Владимирская икона Божьей Матери. Перед ней молились об избавлении от беды при нашествиях Тамерлана и Едигея
Глава 4
Великий князь Василий Дмитриевич – дед Ивана Великого
На Руси взрослым и самостоятельным считался только женатый человек. Но у Василия невеста уже была, а отец с матерью одобрили, благословили. Он отправил послов в Пруссию, сватать дочку Витовта Софью. Её отец был на седьмом небе от счастья. Он как раз готовился воевать с Ягайлой за власть в Литве. Договорился с немецкими рыцарями Тевтонского ордена, что помогут, пообещал за это пару литовских областей. А если он станет родственником московского государя, то русские и православные в Литве будут на его стороне. Хотя ему самому было на веру наплевать: он крестился три раза. Сперва у католиков, потом у православных, потом снова у католиков. У Софьи даже приданого никакого не было. В пустом сундуке привезла лишь пару рубах из грубого полотна. Но уж в Москве-то для будущей государыни нашлось всё, что нужно. Новый митрополит Киприан обвенчал с ней Василия.
А у хана Тохтамыша продолжалась война с Тамерланом. Властитель Средней Азии не намеревался прощать нападение на свою страну. Решил вразумить ордынцев так, чтобы навсегда запомнили. Сам перешёл в наступление. Разгромил подвластные Тохтамышу татарские племена в уральских и сибирских степях. Часть здешних мурз с воинами удрали на запад, к своему хану. Другие отпали от него, признали над собой власть Тамерлана.
В Москве бояре с юным Василием советовались – как лучше поступить? Орда терпела поражения. Тоже отделиться от неё? Но она ещё могла оправиться, снова усилиться. А хан был вполне ещё способен выписать ярлык великого князя кому-то другому. И на Руси опять начнутся раздоры. Нет, мудрые бояре подсказали Василию – лучше вести себя хитро, осторожно. Тохтамышу пока подчиняться, но через него самого получить пользу для Москвы. У хана-то положение было трудным. В злосчастных походах и сражениях он потерял многих воинов. У других нарастало недовольство, что он ввязался в тяжёлую и неудачную войну. А Тамерлан, погромив восточную часть ханских владений, нацеливался на саму Золотую Орду. Купцы сообщали, что в Средней Азии готовят большой поход. Что было делать, как отбиваться? Вот тут и приехали в Сарай московский государь с делегацией бояр. Привезли дань. Тохтамыш был рад без памяти! Русские всё-таки не восстали! Всё-таки подчиняются.
Он без всяких вопросов, мгновенно, выписал Василию ярлык великого князя. Вообще не стал вспоминать про его побег. И про то, что Дмитрий Донской не прислал в поход русские полки. Но эти полки нужны были хану сейчас! Ведь в княжеских дружинах служили такие же профессиональные воины, как у Тамерлана – тяжёлая конница в стальных доспехах. Тохтамышу нужна была такая же сильная русская армия, как стояла на Куликовом поле. Бояре слушали, обсуждали с татарскими вельможами. Дескать, войско собрать можно. Но это дело дорогое. А мы и дань большую вам платим, и долги. И Москву, и ещё сколько городов сожжённых пришлось восстанавливать! За большое войско надо бы чем-то расплатиться. Например, добавить Василию владения.
Ордынцы соглашались на что угодно. Владения добавить? Пожалуйста! Им-то это ничего не стоило. Одним махом выписали ярлыки на те княжества, которые просились присоединиться к Москве, – Мещёру, Муром, Тарусу. Василий с боярами вздыхали: маловато. Вот если бы ещё богатый Нижний Новгород! Хану чужого добра было не жалко, он и этот город добавил. Правда, всего год назад он наградил Нижним Новгородом своего подхалима Бориса Городецкого. Но сейчас какое ему было дело до Бориса? Он же не выставит такое войско, как Москва. Тохтамыш только требовал – побольше соберите ратников! Москвичи поблагодарили за ярлыки, кивали.
Весной 1391 года Тамерлан выступил на Золотую ордуОрду. Хан разослал призыв поднимать все силы. Вышел ждать противника на притоке Волге, речке Кондурче. У него набралось 40–50 тысяч воинов. У Тимура было примерно столько же. Но вместе с русскими ханское войско должно было увеличиться в два раза. Станет вдвое больше, чем у Тамерлана. А Василий вроде бы добросовестно выполнял приказ Тохтамыша. Собрать побольше ратников? Будет сделано! Их и собирали, собирали…
Потом предстоял неблизкий путь. Стоило ли торопиться? Поспешишь – людей насмешишь. Вспоминал ли Тохтамыш подлый обман при взятии Москвы? Вспоминал ли площади и улицы, заваленные перебитыми жителями? И то, как он сжёг ещё шесть русских городов? Вспоминал ли, сколько денег заплатили работорговцы за массу русских пленных? В полках великого князя шли те, чьих отцов и братьев тогда перебили, чьих жён и сестёр угнали в рабство. Неужели им хотелось сражаться за Тохтамыша? И молодой государь тоже не считал нужным драться за него. Вот и не спешили. Устали? Стой! Останавливаемся на привал…
Ордынцы так и не дождались русских. Василий присылал доклады – мы идём, приказ выполняем. Мы уже близко, за Волгой. Но что-то не ладилось, где-то задерживались. А Тамерлан подошёл, и битва началась без московской рати. Но без неё армия у хана собралась рыхлая, разношёрстная – татары, толпы мордвы, булгар, чувашей. Железные полки Тимура смяли их. Прижали к Волге и стали крошить. Тохтамыш бросил погибающих подчинённых, удрал.
Василий и его воеводы узнали о разгроме татар. Самим воевать с Тамерланом даже не думали – он не сделал русским ничего плохого. Развели руками – что поделать, опоздали. Развернулись домой. Но и против Тохтамыша великий князь выступать не стал. Изображал, будто остаётся его верным подданным. Московские бояре приехали в Нижний Новгород, показали ханский ярлык и объявили: – отныне город принадлежит Василию. Князь Борис аж взорвался от возмущения. Велел арестовать гостей. Но его не послушались ни жители, ни собственные дружинники и бояре. Наоборот, они обрадовались, что будут вместе с Москвой, сами свергли Бориса. На Суздаль Василий никаких ярлыков у хана не брал, однако и жители Суздаля попросились – примите нас под власть московского государя.
Молодой великий князь без войны, без единого выстрела присоединил к своим владениям обширную область от Владимира до Волги. Конечно, не сам он добился такого успеха. Сказались труды и усилия его отца. Это Дмитрий Донской славными делами убедил русских людей, что надо объединяться. Вот они и выбрали Москву, а не князей-предателей. Зла эти князья принесли предостаточно, но Василий обошёлся с ними милостиво. Борису оставил Городец на Волге – но он отныне должен был служить великому князю. Племянники Бориса Семён и Кирдяпа ложными клятвами уговорили москвичей открыть ворота татарам, погубили множество людей. Но даже их Василий
