Туфельки, к счастью, пришлись как раз по ноге, и Сара подумала, что весь этот костюм стоит, наверное, столько же, сколько она зарабатывает за несколько месяцев в качестве гувернантки.
Хотя без помощи горничной обойтись было трудно, но Саре все же удалось спрятать непослушные волосы под парик. Маленькая шляпка лихо примостилась над левым ухом, как у подвыпившего почтового рассыльного.
Воспользовавшись покрытым пятнами зеркальцем, висевшим над камином, Сара попыталась прикрепить шляпку, и ей тут же показалось, что овечки, державшиеся с помощью ленты, хотят сбежать вниз по пудреным локонам на ее плечо. Одна овечка запуталась в кружевах, и когда она попыталась высвободить ее, то обнаружила еще двух. Происходящее было настолько нелепо, что она невольно рассмеялась.
Музыка, которая лилась из окон особняка Блэкдаунов, далеко разносилась над каретами, выстроившимися в очередь вдоль улицы: вереница их растянулась на несколько кварталов. Самые блестящие представители высшего общества выходили на парадный двор и величаво вплывали в великолепные двери особняка.
Сара стояла в тени, пытаясь унять сердцебиение; высокий дюжий лакей, посланный сопровождать ее, неподвижно застыл рядом с ней.
В полном соответствии с замыслом мистера Деворана Сару полностью скрывал темный плащ, который принесла горничная, прибывшая, как было обещано, в отель «Броктон». Наблюдателю могло бы показаться, что женщина принесла письмо, а потом ушла и присоединилась к лакею, который ждал ее на улице.
В настоящий момент Сара чувствовала себя почти в безопасности; куда больше ее волновало предвкушение участия в бале, который давал сам герцог. К тому же она поручила поиски сестры Гаю Деворану, предсказать поступки которого было не в ее силах.
Сара глубоко вздохнула и снова устремила взгляд на гостей.
Нептун и Афина – в масках, а Афина, как положено, с совой – поднимались по лестнице, а сэр Ланселот и Титания – персонаж из «Сна в летнюю ночь» Шекспира – тем временем выходили из кареты. Толпа приветствовала их громкими криками. Многие из простолюдинов держали в руках кружку пива, кусок мясного пирога и маленький кошелек, отделанный синими лентами.
Сара Каллауэй не принадлежала ни к одному из этих миров: и глазеющая толпа, и блестящие аристократы были для нее одинаково неведомы и напоминали ей жителей далекой Патагонии, о которых сообщалось, что они настоящие великаны.
Словно признавая отсутствие у нее какого-либо определенного статуса, лакей повел Сару вокруг дома. На конюшенном дворе также царили гвалт и суета. Затем лакей передал Сару на попечение горничной, которая быстро провела ее мимо кухни с царившими там лихорадочными приготовлениями в маленькую переднюю.
После этого горничная, присев в реверансе, удалилась, и как только она закрыла за собой двустворчатую дверь, шум и суета мгновенно стихли.
Оставшись одна, Сара вдруг почувствовала себя очень одинокой и осторожно огляделась. Над камином она увидела картину, изображающую рыцаря в доспехах и с непокрытой головой. Ветерок, прилетевший откуда-то с края света, растрепал его волосы, взметнул вверх гриву и хвост его лошади. На заднем плане среди деревьев поднималась башня средневекового замка с развевающимся знаменем, на котором был изображен святой Георгий, побеждающий дракона, а за лесом простиралось море.
Темные глаза рыцаря неотрывно смотрели на Сару, и странная тоска вдруг охватила ее. Ей казалось, что она слышит, как шумит прибой, набегая на гальку, чувствует сладко-соленый запах цветов, а где-то ближе к сердцу ощущает и само присутствие этого человека, как будто рыцарь мог в любой момент шагнуть с картины и предложить ей свою верность и меч, чтобы защищать ее от всех врагов.
– Портрет этот, конечно, не имеет никакого отношения к действительности, – с легкой насмешкой проговорил женский голос позади нее, – он написан примерно десять лет назад в качестве подарка герцогине. Сомневаюсь, что реальный Эмброуз де Верран был так же красив и так же романтичен: это предок моего мужа, хотя мое дитя получило его имя по совершенно иным причинам. Боюсь, что первый Эмброуз был несколько грубоват…
Сара быстро обернулась: темноволосая дама, видимо, вошла через дверь, скрытую в панели стены; на руке ее покачивалась черная маска. Незнакомка была так хороша, что у Сары захватило дух.
– Добро пожаловать в Блэкдаун-Хаус, миссис Каллауэй. – Дама шагнула вперед: все ее существо, казалось, было освещено изнутри, словно в сердце у нее горела лампа. – Я – леди Райдерборн, жена старшего сына герцога и мать следующего герцога в герцогской родословной. Боюсь, что все это, – она повела рукой, – устроено в честь моего младенца, хотя ему нет еще и восьми недель. Между тем я не уверена, насколько вы поняли, что я изображаю Нелл Гвин, ведь со мной нет апельсинов. Понятия не имею, где я их оставила, – наверное, их уже кто-то ест.
Сара, не удержавшись, рассмеялась; внезапно ей стало легко, как будто она встретилась с давно потерянной сестрой, а не с невесткой герцога.
– Ну вот, так уже лучше! – Леди Райдерборн улыбнулась. – А то мне показалось, что вы собираетесь броситься наутек. Поверьте, всякий друг Гая – наш друг, так что мы действительно очень рады вам.
Сара присела в реверансе.
– Вы очень добры, леди Райдерборн, но… Я только вчера познакомилась с мистером Девораном, и вряд ли меня можно назвать его другом.
– Сейчас – нельзя, потом будет можно, так что это все равно. И не позволяйте никому ни на мгновение смущать вас. Запомните: я родилась в деревенском коттедже; надеюсь, это вам поможет. – Дама взмахнула черной маской и рассмеялась. – Несмотря на все мои высокие титулы, я ничуть не более респектабельна, чем вы.
– Не думаю, что человек может притязать на респектабельность, если у него на голове овечки, – улыбаясь, заметила Сара. – Хотя я очень стараюсь пасти их с надлежащим прилежанием.
Леди Райдерборн добродушно усмехнулась:
– Увы, у вас это получается плоховато, но я надеюсь, вы простите мне и этих овечек, и эту смешную шляпку. Это все, что я смогла подобрать за такой короткий срок.
От огорчения Сара немного пала духом.
– Так этот костюм выбирали вы?
– Боюсь, что так. Признаюсь, мы нашли все составные части на чердаке, а овцы были идеей Гая. Впрочем, не важно: позвольте, я помогу вам прикрепить этих милых животных, пока они не разбежались кто куда.
Сара постаралась ничем не показать свое удивление, а будущая герцогиня привстала на цыпочки и крепко обмотала украшенную овечками ленту вокруг прически своей гостьи.
– Вот так! – удовлетворенно сказала леди Райдерборн. – Теперь можете танцевать хоть целую ночь, с ними ничего не случится.
