сознание уплыло окончательно.
Очнулась уже в своей новой комнате на кровати. Увидев, что я открыла глаза, вокруг засуетилась Ридия. По её словам, Дорган сказал, что я по ошибке выпила чай с его лекарством, и оно оказало на меня странное воздействие. Ага, как же, его чай! А ничего, что эту кружку он мне сам пододвинул! И зачем ему это всё понадобилось? Голова была тяжёлой. Я припомнила недавние ощущения, странный разговор декана с каким-то мужчиной и сочла нужным осторожно уточнить:
— Ридия, я тут подумала, в академии же полно менталистов, а мне с ними вообще на занятия ходить придётся. Скажи, они все… могут читать мысли? — Такое впечатление, что именно это со мной и проделали, знатно покопавшись в голове.
Девушка посмотрела на меня удивлённо и недоверчиво, совсем как Блордрак недавно. Ну что я опять не так сказала?
— Нет, конечно! Это запрещено законом. Считывать мысли и просматривать воспоминания могут только менталисты-каратели по разрешению высшего суда, — пояснила она тоном взрослого, объясняющего ребёнку элементарные вещи. — Поэтому на всех сильных менталистов наложено специальное ограничение. Никто в академии этого сделать не может. Ты разве не знала?
— Не интересовалась как-то, у нас в школе такого факультета не было, — выдавила я улыбку, пытаясь сопоставить факты и понять, что же со мной произошло.
Если никто в академии не может считывать мысли и воспоминания, то о чём тогда говорил Дорган с человеком, чей голос мне показался знакомым. Они ведь, кажется, обсуждали, что я чего-то не помню и вспомнить не должна. Или мне это всё же приснилось?
ГЛАВА 2
Когда действие странного чая закончилось, и в голове окончательно прояснилось, я пожалела, что вообще задала Ридии этот вопрос. Она явно сочла его странным, а значит, может рассказать Доргану, который сразу поймёт, в чём я его подозреваю. Хотя на что он рассчитывал, усыпляя меня в своём кабинете? На то, что поверю в сказку про случайно перепутанные кружки?
А я тоже хороша — повелась, расслабилась, глупая! Никаких больше чаепитий в его обществе! От Ридии тоже лучше ничего съестного не принимать — она во всём будет действовать по указке декана. А как насчёт столовой? Разве есть гарантии, что мне там ничего не подольют? Вот ведь засада! И что теперь делать? Я собиралась похудеть, а не анорексию заработать, полностью отказавшись от еды.
Не придумав ничего лучше, решила посоветоваться с Блордраком, но в лазарет сходить не получилось — подошло время занятий.
— Это правда, что ты уже человека из междумирья вернула? — спросила Ридия, провожая меня на урок ко второму курсу проводников.
— Да, это случайно получилось.
— Всё равно здорово! — в голосе собеседницы прозвучало искреннее восхищение с нотками зависти. — У нас не каждый выпускник такое сможет. Я сама в междумирье только несколько раз была, но как застрявшего проводника оттуда вызволить знаю, не беспокойся.
Вот об этом я как раз вообще не переживала — приятный островок, а главное, там нет Доргана с его коварными планами. Получается то, что я вернула душу того мальчика — нерядовой случай, раз не каждому выпускнику такое по силам. Тогда понятно, почему он так в меня вцепился.
«Не хочется терять такого проводника. Девчонка сильная. Сильнее Альсанды» — вспомнилась вдруг фраза деда из моего странного полусна.
Вот как мне могло такое присниться, если я эту Альсанду никогда не видела и лишь недавно о ней узнала? Нет, это точно Дорган своими собственными сомнениями делился. Значит, всё происходило на самом деле!
Из глубокой задумчивости меня вывела Ридия, сообщившая, что мы прибыли в пункт назначения, и занятие вот-вот начнётся.
Аудитория меня совсем не впечатлила — обычный класс только без окон и школьной доски. Вместо низких парт, за которыми мы обычно сидели парами, добротные удобные столы и кресла на одного человека, а вокруг абсолютно голые стены и потолок — взгляду не за что зацепиться.
Проводников-второкурсников было всего пятеро — два парня и три девушки. На меня они смотрели с прохладным интересом и тихо перешёптывались, бросая в мою сторону осторожные взгляды, но знакомиться и начинать общение не торопились. Я присела за один из пустующих столов и тоже не стремилась привлекать их внимание. Пусть всё идёт своим чередом.
Появившаяся вскоре преподавательница представила меня группе и раздала всем те самые магические свечи, на которых я тренировалась в лазарете. Оказалось это, на первый взгляд простое упражнение, одна из основ обучения проводников. Удерживать пламя с помощью концентрации внимания мы тренировались около двух часов с небольшими перерывами. В итоге стало понятно, почему на стенах нет ни одной картины, а во всём помещении — ни одного яркого пятна — это чтобы внимание не рассеивалось.
Пришлось с прискорбием отметить, что у меня пока самый плохой результат. Зато ребят, явно наслышанных о моих «подвигах» в междумирье, это обстоятельство, напротив, успокоило и, похоже, примирило с моим присутствием. В итоге мы познакомились и разговорились. Девушки, хоть и были младше на год, взяли надо мной шефство и принялись наперебой давать советы, как улучшить показатели. Парни в этом процессе не участвовали и продолжали посматривать свысока.
А вот занятие с первым курсом менталистов мне совсем не понравилось. Во-первых, для него пришлось переодеться в некое подобие спортивной формы. И хотя одежда была лёгкой и свободной, она всё равно подчёркивала основные недостатки моей фигуры. Во-вторых, здесь было больше парней, чем девушек, и они, не особо таясь, шушукались и хихикали, косясь в мою сторону. Особенно старался один мелкий, щуплый, белобрысый нахал, не скупившийся на грубые шутки по поводу моего веса.
Мы собрались в большом спортивном зале. Здесь не было никаких снарядов и тренажёров, а пол на ощупь казался тёплым и мягким. В этом я окончательно убедилась, сняв обувь, потому что заниматься полагалось босиком. Преподаватель — высокий, темноволосый мужчина средних лет в такой же фиолетовой форме, заявив, что тот, кто не управляет собственным телом, не сможет усмирить мысли, устроил нам серьёзную разминку на все группы мышц. Почти как на школьных уроках физкультуры, только нагрузка раза в три больше даже с учётом того, что мне разрешили не бегать. Как позже выяснилось, это было только начало.
Когда пот стекал ручьями, а разогретые мышцы побаливали от нагрузки, настал черёд дыхательных упражнений, успокоивших пульс и выровнявших мои рваные вдохи и выдохи. Всё это с непривычки давалось мне с немалым трудом.
После небольшого перерыва занятие продолжилось местным аналогом йоги. Мы принимали статичные
