Кренник. Используя разработки своего хорошего друга Галена Эрсо, он предложил использовать для энергоснабжения станции кайбер-кристаллы — экзотические образования, нарушавшие в определённом смысле закон сохранения энергии. Никто не знал, как именно они это делают, что служило причиной определённого недоверия к ним со стороны учёных и инженеров. Нельзя полагаться в проектировании энергостанций на чёрную (или даже белую) магию. Говорили, что кайбер-кристаллы каким-то образом связаны с Великой Силой, что у них есть собственный характер, что они реагируют на поведение владельца… Но даже если бы это всё были просто сплетни и слухи, был ещё один принципиальный недостаток — количество этих кристаллов в Галактике заведомо ограничено, их нельзя произвести, можно только найти, и находятся они весьма редко.
Поэтому найденный кристалл срочно тащили не на стройплощадку, а в лабораторию очередного НИИ. Только джедаи и ситхи осмеливались их использовать в практических целях — в своих световых мечах. Но пользователи Силы всегда имели не совсем обычные отношения с экономикой.
«Это и хорошо, — сказал упрямый Кренник. — Значит, никто больше не сможет построить вторую такую станцию — а нам больше одной и не потребуется».
Бюрократические шестерни подмазал лично Император, и должное количество кайбер-кристаллов на проект было выделено. Благо, джедаев, способных опротестовать разграбление своего храма и ряда реликвий по всей Галактике, к тому времени уже не осталось. «Экспедиционный боевой планетоид» второй модели получил практически неограниченную автономность. Но Кренник на этом не успокоился.
Его раздражала слишком длинная цепочка преобразований. Кайбер-кристаллы выдают излучение, излучение преобразуется в тепло, тепло в электрическую энергию, электричество в гиперматерию, гиперматерия по мере надобности сжигается в реакторе, превращаясь обратно в электричество, а уже эта электроэнергия идёт на турболазеры. Само собой, КПД каждого из процессов преобразования был очень далёк от стопроцентного.
А нельзя ли сделать так, как в светомечах изначально было, поинтересовался директор. Использовать выходящее из кристаллов излучение для прямого нанесения ущерба?
Невозможно, решительно заявил Гален Эрсо, который всё ещё оставался пацифистом, и желал исключить малейшие варианты военного использования своих открытий. Маленькие кристаллы в светомечах настраивали джедаи при помощи Силы. Настроить большие кристаллы не может вообще никто, ни у кого нет столько Силы. Они будут выдавать только рассеянное тепло, и это очень хорошо. Потому что если бы из такого кристалла вырвался сфокусированный луч квазиплазмы, ничего бы не осталось ни от энергостанции, ни от города вокруг…
Но Кренника описанная апокалиптическая картина только больше раззадорила.
Он обратился к Императору с предложением продолжать строить станцию, уже со встроенным гигантским кайбер-излучателем — а он, Кренник, найдёт способ настроить и синхронизировать кристаллы позже. Отвечает за это головой. Вероятно, голова одного технического директора не стала бы для Палпатина серьёзным аргументом, чтобы продолжать тратить триллионы кредитов в год. Но Император, неплохо осведомленный об истории и традициях древних ситхов, знал, что некое подобие гигантской пушки на кайбер-кристаллах было разработано ими тысячи лет назад. Один ситх у него под рукой был — Лорд Вейдер — так что в крайнем случае, если Кренник потерпит провал, можно было обратиться непосредственно к Великой Силе.
Построить суперлазер — установку для размещения оружейных кайбер-кристаллов и подачи к ним инициирующих потоков энергии — было поручено выдающемуся архитектору Бевелу Лемелиску. Вместе с Сиенаром он должен был придумать, как вписать эту монструозную пушку в конструкцию планетоида, чтобы ничего не поломать.
В «гонку за суперлазер» неожиданно включился сам Таркин (впрочем, неожиданно только для других, не для него самого — он ведь и подсунул Императору Лемелиска, чтобы подвинуть в сторону слишком амбициозного Кренника). Пока Орсон Кренник разыскивал сбежавшего Галена Эрсо, в надежде всё-таки заставить его разработать метод настройки кристаллов, не связанный с Силой, гранд-мофф сделал ставку на экзотические способности представителей народа омвати. Этот разумный вид был почти забыт Республикой, Таркин лично заново открыл его родную планету Омват. Синекожие существа с пёрышками вместо волос оказались чрезвычайно одарены в определённых разделах математики и физики — тех самых, что описывали структуру кайбер-кристаллов. Таркин полагал, что при правильном обучении, они смогут догнать и перегнать Галена Эрсо с его группой. Наградой стало бы обладание величайшим оружием в Галактике.
Построить боевую станцию таких масштабов — само по себе было задачей не менее сложной и творческой, чем спроектировать её.
Без геонозианцев с их роевым мышлением и беспредельным трудолюбием эта задача, вероятно, оказалась бы вообще нерешаемой. Но даже инсектоиды ничего не смогли бы поделать, если бы вся Галактика не снабжала их ресурсами. Экономики одной системы, сколь угодно продвинутой, тут не хватило бы.
Строительство любого крупного и стратегически важного проекта сталкивается с тремя требованиями, каждое из которых противоречит остальным: максимальная защита, максимальная секретность и максимальная продуктивность.
Защита мешает секретности и продуктивности. Оборонительные периметры привлекают внимание, а постоянные проверки замедляют продвижение транспортов с грузом, которых ежесуточно приходят тысячи.
Секретность и продуктивность мешают друг другу — транспортные потоки опять же привлекают внимание, как и контракты с производителями. Чем больше разумных вовлечено, тем меньше вероятность, что все они смогут удержать язык за зубами. Да, большинство из них — это геонозианцы, которые не склонны болтать с посторонними и крайне редко покидают родную планету. Но даже меньшинство (хотя бы экипажи кораблей охранного периметра) — это сотни тысяч.
Поэтому проект всегда был компромиссом, более или менее удачной попыткой совместить несовместимое. Посторонние в эту систему не попадали вообще — корабли поставщиков сдавали груз на перевалочных станциях в соседних системах, откуда его перевозили на Геонозис уже собственные корабли проекта. Но даже они каждый раз проходили всестороннюю проверку, ведь недобитые сепаратисты или вновь поднявшие голову мятежники могли замаскировать свой корабль под один из них, или угнать настоящий имперский звездолёт.
Из-за этого строительство обещало затянуться на двадцать лет, при этом какие-то утечки информации в любом случае будут неизбежны.
Как сеть обороны Геонозиса, занимавшая половину системы, так и сеть его снабжения, протянувшая щупальца по всей Галактике, представляли собой отдельные организационные шедевры. Кому, как не ему это знать — ведь Таркин сам их проектировал. Не один, конечно — сотни специалистов по безопасности и логистике строили эти схемы. Он в основном занимался тем, что устранял бюрократические препоны и улаживал конфликты.
И тем не менее, по мере того, как «Исполнительница» проходила все круги ада… то есть обороны — он всё глубже понимал неуклюжесть и неполноту этой системы. Аккорду понадобилось бы всего полчаса, три сообщения по Голонету и пять — по внутренней сети системы, чтобы сократить половину этих постов, сделав
