сказал, что готов исправить свою ошибку и помочь тебе занять достойное место в обществе. Ведь даже став женой дэйра Блордрака, ты всё равно останешься безродной. Подумай над этим.
Так вот откуда ветер дует! Он знал, что адепты так отреагируют, и заявился специально, чтобы выставить себя героем и снова любимую тему поднять.
— Подумаю, — пообещала с улыбкой, — но только после обучения, чтобы, как вы верно заметили, не отвлекаться в процессе на посторонние мысли и переживания.
Разумеется, отсыпаться в комнату я не вернулась, а поспешила в лазарет. Нужно было посоветоваться с Блордраком по поводу дальнейшей линии поведения с дедом и проблемы… безопасного питания. После утреннего происшествия со снотворным в чае я даже в столовой не решилась ничего съесть, и теперь пустой желудок периодически недовольно и жалобно урчал.
Мышцы, неприученные к подобным нагрузкам, побаливали уже ощутимо, повышая уровень общего дискомфорта. Но я утешалась тем, что подобные ежедневные «мучения» помогут быстрее похудеть и избежать растяжек. К тому же эти ощущения были последними в списке того, что меня реально беспокоило.
Обойдя палаты, приёмную и не обнаружив в них ни Блордрака, ни Талмы, я направилась к кабинету заведующей. Иногда во время дежурства целитель работал в нём. Его голос действительно раздавался из-за двери и звучал раздражённо, что было странно на фоне спокойной речи дэйры Найрис. Обычно с ней он вёл себя учтиво и недовольство в таком тоне никогда не выказывал.
Но вот и она заговорила строго и сердито, непривычно повысив голос. А между ними-то что произошло? Со вздохом подошла ближе. Похоже, подслушивать в этом мире входит у меня в привычку. Неэтично, конечно, зато порой только так можно узнать что-то важное. В том числе о себе.
К сожалению, услышать ничего не удалось, видимо, в этот раз на дверь были наложены какие-то хитрые чары, не позволяющие различать слова. Пришлось отойти в сторонку несолоно хлебавши и скромно подождать, когда беседа на повышенных тонах закончится.
Ожидание надолго не затянулось. Через несколько минут дверь открылась, и из кабинета буквально выскочил Блордрак, настолько бледный, что его впору было принять за призрака. Казалось, каждый шаг давался ему с трудом, во всяком случае, я никогда прежде не видела, чтобы он сутулился. И выражение его лица было странным, словно у человека, пытающегося справиться с приступом боли. Но увидев меня, целитель мгновенно выпрямился и нацепил привычную бесстрастную маску, только в глазах промелькнула тревога.
— У тебя что-то случилось? — спросил он как-то слишком сдержанно и осторожно, будто боялся запнуться и не выговорить простой вопрос. Ох, не нравится мне всё это.
— Да, но у тебя, кажется, проблемы посерьёзнее. Что произошло?
— Ничего. Это что-то важное? До завтра не подождёт? — в его голосе, как и во всей позе, чувствовалось напряжение. Похоже, ему реально больно, а он корчит из себя героя, не желая показывать слабость.
— Подождёт. Тебе… плохо?
Никей раздражённо повёл плечом, будто услышал в свой адрес что-то обидное.
— Нет, просто дело есть неотложное. Я тебя завтра сам найду, хорошо?
— Хорошо.
— Тебя проводить обратно? — спросил он, явно надеясь на отрицательный ответ. Не стала разочаровывать:
— Нет, я ещё к заведующей зайти хотела. До завтра.
Блордрак кивнул и быстрым шагом направился в сторону выхода, оставив меня в недоумении и растерянности. Чуть помедлив, я подошла к окнам, выходящим на ту же сторону, и окончательно укрепилась в своих подозрениях. Блордрак всё ещё старался держаться прямо и не сутулиться, но шёл он без прежней лёгкости, и было заметно, что для каждого движения ему приходится прилагать определённые усилия.
И как это всё понимать? Если ему так больно, почему дэйра Найрис не помогла? Догнать, помочь и расспросить — не вариант, этот гордец умирать будет — не признается. Видимо, придётся и в самом деле к заведующей наведаться — про Никея расспросить, да и Доргана она хорошо знает, может, посоветует что-нибудь дельное.
ГЛАВА 3
Дэйра Найрис мне искренне обрадовалась и предложила выпить с ней чаю. Отказываться не стала — очень уж есть хотелось, так что сегодня диетой решила слегка пренебречь и позволила себе несколько печений с фруктовой начинкой. Заведующая с интересом расспрашивала о моих впечатлениях от академии и первых занятий.
Проникнувшись её участием и вспомнив о том, что со стороны коридора нас подслушать не могут, я рассказала женщине об утреннем происшествии в кабинете декана. Возможно, опрометчиво, но пока из всех, кого встретила в школе и академии, ей я доверяла больше, чем остальным. Ведь именно она заступилась за меня перед карателями и убедила их в естественном происхождении моих внезапно открывшихся способностей, хотя и не была в нём уверена.
Услышав об усыпляющем эффекте чая Доргана, целительница нахмурилась, быстро встала из-за стола и, подойдя ко мне, начала водить ладонями над головой, а затем и над остальными частями тела, повторяя руками их линии. Точно так же проводил общую диагностику организма Никей, и я замерла в ожидании результатов. Вдруг сейчас выяснится, что в меня вживили что-то вроде чипа, позволяющего управлять сознанием! Бред, конечно, но с таким родственничком ни в чём нельзя быть уверенной.
— Ничего нет, — удивлённо констатировала дэйра Найрис, спустя минуту. — Никаких следов ментального воздействия. Непонятно зачем ему понадобилось тебя усыплять?
Я облегчённо выдохнула, однако сочла нужным уточнить:
— А он мог в это время покопаться в моих воспоминаниях или в мыслях?
— Зачем? — искренне удивилась заведующая, вернувшись за стол. — Искусственных блоков я в твоём сознании не обнаружила. Так какой смысл рисковать, занимаясь чем-то подобным в академии?
Прозвучало логично, но неубедительно.
— И всё же теоретически такое возможно?
— Самому Доргану подобное не по силам. Он, как и все сильные менталисты, находится под действием специального ограничения, — задумчиво повторила заведующая то, что я уже слышала от Ридии. И всё же после этой фразы осталось ощущение недосказанности, словно она хотела добавить что-то ещё и не решилась. Поколебавшись, я призналась:
— Мне показалось, я слышала там голос ещё одного человека. Мужчины.
Дэйра Найрис посмотрела на меня долгим, внимательным взглядом, видимо, пришла к каким-то выводам и, помрачнев, неохотно сказала:
— Предположить, что в академии есть незарегистрированный в системе менталист сложно. Это против всех норм и правил. Но от твоего деда можно ожидать чего угодно. Он вполне мог обучить кого-то самостоятельно и оставить это втайне ради собственной выгоды. Леста, ты уверена в том, что говоришь? Если всё именно так, нам необходимо сообщить о поступке Доргана в соответствующие органы. Это ведь преступление!
Выдвигать против
