его княжество. Как угождать? Не только молитвами. Бог любит Правду. Надо строить Царство Правды. Такое, где была бы справедливость. Никого бы понапрасну не обижали, не притесняли. Князь должен защищать каждого из своих подданных.
Иван Калита старался выполнять наставления святого Петра. Начал возводить в Москве первый каменный Успенский собор. До окончания строительства митрополит не дожил, но освятил его особенным образом. Своими руками оборудовал для себя в соборе гробницу, где его и похоронили – а Петра уже при жизни признавали святым. Вокруг этого собора Калита построил целый комплекс красивых каменных храмов – Архангельский и Благовещенский соборы, церкви Святого Иоанна Лествичника и Преображения Господня. В Кремле действительно возникал центр Русской Церквицеркви, где могли бы жить и служить митрополиты.
А честные и справедливые порядки, забота о подданных получались очень важными. Об этом расходилась молва. В Московское княжество переселялось всё больше людей. Оно усиливалось, богатело. Но и предсказания святого Петра исполнялись. Иван Калита не стал соперничать и бороться за престол великого князя. Его получил князь Александр Тверской. Хотя для того, чтобы стать великим князем, он разорил собственное княжество, влез в долги на подношения хану Узбеку, на взятки его вельможам. Согласился даже разместить у себя в Твери целый корпус татар. Но они хулиганили, грабили, и народ восстал, перебил их. Хан разгневался, погромил и сжег Тверь. Великими князьями поставил Александра Суздальского и Ивана Калиту. Потом посмотрел, что у Калиты хозяйство налажено лучше, он собирает и платит дань исправно – и оставил его единственным великим князем. А московский государь хозяйствовал так умело, что у него денег не только на дань хватало. Он начал покупать у хана другие княжества, которые разорились и дань платить не могли.
Среди общих бедствий, раздоров, предательства, озлобления святой князь Даниил создал вокруг Москвы маленькое здоровое зёрнышко для будущей державы. Святой митрополит Пётр полил это зёрнышко, одухотворил его Божьей благодатью. И оно начало прорастать…
Константинополь, столица Византийской империи
Город Сарай. Столица Золотой орды
Глава 2
Почему Русь не смогла освободиться при Дмитрии Донском?
Москва при Дмитрии Донском.
Художник А. Васнецов
Иван Калита был великим князем Владимирским, но это вовсе не значило, что он стал главным на Руси. Сам титул великого князя обесценился и измельчал. Великими стали называть себя и те князья, кто просто не подчинялся подчинялись Калите, а были самостоятельными, – рязанские, тверские, смоленские. Но и во Владимирском государстве владения Москвы оставались небольшими. Владимир и Кострома принадлежали не московскому государю, а «великому княжению» – кого хан поставит великим князем, к тому они и перейдут. В Ярославле, Ростове– Великом, Белоозере, Муроме, Тарусе были свои князья. Большим и богатым княжеством считалось Суздальское – ему принадлежали Нижний Новгород, Городец на Волге. Над всеми этими князьями великий князь был старшим, собирал с них дань для Орды. Но в своих княжествах правили и распоряжались они сами.
И всё-таки Калита и сменивший его на престоле сын, Семён Гордый, навели во Владимирском государстве порядок. Очистили дороги и леса от разбойников, московские дружины стали играть роль полиции. В результате оживилась торговля, купцы смогли безопасно ездить из города в город. А подвластным князьям запретили драться между собой и жаловаться друг на друга хану. Если возникли споры, пусть обратятся к великому князю, к митрополиту, они рассудят. И не придётся тратить огромные деньги на подарки и взятки в Орде. Наладили сбор налогов и дани для хана. Назначили для этого добросовестных чиновников, строго контролировали их – чтобы не брали лишнего, не воровали. Хан был доволен – дань ему присылали регулярно, полностью. Но ведь и на Русь больше не присылали татар вытрясти недостачу. Не грабили, не забирали людей в неволю за долги своих князей.
Летопись хвалила, что Калита и его наследники обеспечили для Владимирского государства сорок лет «великой тишины». Сорок лет мира! Это было великим достижением. Владения Владимирского и Московского великого княжества стали более – менее благополучным островом среди раздрая, междоусобиц, грабежей. В мире и тишине росли дети, рождались новые и умножалось население. Росли города, распахивались поля, развивались хозяйства. А значит, и люди жили лучше. Росли и силы Владимирской Руси. У каждого князя и боярина была своя дружина профессиональных воинов. Если княжество богатело, то и воинов можно было содержать больше. А в городах начали создавать пешие полки. На складах для них запасали оружие, и по призыву государя вставали в строй ополченцы – мастеровые, ремесленники, торговцы.
И Сам Бог показывал, что Московская Русь стоит на верном пути. После святого митрополита Петра здесь появлялись другие. В глухих лесах недалеко от Москвы построил себе избушку и церковь, жил и молился святой Сергий Радонежский. А сын боярина и крестник самого Калиты Семён в 15 лет отказался от придворной жизни, высоких должностей. Вместо этого ушёл в монастырь, в монашестве его назвали Алексий. Он стал епископом, потом и митрополитом, святым Алексием Московским.
Но жизнь оставалась очень беспокойной. Немало головной боли московским государям доставляли Новгород и Псков. Не желали признавать над собой ничьей власти, платить свою часть татарской дани. Хотя у них-то под боком были враги. С
