Кровать стояла в алькове, занавешенном шторами туманно-голубого цвета, а нежный желтоватый свет мягко оттенял щеки миссис Хоукинз, которая из-за этого выглядела лучше.
– Как вы себя чувствуете? – спросила Ария.
– Я только что вздремнула, дорогуша, а проснувшись, подумала, что вижу сон. Я правда нахожусь в этом прекрасном месте?
– Правда, – ответила девушка. – Если вам что-нибудь понадобится, нужно только позвонить вот в этот колокольчик рядом с кроватью, и кто-нибудь придет.
– Я не хочу никого беспокоить, – заявила миссис Хоукинз.
– А вы и не побеспокоите, – успокоила ее Ария.
– А я увижу Мэгги? Вы обещали, что я увижу Мэгги. Я тут лежала и думала, как было бы чудесно, если бы она вдруг вошла. Она – все, что у меня осталось. Была еще дочь, совсем как она, но она погибла, бедняжка.
Ее глаза на миг затуманились, и Ария быстро сказала:
– Не думайте сейчас об этом. Лучше подумайте о себе и о том, что вам нужно хорошо поспать.
– Не хочу думать о себе, хочу думать о Мэгги. Вы привезли те газетные вырезки?
– Да-да, – успокоила ее девушка, – они здесь. Я положу их на стул, чтобы вы видели. Они не очень смотрятся, когда завернуты в шаль, поэтому завтра я принесу большую коробку, вы сможете поставить ее на стол и рассматривать их когда захотите.
Внезапно сердце ее упало: ведь Лулу Карло сказала, что завтра миссис Хоукинз должна уехать.
– Да, теперь я их вижу, – говорила старая женщина. – У меня здесь все, что про нее писали. Когда глаза позволяют, я сижу и читаю вырезки, это почти как увидеть ее. Она всегда была красивая, моя Мэгги. На этих фотографиях этого не видно.
– Нет, она очень красивая, – возразила Ария.
– Она же здесь! – воскликнула миссис Хоукинз. – Здесь, в этом самом доме!
Казалось, ей только сейчас пришло в голову, что ее привезли в то самое место, где находилась ее внучка.
– Да, она здесь, – поколебавшись, подтвердила Ария.
– И она придет повидать меня! О боже! Пожалуйста, принесите мне зеркало, дорогуша, я посмотрю, в порядке ли моя прическа. Я должна хорошо выглядеть для Мэгги, не хочу, чтобы она стыдилась меня.
Хилые старческие руки с болезненно голубыми венами тряслись. Ария взяла с туалетного столика ручное зеркало и ласково сказала:
– Я не уверена, что ваша внучка придет сегодня. Она хотела бы, чтобы вы отдохнули и успокоились.
– Нет-нет! Я должна увидеть ее сегодня, – возразила миссис Хоукинз, – сейчас! Я так долго ждала, чувствую, что больше не могу.
Она была явно возбуждена: руки ее дрожали, ломкий старческий голос прерывался, а в глазах застыло выражение жалобного отчаяния. Ария вдруг почувствовала себя храброй и решительной.
– Вы очень хорошо выглядите, – нежно сказала она, поправив подушки. – Я пойду за вашей внучкой, а потом вы сможете заснуть.
– Я молилась о том, чтобы ее увидеть прежде, чем умру, – тихо произнесла миссис Хоукинз. – День за днем я молилась, чтобы Господь вспомнил меня, – и Он вспомнил!
Ария отвернулась, чтобы скрыть от старушки навернувшиеся на глаза слезы, и быстро пошла по длинным переходам в холл. Она открыла дверь в гостиную. Там были одни дамы, так как мужчины еще сидели за портвейном в обеденном зале.
Лулу стояла в одиночестве рядом с проигрывателем и выбирала пластинку из большой стопки последних записей, прибывших из Америки утром. Ария подошла к ней и сказала:
– Я хочу поговорить с вами.
– Мне не о чем говорить с вами, мисс Милбэнк, – неприятным тоном ответила Лулу. – Во всяком случае, здесь.
– Будет лучше, если вы меня выслушаете, – сказала Ария.
Что-то в ее голосе заставило Лулу с удивлением посмотреть на Арию. Она почти швырнула пластинку на стол.
– Хорошо, пойдемте, – сказала она.
Она порывисто направилась прочь из гостиной, покачивая бедрами, отчего ее платье заколыхалось. Ария пошла следом, и они вместе вышли в холл.
– В чем дело? – спросила Лулу. – Какую чертовщину еще вы придумали?
– Я отведу вас к вашей бабушке, – ответила Ария.
– Вы отведете меня, – передразнила Лулу. – Так вы считаете, что вы здесь командуете, не так ли, мисс Милбэнк? Я не желаю ее видеть. Она не имеет права находиться здесь. Завтра же она уедет отсюда, и я позабочусь, чтобы с нею уехали и вы.
– Что будет завтра, мы еще посмотрим, – ответила девушка. – Но в данный момент вы пойдете навестить свою бабушку и будете с ней любезны и обходительны. А если нет, я пойду в гостиную и приглашу всех остальных дам, а также мистера Гурона, когда он выйдет из обеденного, зала, самих навестить ее. Думаю, им будет очень интересно взглянуть на бабушку знаменитой Лулу Карло.
– Ах вы маленькая мегера! – воскликнула Лулу Карло.
Она сделала движение рукой, и Ария отчетливо поняла, что в какой-то момент она собиралась ударить ее по лицу. Но Лулу взяла себя в руки и просто стояла, вперив в Арию испепеляющий взгляд. Через секунду она признала свое поражение.
– Ладно, – сказала она, – только давайте побыстрее.
В полном молчании Ария пошла впереди по коридору, направляясь к комнате миссис Хоукинз. Только когда они пришли и она уже положила руку на дверную ручку, Ария негромко сказала Лулу:
– Будьте с ней поласковей. Ничего не говорите о завтрашнем отъезде. Просто скажите, что вы рады видеть ее. Если же вы этого не сделаете, моя угроза останется в силе.
– Вы еще заплатите за этот шантаж, – ответила Лулу. Ария молча открыла дверь.
– Вот кто-то, кого вы очень хотели видеть, миссис Хоукинз, – объявила она тоном, совершенно непохожим на тот, каким только что разговаривала с Лулу.
На мгновение актриса задержалась в дверях, а уже в следующее с распахнутыми объятиями и с выражением радости и удовольствия на лице вбежала в комнату.
– Бабуля! Как я рада видеть тебя! – воскликнула она и схватила дрожащие руки старушки.
Замечательное представление, бесстрастно подумала Ария, закрывая за собой дверь и выходя в коридор.
– Спокойной ночи, дорогая ба! – услышала она голос Лулу. – Спи спокойно. Ты должна беречь себя, ладно?
– Теперь, когда я повидала тебя, дорогое дитя, я усну, – ответила миссис Хоукинз.
Лулу вышла в коридор, и ее улыбка погасла, как будто ее можно было выключить, как свет. Она окинула Арию невыразимо злобным взглядом и, не сказав ни слова, пошла прочь.
Девушка вошла к старушке, которая плакала от счастья.
– Еще краше, чем прежде, – сказала она Арии, – и такая же милая. Она была рада увидеть меня. Стоило ждать все эти годы, чтобы увидеть, как она рада своей старой бабуле.
Она продолжала говорить, пока Ария устраивала ее поудобнее: поправила подушки, поставила рядом с кроватью столик со стаканом воды и оставила под рукой чистый носовой платок. Засыпая, старушка продолжала говорить; как это часто бывает у стариков, глаза ее уже закрылись, а губы еще шевелились.
