– Бедняжка! О, синьорина, мне так ее жалко. Она умерла в одиночестве, не примирившись с Богом.
Ария сообразила, что это католическая точка зрения, и повернулась к девушке, утешающе положив руку на ее плечо.
– Она хотела бы умереть так, – негромко сказала она. – Не надо горевать о ней.
Едва она произнесла эти слова, как услышала, что в комнату кто-то вошел, и, повернувшись, вздрогнула, увидев Дарта Гурона. На нем был костюм для верховой езды, и она поняла, что он уехал кататься очень рано и только что вернулся.
Не говоря ни слова, он подошел к кровати, посмотрел на миссис Хоукинз и, повернувшись к Арии, спросил тоном, в котором был металл:
– Макдугалл сказал мне, что здесь происходит нечто из ряда вон выходящее. Кто эта женщина?
– Это миссис Хоукинз, бабушка мисс Карло, – ответила Ария.
Ей показалось, что Дарт Гурон немного недоверчиво взглянул на нее, но прежде чем он успел что-нибудь сказать, итальянка разрыдалась так громко, что стало ясно, что его не будет слышно.
– Когда оденетесь, зайдите в библиотеку, мисс Милбэнк, – быстро сказал Дарт Гурон. – А я пока пошлю за доктором.
Он вышел из комнаты, а Ария обняла всхлипывающую девушку, стараясь утешить ее. Когда та немного успокоилась, Ария вывела ее в коридор и отослала прилечь. Затем она отправилась на поиски старшей горничной.
Барроуз была здравомыслящей женщиной средних лет с несколько желчным взглядом на жизнь, заставляющим ее принимать смерть скорее как друга, чем как неприятное происшествие.
– Предоставьте все мне, мисс Милбэнк, – деловито сказала она, когда Ария рассказала, что произошло. – Я похоронила свою мать и трех сестер отца. Я знаю, что надо делать, а миссис Фелтон, жена садовника, мне поможет. До замужества она была акушеркой и привыкла к таким вещам. Если бы вы предупредили меня, что старушка может умереть, я бы не посоветовала вам поручать Марии присматривать за ней. Когда что-то случается, эти иностранцы вечно взвинчивают себя бог весть до какого состояния. Все они одинаковы: им только дай случай выплеснуть свои эмоции.
– Боюсь, бедную Марию это потрясло, – сказала Ария.
– Это любого потрясло бы, – откликнулась Барроуз. – Но не стоит так убиваться, как будто эта женщина была ей близкой родственницей или вроде того. Самообладание, мисс Милбэнк, – вот что нужно в подобных обстоятельствах.
Ария не могла не согласиться с ней, но про себя подумала, что сказать легче, чем сделать. Тем не менее она была рада оставить все в умелых руках Барроуз и поднялась наверх, чтобы одеться и приготовиться к встрече с Дартом Гуроном в библиотеке.
При мысли об этом сердце ее невольно сжалось, а взгляд в зеркало не рассеял ее беспокойства. Глядя на свое отражение, Ария подумала, что, наверное, выглядит ужасно некомпетентной и никчемной в этой ситуации. Нерасчесанные волосы придавали ей вид испуганного мальчика из хора, а лицо без косметики и ненакрашенные губы делали ее неуместно юной.
Потом она вспомнила, что в действительности не важно, доволен он ею или нет, учитывая, что в скором времени он уедет, а дом должен будет закрыться. И все же ей хотелось произвести на него впечатление тем, как хорошо ей все удавалось с тех пор, как она приехала в Саммерхилл.
Нелегко было добиться, чтобы прислуга работала без дрязг и увольнений. Нелегким делом было и отвечать на адресованные ему письма, разбираться в невероятной путанице заказов, счетов, жалованья и всей тысячи и одной мелочей, которые предполагает ведение хозяйства в доме, полном не только слуг, но и гостей.
Ария подумала, что в некоторых отношениях добилась даже большего, чем ее предшественницы, и вот теперь сама разрушила то благоприятное впечатление о себе, о котором с удовольствием вспоминала. Она оказалась в очень незавидном положении, когда нужно объяснять, почему она привезла в частный дом человека, которого не только не приглашали, но и само присутствие которого было крайне нежелательным для одного из почетных гостей.
Возможно, из-за желания оттянуть неприятный разговор, а может, и из-за того, что ее часто отвлекали, пока она одевалась, но, когда Ария наконец спустилась в библиотеку, было уже почти полдесятого.
В комнате никого не оказалось, и когда она стояла, озираясь по сторонам и раздумывая, уйти или остаться, из двери в гостиную, в которой обычно подавали завтрак, вышел Дарт Гурон. Только когда он прикрыл за собой дверь, Ария вспомнила, что не только не позавтракала, но даже не притронулась к чаю, который одна из горничных принесла ей, пока она одевалась.
Вид пищи вызывал у нее отвращение, и сейчас, видимо, при мысли о ней, у нее странно засосало под ложечкой, когда Дарт Гурон направился к ней. Его темные глаза и лицо были, как ей показалось, необычайно суровыми.
– Врач будет здесь к одиннадцати, – сказал он. – Насколько я понимаю, в настоящий момент делается все необходимое.
– Да, Барроуз сказала, что обо всем позаботится, – печально пролепетала Ария.
– Разумеется, предстоит расследование, – произнес Дарт Гурон.
Ария с тревогой посмотрела на него.
– Я не знала.
– Похоже, есть целый ряд вещей, которых вы не знаете, – заметил он. – Во-первых, принято спрашивать согласия хозяина или по крайней мере, ставить его в известность, что в доме ожидается гость.
– Знаю, – пробормотала девушка, – и, пожалуйста, простите меня, мне очень жаль, что так получилось. Но я не могла оставить миссис Хоукинз там, где она находилась, не могла! А больше некому было забрать ее оттуда.
Ей показалось, что выражение лица Дарта Гурона немного смягчилось.
– Может быть, вы мне все расскажете? – начал он. Не успела Ария ответить, как в библиотеку вошла Лулу Карло. На ней было великолепное белое шифоновое неглиже, отделанное белой норкой. Лицо было тщательно накрашено, но волосы струились по плечам; когда она вошла, усеянные алмазами домашние туфли на высоком каблуке звонко зацокали по паркету.
– Мне сказали, что ты здесь, – театрально обратилась она к Дарту Гурону. – Ты слышал, что случилось?
– Как я понял, ночью умерла твоя бабушка, – нежно произнес он.
– Так мне сказали, – ответила Лулу. Она с укором повернулась к Арии. – А кто виноват, хотела бы я знать? Вы, вы убили ее! Притащили ее из дома, к которому она привыкла, утомили ее переездом и волнениями. Вы несете за это ответственность, и, надеюсь, вам стыдно за то, что вы натворили!
Ария сильно побледнела и на секунду лишилась дара речи.
– Подожди, Лулу! – негромко произнес Дарт Гурон. – Мне кажется, мисс Милбэнк хотела как лучше. Когда ты вошла, она как раз собиралась рассказать мне, зачем привезла миссис Хоукинз сюда. Продолжайте, пожалуйста, мисс Милбэнк.
