Кук остался с Дороти один, а, значит, нужно поскорее найти столик, за которым они сидят. Сделав несколько неуверенных шагов, она налетела на вульгарно одетую девицу, сильно получив локтем между ребер. Выругавшись, Софи двинулась дальше. Ее давили, толкали и раз за разом больно наступали на ноги.
– Карма, – процедила себе под нос девушка, вспомнив, как недавно сама оттоптала не одну пару туфель. Толпа никак не рассеивалась, лишь потные тела сменяли друг друга. Черт побери, здесь двигалось все! Закрыв лицо руками, она попыталась хотя бы приблизительно вспомнить, в каком направлении нужно идти, но мысли никак не клеились воедино. Ноги подогнулись, и Софи испугалась, что вот-вот упадет и ее затопчут. Она отчаянно замахала руками, пытаясь удержать равновесие, и тут почувствовала, как сзади чьи-то руки крепко обхватили ее, придавая необходимую опору. Софи встревоженно повернула голову, но увидев такую знакомую улыбку, успокоилась.
Патрик притянул ее к себе:
– Все нормально?
– Теперь да. Мне нужно к нашему столику.
– Зачем?
– Не стоило оставлять Кука одного с этой сумасшедшей! – На одном дыхании выпалила Софи. Еще она хотела сказать, что Дороти Финч – ужасная девчонка, ведь она с хладнокровным выражением лица, достойным серийного маньяка, преследует беднягу Кука, стоит ему выйти дальше дверей своего дома. Но слова давались с трудом, язык заплетался, превращая речь в невразумительное блеяние. В ушах стучало с невероятной силой, казалось, мозг устроил себе собственную вечеринку.
Патрик, слегка вздрогнув, захохотал:
– Успокойся, он сам с этим справится, – заверил он, приплясывая рядом. Его волосы выбились из хвостика, падая волнистыми прядями на лицо. Парень молча схватил подругу за руку, и закрутил в нехитром движении, а через миг продолжил. – Софи Бенсон, вечер только начинается. Не исчезай из моего поля зрения, потому что разнесешь здесь все к чертовой матери, я тебя знаю.
Не найдя в себе сил протестовать и спорить, Софи покорно прислонилась к другу, обвив руки вокруг его шеи. Собственным ногам она сейчас не доверяла, поэтому рядом с Патриком было спокойнее.
– Наконец-то я вас нашел! – Раздался неподалеку радостный возглас Орфея. Хитро улыбаясь, он держал в поднятых руках несколько маленьких бутылочек. Софи немного удивилась, вспомнив, что именно в таких емкостях продают микстуры от кашля. Протиснувшись между парнем в оранжевых очках и пышногрудой блондинкой, Орфей вручил каждому по экземпляру. – Дамы и господа, предлагаю вашему вниманию «Хвост Кометы»! Пристегните ремни, ибо эта штука будет рвать вас на куски! – Его глаза подозрительно сверкнули.
Патрик осмотрел бутылочку с выражением глубокой скорби.
– За Гарри, – выдохнул он и залпом опорожнил ее.
– За Гарри, – повторил Орфей.
Софи на мгновение заколебалась. Для нее и так было достаточно на сегодня алкоголя, и это, судя по отзывам, термоядерное пойло явно было лишним. Она знала, что завтра очень об этом пожалеет, но еще больше пожалеет, если не поддержит лучшего друга в этот день. Ведь они «всегда вместе, даже сквозь огонь, воду и сумасшедшие идеи моего братца» – как любил повторять Гарри. Уловив на себе вопросительный взгляд Патрика, Софи вздохнула, открутила крышечку, и залпом опрокинула содержимое бутылочки.
А дальше – темнота.
2 . Утро добрым не бывает
Сквозь закрытые веки беспощадно пробивался солнечный свет, заставляя тяжелые руки потянуться к глазам, чтоб прикрыть их. Голова, казалось, налилась свинцом, а каждое движение отдавало болью по всему телу.
Софи с трудом открыла глаза и, вздохнув, медленно поднялась. Она попыталась вспомнить, что происходило после той вишневой отравы, но воскресить в памяти события вчерашнего вечера ей так и не удалось. Удобная мягкая кровать напрочь отбивала желание покидать ее. Девушка потерла виски, опустив ноги на прохладный пол. Ну что ж, для начала не плохо, могло быть и хуже. Понимание того, что она сидит в одном белье, пронзило сознание, словно электрический разряд. А вот это уже скверно.
Избегая резких движений, Софи огляделась: серые стены, большое окно, стеллаж с книгами, мягкое кресло и несколько ретро-постеров в рамках – эта уютная, опрятная комната не принадлежала ни ей, ни Патрику, и это куда усложняло ситуацию. Уповая на то, что все еще может обойтись, девушка обернулась и с жалобным стоном осознала, что все ее надежды рухнули.
На второй половине кровати, закутавшись в одеяло по самые уши, спал незнакомый парень. На мгновение внимание Софи привлек блеск тонкой крестообразной сережки в его ухе, и девушка пригнулась, пытаясь рассмотреть незнакомца. Растрепанные пепельно-русые волосы закрывали большую часть его лица, и она, не рискнув откинуть их, пришла к выводу, что никогда раньше его не видела.
Софи медленно сползла с кровати, подобрала с пола свои вещи, и наспех одевшись, на цыпочках вышла из комнаты, тихо закрыв за собой дверь. Видимо, в этой квартире продолжилась вечеринка, так как здесь царил полный хаос. Большая комната, которая, скорее всего, сутки назад была милой гостиной, сейчас напоминала место детонации бомбы – повсюду были разбросаны вещи, бутылки, пластиковые стаканчики и коробки от пиццы. А несколько ребят так и уснули, где пришлось.
В самом эпицентре бардака, на краю журнального столика сидел Орфей.
Задумчиво потирая щетину, он выглядел порядочно помятым и озадаченным.
– По крайней мере, ты не проснулся в одной постели неведомо с кем, – едва слышно пробормотала Софи, сверля взглядом товарища. Волна раздражения накатила одновременно с тошнотой, желудок судорожно свело в спазме. Поколебавшись между желанием задать Орфею хорошего нагоняя за идею с выпивкой, и желанием быстрее свалить отсюда, не привлекая внимания, девушка все же остановилась на первом варианте.
– Теперь ты в моем черном списке! – Любезно сообщила она, осматриваясь в поисках лучшего друга, но Патрика нигде не было видно.
– Что? А-а-а, Софи, доброе ут... Выглядишь ужасно.
– Заткнись! Как тебе вообще вчера пришло в голову...
Орфей перебил ее на полуслове. Поднявшись и разминая онемевшую шею, он сказал:
– Если ты готова, уходим. Эстель уже рвет и мечет, пытаясь найти вас.
– О чем это ты? – Нахмурилась Софи.
– Дай угадаю: ты оставила компас дома, как и мы все, за исключением страдающего излишним благоразумием Кука. И бьюсь об заклад, этот задрот уже давно нарисовался в кабинете директоров, готовый получить новое задание. Только вся соль в том, что сегодня им нужен состав Альфы, и лысый пролетает, как фанера над Парижем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
