поднимал эту тему, так как ему еще предстояло кое-что изучить в стазисе, но это был только вопрос времени.
Честно говоря, я прятала голову в песок по этому поводу. Как я должен была представлять его? Как я отвечу на неизбежные вопросы и ехидные замечания, которые будут делать люди? Эгоистичная часть меня хотела навсегда запереть его у себя дома. Честно говоря, если бы мне не нужно было ходить на работу, я бы просто осталась запертой с ним. Но это было нереально, не говоря уже о том, что у него уже было несколько потенциальных вариантов работы, которой он мог бы заняться здесь, на базе. Он думал о чем-то, что можно было бы легко перенести туда, куда меня заведет моя собственная карьера.
В идеальном мире нам не пришлось бы затрагивать ни одну из этих тем в течение следующих десяти дней, пока мы не приняли бы окончательное решение о нас как о паре. Андерс уже был более чем готов взять на себя обязательства. И это тоже меня беспокоило. Он просто слишком хорош, чтобы быть правдой. Каждый день, когда я возвращалась домой к нему, я, затаив дыхание, ожидала, что упадет второй ботинок5.
Звонок моего коммуникатора напугал меня до полусмерти. Я взглянула на него и внутренне застонала: Пэтти. Я все еще не перезвонила ей по поводу рождественской вечеринки, до которой оставалось всего пять дней. Уверен, что Андерс захочет пойти. Но как бы я ни боялась посещать вечеринки, было бы в миллиард раз хуже, если бы все начали совать носы в мои дела. И это оставляло мне еще меньше времени, чем я думала, на то, чтобы решить, как я хочу представить его всем. А что, если в следующие четыре дня, прежде чем мы должны принять окончательное решение, что-то пойдет не так?
Трахни меня боком. Почему все всегда так сложно?
Я осторожно поместила Мирика обратно в его маленький виварий и ответила на звонок.
— Привет, Пэтти, извини, что я не перезвонила тебе раньше, последние несколько дней были немного суматошными, — извинилась я заранее.
— Суматошными? — ответила она обиженным тоном. — Поговорим о преуменьшении года, ты, подлая маленькая непослушная девчонка! Подумать только, ты позволяешь мне тратить время впустую, пытаясь свести тебя с кем-нибудь, когда ты все это время знала, что тебя ждет нечто гораздо лучшее, маленькая шлюшка!
Хотя она произнесла это в шутливой манере, это слово оскорбило меня. Но что более важно, от ее намека у меня кровь застыла в жилах.
— Мне больше не нужен твой ответ по поводу рождественской вечеринки, — продолжила Пэтти в режиме сплетницы.
— Что ты имеешь в виду? — спросила я напряженным голосом.
— Прямо сейчас я смотрю на восхитительного зверя по имени Андерс, — сказала Пэтти, ее голос сочился завистью. — Как, черт возьми, ты могла позволить себе его? Я знаю, что ты сделала, и я слышала, сколько они стоят.
— Ты в моей квартире?! — воскликнула я, потрясенная и возмущенная одновременно.
— Нет, глупышка. Я в продуктовом магазине. Он делает покупки для тебя, и он не очень разговорчивый, — сказала она надутым тоном. — И что? Правдивы ли слухи? Они действительно ненасытны в постели? Какой размер ты ему заказала? Я предполагаю, что он твой рождественский кавалер, верно? Девочка, нам с тобой нужно поговорить. Могу я прийти к вам в лабораторию?
— Я не обсуждаю с тобой Андерса! Это мое личное дело. Ты, блядь, не лезь в это, — огрызнулась я, вне себя от ярости. Какого хрена он делал в магазине? — Я поговорю с тобой позже.
Я повесила трубку, оборвав ее возмущенные возражения, и выбежала из своей лаборатории. Когда я направлялась в продуктовый магазин, люди, мимо которых я проходила в коридорах, либо бросали в мою сторону настороженные взгляды — без сомнения, из-за моего раздраженного выражения лица — либо странно ухмылялись, что говорило о многом. В течение следующего часа или около того новость о присутствии Андерса распространится по станции подобно лесному пожару. Не так я хотела, чтобы об этом узнали — если вообще узнали.
Я уже могла слышать, о чем они все подумают. Бедная, отчаявшаяся, некрасивая серая мышка с Марса потеряла всякую надежду найти мужчину, который захотел бы ее. Поэтому она купила того, у кого не было выбора, кроме как полюбить ее. Мои щеки горели от стыда, когда я наконец добралась до магазина.
Я изобразила на лице нейтральное выражение, в то время как все взгляды были устремлены на меня. Их удивленные, слегка шокированные или наводящие на размышления выражения лиц при моем появлении были унизительны. Я хотела, чтобы защитный купол станции просто раскрылся, высосал меня прямо с базы и каким-то образом унес вглубь космоса. Реальность была бы больше похожа на обморок от недостатка кислорода в считанные секунды, за которым почти сразу же последовал бы разрыв каждого из моих органов от отсутствия атмосферного давления. Но, эй, быстрая пятнадцатисекундная смерть превзошла бы это унижение.
К моему облегчению, мне не пришлось гоняться за Андерсом по проходам, поскольку он уже был в процессе оплаты. К счастью, он был респектабельно одет: длинные черные брюки и красивая светло-серая футболка вместо шорт для стриптиза и прозрачного топа, которые он носил дома. Мойра, обслуживающая его кассирша, строила ему глазки в наименее утонченной манере. Это было откровенно неуважительно. Слегка раздраженное выражение лица Андерса прояснилось в ту минуту, когда он увидел, что я приближаюсь. Но его улыбка стала натянутой и несколько потускнела, когда он почувствовал ярость, клокочущую во мне.
— Привет, Кэтлин, ты что-то потеряла? — спросила Мойра, бросив многозначительный взгляд на Андерса, прежде чем зловеще пошевелить бровями.
Я уставилась на нее.
— Это ты вот-вот кое-что потеряешь, если не будешь держать свои гребаные глаза при себе, — прорычала я. Она отшатнулась, на ее лице появилось шокированное выражение. Мойра была достаточно милой девушкой. Мы всегда были в дружеских отношениях, и она никогда не видела меня в ярости, не говоря уже о том, чтобы я говорила с кем-то так грубо. — Я уверена, что Комитет по этике серьезно обеспокоился бы, если бы услышал о том, как ты на него пялилась.
— Эй, не нужно заходить так далеко, — сказала Мойра, побледнев. — Я не хотела проявить неуважение.
— Ну, ты проявила его, — огрызнулась я в ответ. — Когда закончишь пробивать эти товары, пожалуйста, спиши все с моего счета и оформи доставку в охлаждающий контейнер к моей квартире.
— Я собирался заплатить, — возразил Андерс.
— Я поняла, — резко ответила я тоном, не терпящим возражений.
— Конечно, прямо
