Гай нервно зашагал по комнате.
– Из чего вы сделали вывод, что ее похитили. И кто это мог быть?
– Я не знаю.
Сапоги Деворана снова глухо стучали по деревянному полу.
– Вы совершенно уверены, что на слова вашей кузины можно положиться, миссис Каллауэй?
– Сэр, я знаю ее почти всю свою жизнь, Рейчел ни за что не написала бы мне такое письмо, не будь у нее оснований для этого.
– И что же ее так сильно испугало?
От смущения щеки Сары мучительно зарделись.
– Ее преследовал некий джентльмен… Он иногда посещал тот дом, где она прежде служила гувернанткой.
– Когда это было?
– Прошлой весной.
Гай резко остановился; вся его поза выражала напряжение.
– Ваша кузина работала гувернанткой уже тогда? И где же?
– У мистера Харви Пенленда в Хэмпстеде. Он вдовец с шестью детьми. Рейчел провела там почти год и была счастлива, пока этот поклонник не нарушил ее спокойствия.
– Она вам его описала?
– Не очень подробно. Рейчел немыслимо хороша собой, мистер Деворан, и джентльмены всегда замечали ее…
– Да, помню. – Зима не могла быть холоднее этих слов. – Она поощряла ухаживания этого человека?
– Когда Рейчел только познакомилась с ним – возможно. Она даже решила, что немного влюблена, но потом он стал пугать ее.
– И теперь вы думаете, что этот таинственный злодей похитил ее?
– Да, – упрямо сказала Сара. – Я так думаю.
Некоторое время Гай стоял к ней спиной, наклонив голову, как если бы искал ответы на золотом наконечнике своей трости. Темные волосы завивались вокруг его уха, очертания плеча и руки выдавали сильное напряжение.
– Я не смогу найти ее сама, мистер Деворан! – в отчаянии воскликнула Сара. – У меня нет ни возможностей, ни умения, ни храбрости.
– Но почему вы пришли именно ко мне? – Гай резко обернулся. – И отчего мне кажется, что вы не все рассказали?
Сара шагнула вперед.
– Возможно, сэр, но ведь и вы тоже…
Его ноздри задрожали.
– Вот как? И почему вы так думаете?
– Вы только что сказали, что в тот день на яхте едва обменялись парой слов с Рейчел, но, судя по ее рассказам, все было иначе.
– Неужели?
– Вы провели там целый день, и Рейчел писала, что она болтала как сорока. Она служила тогда у лорда Грейла и считала свое положение совершенно надежным, но когда его семья оставила ее в порту на то время, пока они ездили навестить своих родственников, живущих поблизости, у нее возникли опасения, что ее бросили без всяких средств. Она была настолько встревожена, что написала в агентство по трудоустройству. Вы должны это помнить!
– Вы считаете, что она все это мне рассказала?
Сара снова села на сундук.
– Возможно, Рейчел показалась вам просто болтливой и глупой, но мне она написала длинное письмо обо всем, полное радости и… торжества! Неужели она действительно произвела на вас так мало впечатления?
– Судя по всему, это так. – Деворан по-прежнему не сводил с нее глаз. – И все же это не объясняет, почему вы решили, что я должен вам помогать теперь.
– Рейчел сказала, что вы были очень добры с ней. – Сара подавила вздох. – Она сказала, что вы не раз заставляли ее смеяться.
– Неужели? А я и забыл. Но мы находимся в разном положении, не так ли, миссис Каллауэй? Вы – просительница, я – тот, кому докучают.
– Да. – Чувствуя себя неловко, Сара взяла наугад какую-то книгу. Вероятность получить помощь уходила, как сухой песок между пальцами. – Я не хотела вас затруднять, мистер Деворан. Прошу прощения.
– Не за что! – Гай любезно улыбнулся. – Вполне понятно, что вы расстроены исчезновением вашей кузины, но неужели вас не заботит неприличность обращения к незнакомому человеку?
– Я вдова, сэр, а не девица. Когда на кон поставлены счастье Рейчел и, возможно, ее безопасность, выбирать не приходится.
Гай немного помолчал, словно обуздывая свою мужскую нетерпеливость.
– Итак, выбор, судя по всему, остается за мной, – произнес он наконец.
Золотая линия очерчивала контуры чудовища с головой быка, которое гневно смотрело на Сару с первой страницы книги.
– Тесей решил войти в лабиринт, чтобы сразиться с Минотавром, – сказала она. – Он не обязан был это делать. Он выбрал это добровольно.
– Простите?
В замешательстве положив книгу, Сара встала.
– Вы говорили что-то о фуриях, сэр.
Деворан рассмеялся:
– И этим вызвал поток беспорядочных древнегреческих ассоциаций? – Он шагнул ближе, чтобы посмотреть на обложку. – Где вы остановились, мадам?
– Отель «Броктон» – это недалеко отсюда.
– Да, я знаю.
Сара чуть не схватила его за руку.
– Значит, вы поможете мне?
Внезапно она ощутила головокружение, как если бы он загипнотизировал ее, но тут звякнул колокольчик и из лавки послышались голоса.
Похожие на нити сахарного сиропа чары исчезли, и Сара, опустив голову, шагнула назад.
– Если секретность так важна для вас, вы должны уйти немедленно, – тихо предупредил Деворан. – Какой номер?
– Номер?
Гай улыбнулся:
– В отеле «Броктон» – скромном, но приличном заведении, подходящем для молодых леди, путешествующих в одиночестве.
– Последний по северному коридору наверху.
Гай отвернулся, взял в руки толстый том и начал рассматривать его с таким видом, будто уже забыл о ее присутствии.
– Я полагаю, что вам следует вернуться туда, – сквозь зубы произнес он, – а я пока обдумаю все это.
Сара выскользнула в главное помещение лавки, где пожилая чета беседовала с человеком за прилавком. Пользуясь книжными полками как прикрытием, она поспешила к другому входу и вышла. На улице шел дождь, но зонтик она оставила в гостинице. И тут почему-то – она не понимала почему – жаркие слезы обожгли ее щеки.
Гай с шумом захлопнул книгу, сунул ее обратно на полку, потом невидящим взглядом уставился на корешок.
Запах зеленых яблок, мокрых от дождя, свежий, четкий и сладкий на вкус, пробился сквозь душные запахи книжной лавки.
Подняв глаза, увидит ли он ее – нахмуренную, охваченную дурными предчувствиями? Зеленая юбка, скромный плащ, гордый наклон головы и чувственные губы. А глаза! Они сверкали из-под длинных ресниц цвета песка, точно глаза тигрицы.
Миссис Сара Каллауэй обладала замечательным лицом, неотразимо привлекательным, и была полной противоположностью кузине, Рейчел Мэнсард.
Словно в насмешку над его воспоминанием о холодной бледной коже Рейчел, по щекам Сары рассыпались красно-коричневые веснушки – рассыпались, чтобы в буйном танце сойтись у переносицы.
«Мое девичье имя Сара Харгривз. Вы когда-то были знакомы с моей кузиной. Она называла себя Рейчел Рен…»
