магической силе. Мой же случай связан с психологическим возрастом.
Имея хоть ограниченную, но доскональную память, я могу пережить одно и то же событие множество раз, причём без притупления ощущений. Я чувствую всё: погоду, настроение, боль, поведение окружающих и их эмоции. Это странно, но зато помогает намного быстрее изучать практически любой материал. Только вот помнить всё невозможно!
Прошло много времени, пока я не смог адекватно настроить мозги на то, что нужно и необходимо знать, и отчего можно отказаться. Да и то, в определённых моментах я веду себя совершенно логично и обстоятельно, а в других… так же, как и все подростки вокруг!
— Господин, ты опять погрузился в себя? — спросил старик Фен, пока мы неторопливо двигались в сторону дома.
— Вспоминал детство, — расслабленно произнёс, заведя руки за голову.
Такое происходит в моменты, когда я получаю по голове. События прошлого с сильным эмоциональным фоном вырываются наружу. Например, как это!
***
Мне пять лет, в руке сплетённая из эфира и преобразованная в камень сфера, размером с яблоко. Слёзы текут ручьём, я несвязно бормочу:
— Папа, я не хочу, не буду! Где мама? Мама!
— Ну чего ты медлишь? Чернь должна знать своё место! — раздражённо произносит отец. — Ладно... Сергей, покажи, что значит быть Огневым! — обращается он к моему брату.
— Как прикажешь, отец! Смотри, нытик, что такое сила! — пренебрежительно фыркает брат.
Огненный шар устремляется в цель, и слуга вспыхивает как спичка! Что он сделал? Почему его так наказали?
Или…
Город «Астер», мне всё ещё пять лет. Я с Феном, вижу, как шесть мальчишек чуть старше меня окружили в подворотне моряка недалеко от порта. У каждого по острому лезвию.
— Дядь, дай монетку... нам кушать хочется, — притворно говорит подходящий к жертве гадёныш.
— Пошли вон, оборванцы, «ИК» чёртовы! — заплетающимся языком выговаривает покоритель морей и океанов.
Детвора подбирается ближе, мужик начинает смеяться, видимо, не верит своим глазам. Да уж, видно, что он не из местных. Вдруг один малец моментально подскакивает и наносит удар ножом в бедро! Парнишка использовал энергию, но совсем слабую.
Моряк бьёт наотмашь, и мальчишка летит в стену. Но уже поздно, остальные молниеносно бросаются на него, нанося быстрые уколы, и отскакивают в стороны.
Моряк крутится на месте, затем его глаза тускнеют, и он оседает на землю — слишком большая кровопотеря! Шпана, не дожидаясь его смерти, уже снимает добро с бедняги. А малец, отлетевший в стену, постанывая, спокойно встаёт с земли. Вот вам и слабенький пользователь энергии.
***
«Астер», город, куда нас определил император, оказался любопытным!
Для начала нас убили... Мы единственные жертвы во время нападения неизвестного врага на имение Огневых! Все выражали сочувствие и скорбели вместе с великим родом о столь ужасном злодеянии. Именно это рассказала мне мама, но намного позже.
Кстати, виновных нашли. Убийцами оказались вольные кланы с востока! Род поклялся отомстить! Проигнорировав траур, отец с войском отправился карать виновников! Как говорится, «куй железо пока горячо», ну или улучшай финансовое положение рода, удачно воспользовавшись ситуацией.
***
Увидев Астер в первый раз, я был восхищен!
Когда-то это был средний по размеру город населением около ста тысяч человек. Это первый город, в котором император провёл свой эксперимент по внедрению новых технологий с целью нарастить потенциал Империи. Задумка удалась, но сменила название. Местные умы нарекли происходящее «Техномагической революцией».
Теперь в городе проживает больше миллиона человек. Геометрически правильные улицы и проспекты, здания из камня, выполненные в стиле классицизма с высокими потолками и большими витражами, создают яркий образ, на улицах которого кипит жизнь. Повсюду снуют кареты, использующие кристаллические накопители. Увидеть экипаж на конной тяге удастся разве что на окраинах города или, возможно, в порту.
Жители Астера, как и всей империи, придерживаются стандартов в одежде. Мужские костюмы разных фасонов, умеренные и элегантные женские платья — вот типичный наряд горожан. Конечно, если не шататься по трущобам, которые тоже не обошли стороной столь удивительное место. Ведь успеха достигают не все!
О нашем существовании знала горстка людей. Один из них — Аркадий Огнев, племянник деда. Выделил нам домик вблизи города и даже подыскал работу для мамы.
На огороженной территории стояла постройка: две комнаты, кухня и уборная, площадь метров сорок, не больше. Все остальные удобства на улице, но даже это было намного лучше, чем ничего.
Аркадий предоставил жильё не от чистого сердца. Он и не скрывал своей позиции, я помню этот момент.
— Работать будешь в местной лечебнице, за дом платите сами, на тебе осмотр всех, кто принадлежит моей ветви, поняла? — произнёс он, обращаясь к маме с холодной строгостью.
— Да, господин, спасибо, — ответила мама, стараясь сохранить достоинство.
— И ещё, за вами будут присматривать, это не обсуждается, — добавил Аркадий с безразличием.
Маму лишили сил, заблокировав источник на девяносто процентов. Из сильного мага жизни она превратилась в обычного лекаря. Но это не сломило её; наоборот, она погрузилась в работу с энтузиазмом.
Я же остался на попечительстве Фена, хитрого ханца. Мне всегда казалось, что он щурится, постоянно что-то замышляя. А… нет, это был его обычный взгляд, просто он родом из очень далёких восточных земель.
***
Два года домашнего обучения прошли скучно. В основном Фен рассказывал мне всякую ересь о мироустройстве и пути воина, которого он лишён, но не сломлен. Дед отрубил ему руку ещё до ритуала, когда он вздумал защитить меня с мамой. Матушка в свободное время обучала меня этике и всякой другой высокородной дичи.
К сожалению, местная шпана частенько меня мутузила. Они называли это «специальная тренировка» — избиение группой одного человека. На тот момент силы попросту не работали, и я оставался лишь мишенью для их забав.
Фен в этот процесс не вмешивался. Сейчас-то мне ясно, это был приказ матери, такая своеобразная тренировка стойкости.
— Твой дух должен быть твёрже любого металла, а уверенность непоколебима, как наше светило! — повторял он каждый раз, когда я возвращался побитым, иногда просто заменяя несколько слов. Философ хренов!
Как ни странно, мне это пошло на пользу. После череды таких «тренировок» я начал замечать странности, точнее, память начала подсказывать. Поведение моих обидчиков имело несколько вариаций.
Если я плакал, меня пинали и унижали, когда сопротивлялся — было хуже, а вот когда молчал и терпел... им становилось скучно, и они уходили.
***
На семь лет мне вручили подарок, детский читательский билет
